https://utopiarolehubru.rolbb.me/ Harry Potter: Utopia ru-ru Mon, 06 Mar 2023 23:50:24 +0300 MyBB/mybb.ru https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57187#p57187 <p>Будучи аврором, каждый знает, что время проявляет себя совсем по-разному. Иногда оно тянется медленно, когда ты очень ждешь чего-то: хорошего, или страшного, неважно, важно то, что оттягивается момент, который все решит. А иногда, в такой же промежуток времени, который кажется бесконечно долгим, умещается так много событий, что хватило бы на несколько дней наперед. Время тогда бежит, но так не хочется, чтобы оно заканчивалось.<br />Так и с этими выходными, которых у меня уже давно не случалось. Я совсем не думаю о том, про что думаю обычно. Не размышляю о рабочих буднях или стоящих перед нами задачах, не планирую вообще ничего дальше этой пары дней. Как будто рутина, что была в моей жизни много лет до этого - это какая-то другая жизнь, котрой я жил, потому что не знал другого. А вчера случилось начало моей новой жизни, и все в ней отличается от того, что было раньше. Даже я сам отличаюсь, наверное.<br />Ним приоткрывает мне тайны моей жизни, которые касаются нас обоих. Она показывает воспоминание - договор, который заключили отцы, размышляет о вливаниях магии и о выгоде, которую получат обе семьи от исполнения этого магического контракта. Магические контракты не так просты, их нельзя просто взять и расторгнуть по желанию одной из сторон. Заключая такой контракт, наши отцы сильно рисковали, и пусть отец Ним оставил лазейки для своих детей, наш отец, я знаю, не стал бы выискивать положения для обратного отхода в том или ином случае, если пришел за своей выгодой. В его руках все его дети - инструменты для получения желаемого. Не самые лучшие инструменты у него получились, скажем честно. Инструменты, выходящие из-под контроля. Но в чем-то выбранный им путь может оказаться схожим с тем путем, который кто-то из его детей на самом деле захочет для себя. <br />Мне не по себе от этой мысли. Неужели мое собственное решение сыграет на руку отцу, такое может случиться, или все-таки играют роль нюансы? Розы в комнате сладко пахнут. Розы для Розье.<br />- Я не знаю языка цветов, но красные розы не дают много пространства для воображения.<br />Хмурюсь, Ним слишком много говорит о моем младшем брате, а потом вдруг невзаначай интересуется, не ревнивый ли я.<br />- Я? А что, если да? <br />И морщусь на свои же слова, потому что только что она говорила, что мы все дети своих родителей, и во мне совершенно точно есть что-то от отца, не может не быть.<br />Ним протягивает руки все так же, как вчера вечером, дескать, господин аврор, арестовывайте меня, и меня отпускает от этих размышлений, я ловлю ее запястья и тяну ее к себе.<br />- Я очень ревнивый, Ним, правда.<br />Смотрю строго взглядом сурового аврора, но долго не могу держать это выражение, фыркаю и легко целую ее в кончик носа и смеюсь.<br />Ним задает мне вопрос о прошлом нашей семьи. Я могу рассказать лишь то, что помню сам, в то время, когда мы еще жили в замке Фоули, и бабушка была жива.<br />- Бабушка умерла, когда мне было не больше пяти, но я помню ее, всегда тихий голос, плавные движения. При ней отец всегда держал себя в руках. Наверное, с ее уходом, все изменилось совсем в плохую сторону.<br />Я ставлю чашку на блюдце и поднимаю на Ним глаза.<br />- Но, скорее всего, ты не об этом меня спрашиваешь?<br />Ним подтверждает мою догадку обещанием рассказать мне историю, правда, рассказ будет не сейчас, а мне приходит идея позвать Ним в Ирландию и познакомить ее со всеми, она должна знать, с кем связалась, в конце концов. Большой дом шумных ирландцев не очень похож на этот аккуратный светлый домик, где мы сейчас находимся. Но ее брат там уже был, и ничего, правда, Рин все время хихикает над изнеженными французами в его лице, а бабушка охает и порывается дать ему добавку к любому блюду, которое замечает на тарелке. Но тут я буду рядом и постараюсь сделать все так, чтобы Ним наше иногда слишком надоедливое семейство не слишком докучало. Только сперва - бар, где меня ждет сюрприз в виде нечаянной встречи с тем самым моим младшим братом, о котором я уже очень наслышан. Он тоже знает про договор, и у него есть супер-план, который он с энтузиазмом озвучивает, а я рычу, не могу по-другому отреагировать на это. Ним уводит меня из бара на воздух, и мы идем прогуляться по городу вдвоем. У меня в голове почему-то появляется странный вопрос.<br />- Ты знала о договоре с ранних лет, и вы с Мейлиром встречались. Ты думала, что это он, тот, кого ты выберешь?<br />А ты думала, что это могу быть я? - вертится у меня на языке продолжение вопроса, но я его не задаю, вместо этого объясняя, чем мне нравится место, куда мы пришли. Не так важно, кто из нас о чем думал, и связаны мы каким-то договором, или нет, это вообще десятое дело. Важно то, что сейчас мы здесь, и нам хорошо рядом. <br />Переступая порог ирландского дома, мы из этого обособленного на двоих мира переходим в мир, где, кроме нас, еще целая куча людей. Шумно, голоса, звон посуды, треск поленьев в камине, но все вместе это делает это место по-совему уютным. Настоящий дом должен быть таким - местом, где каждого принимают таким, какой он есть, где не нужно играть на публику, а можно оставаться самим собой.<br />Все это так, но я не хочу оставлять Ним в незнакомой обстановке, не выпускаю ее руку, а она касается моей ладони, успокаивая, дескать, все хорошо. Так что, когда бабушка отзывает меня, я уверен, только под предлогом помощи, в кухню, я не отказываюсь наотрез, но знаю, что постараюсь вернуться как можно скорее. Вечер проходит быстро, все уже болтают как старые друзья. Ним сообщает мне неизвестные факты о моей же собственной семье.<br />- Огня? - Я невольно кидаю взгляд на Марлин и фыркаю себе под нос. - Это кто так сказал, твой брат-поэт? Зато теперь ему наверняка всего хватает с избытком, уж чего-чего а огня Рин может предоставить достаточно, я видел ее на вылазках авроров и точно знаю, о чем говорю.<br />Правда, под словом &quot;огонь&quot; явно подразумевалось не это, но я знаю, что с моей сестрой жизнь просто не может быть однообразной и скучной, а она сама такую жизнь не выберет и сбежит от нее, как только почувствует самый первый признак. Так что у брата Ним и у Рин, видимо, пока все складывается, и я, если честно, этому рад.<br />Когда все начинают расходиться спать, наступает момент, который мы с Ним не обговаривали, но мне кажется, что так будет правильно, к тому же, я собираюсь уступить ей кровать и разместиться на полу. Ним переодевается тут же, и я делаю вид, что занят обустройством своего спального места и ей совсем не мешаю, хотя ничего не могу с собой поделать, то и дело кидаю в ее сторну короткие взгляды. Зато Ним понимает, что я задумал, и фыркает, залезая в постель, но переносит все обратно.<br />- Я совсем этого не боюсь. - Она заявляет, что обещает не приставать и даже угрожает перенести меч и положить его между нами. - А меч, конечно, нам ужасно помешает.<br />Я вдруг теряю точку опоры, как будто меня что-то (воздух?) толкает под ноги и в спину, и я оказываюсь на постели, а Ним склоняется надо мной, но только легко целует в висок с пожеланием спокойной ночи. Я могу только лишь улыбнуться. Моя рука уже скользит по ее спине, когда она все еще шутит про побеги, занимая совсем близкое положение, вновь делая замечание, чтобы я не пробовал сбежать на пол.<br />- Я не собираюсь никуда бежать. От тебя - нет.<br />Теперь уже я склоняюсь над ней и целую, и веду рукой по ноге, которая, по ее идее должна была служить гарантом моего повиновения, помогая шелку скользить и после падать. Она говорила про планы на завтра, но еще сегодня не закончилось, это время наше.<br />Утром мы выходим к завтраку поздно. Большинство домочадцев уже разбежалось по своим делам,и нам это на руку, мне, если честно, не очень-то хочется болтать с кем-то о чем-то постороннем, хочется умыкнуть Ним из дома, чтобы нам никто не мешал. <br />- Ты вчера говорила, что хочешь посмотреть окрестности?<br />У бабушки есть припасы еды на случай таких опоздавших, как мы, и я изучаю содержимое холодильника, выуживая апельсиновый сок, масло и хлеб, достаю яйца. Готовлю я быстро, но просто. Вчерашний завтрак был намного изысканее, и я вновь думаю о том, что нам с Ним еще много нужно узнать друг о друге, но это совсем неплохо, будем изучать вместе.<br />- Я думаю, может, мы сейчас перекусим, соберем что-то для обеда и поедем осматриваться? - Когда готовы яйца, тосты, а от сока запотевают стаканы. - Здесь недалеко есть озеро, а, если дальше, то уже океан.<br />Бабушка входит в кухню и закатывает глаза, глядя на скудный выбор припасов на столе, но обещает выдать корзинку для пикника, она слышала мои последние слова, и зовет меня пойти с ней. Я, прежде чем уйти, легко касаюсь губ Ним своими.<br />- Я быстро.<br />И, пока бабушка ворчит, что мне уже столько лет, а я не могу нормально угостить девушку завтраком, и ищет корзинку, я витаю где-то далеко. Она долго на меня смотрит, не сразу отдавая мне искомое, и я думаю, уж не в поцелуе ли дело. Да, за всю свою жизнь я еще ни разу не знакомил девушку с семьей, но сейчас я уверен, что все верно. Бабушка отдает мне корзинку для пикника и плед вручает, с напутствием о том, что двадцати восьми лет слишком мало, чтобы научиться нормально готовить самому, но следом за мной не идет, чему, признаться, я благодарен.<br />Когда я возвращаюсь, план в моей голове уже почти сформирован. Ним смотрит на меня сначала беззаботно, а потом я вижу, что что-то мелькает на ее лице, и она вдруг фыркает как-то странно, а я не понимаю, что могло случиться за время, пока меня не было.<br />- Что случилось?<br />А она говорит, что дело в бабушке и совсем не в корзинке. <br />- В смысле искала магию?<br />Тут я как-то даже не знаю, что думать о своей бабушке, но Ним поясняет насчет вейл и их способностей, она даже готова продемонстрировать их на ком-нибудь мимопроходящем. Тут у меня начинает складываться картинка, я сам вчера сказал, что мы с Ним знакомы совсем недолго. Или долго, но для бабушки эта оговорка не сыграла роли.<br />- А я и есть привороженный. - Я хихикаю и тянусь к Ним, целуя ее долго, вспоминая сразу обо всем, что было вчера. - И ты, правда, хочешь что-то демонстрировать, вот прямо сейчас?<br />Сейчас я уже даже думаю о том, что пикник тоже может подождать, тем более, какая-то демонтсрация умений вейл, тем более, на ком-то стороннем.<br />- Я люблю твою улыбку, и, когда она адресована мне, в ней точно есть магия, по крайней мере, для меня.<br />И снова поцелуй, когда Ним улыбается, в ответ на это.<br />- Уверена, что мы сейчас куда-то идем?<br />Мы идем на улицу позднее, собираем с собой фрукты, укладываем в корзинку еще кое-какую снедь, а несколько яблок я прячу в карманы, пару штук выдаю Ним в руки.<br />- Пойдем, познакомлю тебя еще кое с кем. <br />В Ирландии всегда было много животных, чего только стоит стая ирландских сеттеров, которая подбегает к нам, стоит нам выйти за дверь. Собаки виляют хвостами, кто-то лает, а кто-то в зубах держит мячики для тенниса, прося поиграть. Кидаем псам игрушки и идем дальше, к отдельно стоящему строению, где у нас живут друзья побольше.<br />Лошадей в конюшне четверо, мы раздаем всем угощения, я называю имена каждого, мы гладим их, пока они хрустят яблоками и тыкаются в нас носами. У Ним дома тоже есть конь, так что среди способов, как мы будем осматривать окрестности, кажется, вариант один. <br />- Только учти, что я не самый продвинутый всадник на свете.<br />Уверен, что Ним зато - да.<br />Мы доезжаем до озера, спешиваемся, достаем корзинку и, видимо, вот, для кого мы ее собирали - не для себя. Потом оставляем лошадей щипать траву, а я расстилаю плед и тяну Ним за руку, усаживая ее рядом с собой. Тишина, только легкий плеск воды, шуршание лошадей, у которых кругом еда, и птицы где-то далеко в небе. Я ложусь на спину и тяну Ним, укладывая ее голову себе на плечо, смотрю в небо, над нами проплывают облака.<br />- Ну что, как твой кастинг, кстати? <br />Вспоминаю обстоятельства, с которыми мы сюда собирались, точнее шутки, которыми обменивались в прошлое утро, которое, как будто, было уже очень давно.<br />- Мне почему-то кажется, что победитель определился, м?<br />Я вновь вспоминаю то утро. Впоросы о том, не ревнивый ли я, и обещание что-то мне рассказать из того, что за завтраком рассказывать не стоит.<br />- Помнишь, вчера ты спросила про мою вторую бабушку, Розье? Ты хотела мне что-то рассказать о ней. Что?<br />Мне кажется, это важно и, возможно, позволит мне лучше понять не только моего отца, но и меня самого. Я готов сейчас слушать.<br /><br /></p> <p>Конечно, менять работу так резко на совсем не похожую на ту, которой раньше занимался - предприятие волнительное. Это только кажется, что по сравнению с авроратом все остальное выглядит пустяком, а на самом деле, мне, суровому аврору (Ним в этот момент бы, наверное, хихикнула над определением) Дарону Фоули, всю ночь плозо спится перед первым официальным выходом к ней в бар. Страшно не то, что у меня что-то будет не получаться, нет. Ним всегда поможет, направит и поддержит, это я знаю. Мне страшно как раз подвести её эту веру в меня, что я окажусь ненужным баластом, тянущим её любимое детяще назад. Но она точно уверена, что я смогу не стать им. Если Ним в меня верит, то и мне нужно верить, правда?<br />Меня знакомят с азами работы. С людьми, кто чем занимается, что у нас есть, что за чем идёт. Я умею ориентироваться быстро, стараюсь все запомнить, а потом вдруг все занимаются своими делами, а я остаюсь один. Беру меню и начинаю изучать его не с точки зрения клиента, как я приходил раньше, а с точки зрения человека, который работает с этим. Ним касается моего плеча и ставит передо мной чашечку кофе.<br />- А как же &quot;как хозяйке&quot;?<br />Ним улыбается, говоря о том, что в их негласный список условных заказов скоро добавится ещё одна позиция, а пока я выгляжу как человек, которому кофе не повредит.<br />- Может быть тогда этот кофе сделать моим условным знаком?<br />Ним улыбается снова, говоря, что такая позиция уже есть в меню, и называется она &quot;кофе по-ирландски&quot;. Я делаю глоток из чашки, но алкоголем кофе не отдаёт совсем.<br />- По-ирландски это по-ирландски, а по-дароновски должен быть просто кофе.<br />- Такой же чёрный, как весь твой гардероб! - конечно, в первый же рабочий день меня не могла оставить сестрёнка, и с ней и наша команда авроров, которую я покинул.<br />Смотрю на Ним, а она устраивается за столиком со стаканом воды с листочком мяты и кивает мне на вошедших, дескать, у неё наконец-то есть помощь, можно поручить гостей мне. Я с улыбкой иду им навстречу, на самом деле, это хорошая идея для того, чтобы мне потренироваться и избавиться от сомнений. Когда заказ принесен, ребята болтают обо всем на свете, хвалят еду, просят барную карту.<br />- Какую барную карту? Вы же не обеде.<br />- Но ты же больше не наш начальник, ну? И вообще, мы же должны отметить твою новую работу!<br />- Отметите мою новую работу после старой вашей, а сейчас у вас будут тренировки. То, что я не ваш начальник, не означает, что я забыл ваше расписание.<br />- А мы будем отмечать???<br />Эйрион услышал только то, что хотел услышать из всего диалога - про праздник.<br />- Если хозяйка нам разрешит.<br />Оборачиваюсь к столику, где сидела Ним, но она уже рядом со мной, легко касается губами моей щеки, говоря, что я могу считать, что первый рабочий день у меня сокращённый.<br />- Но дальше никаких поблажек.<br />- Ууу, &quot;хозяйка&quot;! &#8212; многозначительно тянет Эйрион.<br />- У кого-то закончился перерыв. - Сурово смотрю на брата, а Рин хихикает, но Моркант тянет всех на выход. А навстречу им заходят новые посетители, и я понимаю, глядя на них, что моё волнение почти прошло.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Mon, 06 Mar 2023 23:50:24 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57187#p57187 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57185#p57185 <p>На что похожа моя жизнь, на цирк, на фарс, комедию? Как будто насмешка над людьми, судьба, или провидение, или череда случайностей, приведшая нас всех на те места, на которых мы оказались. С детства я сталкивался с тем, что не мог себе объяснить, на что не мог повлиять, и старался не сгибаться под гнетом обстоятельств, пытаясь жить так, как я умею. Когда ты растешь в мире священных двадцати восьми, волей-неволей приходится учиться выживать среди окружающих людей и правил, которым они следуют.<br />Что в моей жизни было настоящего? Сестра и братья. И желание вырвать нас всех из этих пут, созданных извне, попытки идти против, вопреки всему.<br />Мы пришли. Что в моей жизни настоящего сейчас? Сестра, братья, дочь, сын. Ним. Она говорит, что на нее влияет старая магия, проклятие, а от всего, что было лишним, она избавилась, пройдя через ритуал. Это тоже то, что было настоящим - чувства девочки, которая изо всех сил тебе верит. Так вот, этой веры не осталось, и я сам в этом виноват. Осталось что-то от магии, что связывает Ним и меня. Но это с одной стороны, а ведь есть и другая. Я сам.<br />Насколько я сам настоящий, насколько осознаю, что мои решения продиктованы моими желаниями? Ним не говорит о своих желаниях, считая, что они неважны, гораздо важнее другое, другие, те, у кого вся жизнь еще впереди. Кто еще не наделал ошибок, о которых всю жизнь будет сожалеть потом. <br />Что есть настоящего в жизни Ним?<br />Ее вера в свою правоту железобетонна, но мне кажется, что она специально старается, повторяет все это раз за разом, чтобы поверить как следует. Напомнить себе лишний раз. Убедить. Даже заколдовать, быть может, себя, чтобы и я смог ей поверить. Я верю, но мне кажется, что ее колдовство еще можно повернуть вспять, возможно, потому, что есть еще одна вещь, которая во мне осталась настоящей - мои собственные чувства, которыми я с ней связан. Может быть, я поступаю точно так же, как и она, убеждая себя в том, что еще не все потеряно, но я хочу попытаться. Как минимум я хочу оставаться рядом, не оставляя их снова. Все мы люди, и мы все ошибаемся, и только мы знаем, какую ношу тянем за собой.&#160; Мой груз велик, и он давит на плечи. Легко винить того, кто стал причиной твоей беды, но что делать, если причиной стал ты сам?<br />Меня видят все, я у всех на виду. Я стараюсь не подавать виду, что что-то не так, чтобы не расстраивать родных, не пугать детей, но получается у меня хуже, чем я думал. Ним решает поговорить, узнать, что со мной происходит, сказать мне ей нечего. На эту тему нечего, и нечего сказать языком обычных слов. Все получается не так, как я думал, и разговор выходит другим. Прикосновениями, стремлением оказаться рядом, притянуть и не отпускать. Так тоже можно говорить, особенно если словами у нас получается не очень. Я забываюсь в этом всем, чувствуя, как Ним подается мне навстречу. Вопрос - ответ? Я тоскую, Ним, по тому, какой могла бы быть наша жизнь, если бы я не принял неверное решение. Мне больно от того, что я сделал с тобой. И сейчас, когда, наконец, я вернулся и узнал так много всего, Ним, я хочу быть твоим. Я еще нужен тебе?<br />Ним укрывает нас обоих, внимательно смотря на меня. Я пытаюсь прочитать по ее лицу ее мысли, но разве можно сделать это, когда она рассуждает вслух о проклятии крови? Просто проклятие, вот, почему ее ко мне потянуло. <br />- Проклятие. Это всегда что-то плохое, черная магия, Ним. <br />Она рядом, и я ее обнимаю, думая, что, если она захочет уйти, я ее не отпущу. Ним говорит о нашей затее, так по-деловому и буднично, выводя что-то у меня на плесе, что мне хочется поморщиться, остановить этот деловой подход, просто не думать про фальшь в нашей жизни, когда в ней есть и что-то настоящее. <br />- Я не хочу сейчас об этом. Все дела потом.<br />А хочу я ее целовать. Пользоваться, так она сказала? Пользоваться возможностью... Это не то, я просто хочу снова почувствовать ее так близко, как только это возможно на текущий момент, и я затягиваю ее в поцелуй, не думая о плохом. Мы засыпаем и просыпаемся вдвоем, но Ним бросается реализовывать свою идею, оставляя мне ее вторую часть. Придется поехать в Ирландию и встретиться с дедушкой и бабушкой.<br />Я еще не сумел пережить то, что узнал о них и о Ним, и я не смогу смолчать, когда мы встретимся. Это тоже сложно, но сколько можно бегать от неизбежного? Портал в Ирландию переносит меня к дому, который я всегда считал своей крепостью, а сейчас он кажется каким-то чужим. Странно понимать, что, кажется, у меня теперь совсем нет места, которое я мог бы считать убежищем.<br />С обетом все получается просто, когда ставишь людей перед фактом. Мы с Ним решили сделать так и так. И да, мы живем у Розье, и да, у вас еще один правнук. И еще, да, я знаю, что Ним приходила сюда, прося о помощи. И нет, я не снимаю с себя вины.<br />Когда я возвращаюсь обратно, мне кажется, что я внутренне опустошен. А Ним хихикает, рассказывая, как они с Рин сходили к отцу. <br />- МакКинноны тоже никому ничего не расскажут, все сделано, обеты взяты со всех, кто что-то знал.<br />Я перевожу дыхание, Ним знает, что это значит, что я виделся с бабушкой Мэри, уже зная их историю. Не хочу сейчас говорить об этом, вообще не хочу обсуждать наш план. Но и Ним, наверное, тоже не хочет говорить об этом. Она тормошит меня, отправляя собираться на прогулку с детьми. Улыбка трогает мои губы, когда я вижу из оживление, даже Анейрин, который зачастую ведет себя как маленький взрослый, предвкушает наш общий семейный поход. Я беру детей за руки, сажусь перед ними на корточки, спрашивая, готовы ли они.<br />- Уже придумали, куда мы пойдем первым делом?<br />Мэри хватает Ним за руку, и дети тянут нас к камину, чтобы скорее переместиться в парк. Мы гуляем, как самая обычная семья, и неважно, что до этого мы собрали со всех родственников обеты о неразглашении того, что это не совсем так. Мы берем мороженое, каждому, дети бегут вперед, а я думаю обо всем, что случилось в последние сутки. Ним тыкает мне мороженым - холодное касается лица, я оборачиваюсь и смотрю недоуменно, хлопая глазами.<br />- Ты что, Ним? Эй!<br />Я подставляю лицо, чтобы Ним устранила последствия столкновения десерта и меня, потом беру ее за руку и вдруг кусаю ее мороженое, как будто она своим тычком меня разморозила.<br />- Вкусное. Держи.<br />Протягиваю ей свое, предлагая попробовать кусочек моего. Дети прибегают, чтобы утащить зазевавшихся взрослых вперед, к волшебным каруселям. Мы гуляем в парке целый день. Покупаем сахарную вату, потом заходим в детское кафе. Насыщенный день, дома детей моментально выключает. Для нас он тоже был долгим, но закончился он хорошо. Когда мы укладываем детей, а они засыпают, наступает момент и нам ложиться спать. Наши двери друг напротив друга. В коридоре я вновь ловлю ее за руку и обнимаю.<br />- Не уходи, пожалуйста.<br />Делаю шаг к своей двери, желание не отпускать ее никуда не делось. Ним поддается, сегодня все похоже не на спонтанное желание, а на осознанное решение двух людей быть вместе.<br />Вечером после работы я захожу к Ним в бар. Вообще, я здесь в первый раз, Рин поделилась адресом. Здесь красиво. Магической части Лондона не хватало подобных мест - чтобы был не паб и не непонятная харчевня, а место, куда приятно зайти в приятной компании провести вместе время. Ним я не вижу, сажусь за стойку, прошу бармена дать мне стакан воды.<br />- Здесь воду не наливают.<br />Знакомый голос как дежавю с моей работы. Кузен и он же стажер моего отдела плюхается на соседний стул и машет кому-то рукой. А вот и Ним, замечает, подходит, и переводит взгляд с меня на моего соседа и обратно.<br />- Тебе еще долго работать? Я хотел позвать тебя поужинать.<br />А мимо меня проплывает букет - цветы для Ним, вручает мой младший коллега. У них, оказывается, планы на вечер, а тут я со своим ужином. И гениальная идея, можно поужинать втроем, как раз уже и есть пора.<br />- Я хотел пригласить на ужин Ним без посторонних.<br />В моем голосе звучат холодные нотки. И Ним еще с этими фиалками в руках, и у стажера бармен интересуется, дескать, ему как обычно? Мне кажется, как будто я вторгся куда-то, где мне не рады. <br />- Так что тебе ужинать одному. Ним, собирайся, я подожду тебя на улице.<br />Только Ним не спешит собираться. Вообще не планирует, дескать, ей не нравится разговор, поговорим дома завтра. Я на миг теряю дар речи, и внутри у меня все закипает. Я беру Ним за руку, и мы переносимся в замок Розье. Вот и дом, зачем ждать завтра, когда можно поговорить сегодня.<br /> <br /><br /></p> <p>Вечно правильный и собранный Дарон Фоули. Кто-то еще верит в этот образ, не вдаваясь в подробности моей жизни. Вряд ли человек, знающий меня ближе, способен поверить в эту легенду, но вот Ним, оказывается, все еще верит в нее. Ну а я не могу поддержать эту веру, мое самообладание лопнуло примерно часа три назад. Венок - прочь. Чужие подарки, чужое время. Завтра у нас финальная часть плана, свадебная церемония, и Ним демонстрирует украшение, которое собирается надевать, еще одно подтверждение для меня, что это все - цирк с кучей зрителей, и больше ничего не значит. Я больше так не могу.<br />Не могу сидеть, не могу слушать и принимать правила, по которым Ним хочет поиграть со мной. Не могу поддерживать образ вечно спокойного Дарона Фоули. Венок улетает, вместо него - поцелуи. Я целую Ним, и этот поцелуй - не вопрос, а утверждение.<br />Не все утверждения могут быть приняты другой стороной. Укус и толчок руками, я, как ледяной водой облитый, смотрю на Ним, стараясь отдышаться. Я поступил слишком требовательно и потерял самообладание, и это Ним совсем не нравится. Никому не понравится такое, если уж начистоту. Она тоже пытается отдышаться, смотрит на меня, и я жду того, что она скажет, но вместо слов она вновь тянет меня к себе, как будто не оттолкнула несколько мгновений до этого. Ее поцелуй тоже не назовешь ласковым и нежным, но такие у нас сейчас новые правила: если не можешь или не хочешь ничего сказать, покажи.<br />Когда, спустя время, мы оба успокаиваемся, и пробуем соображать, я вижу темные следы на ее коже - я был слишком требователен, совсем утратил контроль. И мне делается до одури страшно от этого, я вспоминаю сразу все, отца, его проявления эмоций, то, как нужно было прятать младших, чтобы не попадались ему на глаза, когда он в плохом настроении. Я осторожно касаюсь одной из отметин на светлой коже Ним, и она даже не представляет, как сильно мне жаль.<br />- Я сделал это с тобой... Ним, мне так жаль, если ты можешь, прости меня.<br />Мне кажется, что еще немного, и меня начнет трясти. Я смотрю на нее глазами, полными страха, я боюсь, что она сейчас встанет и уйдет навсегда. Но она фыркает и только кусает меня в плечо, уже игриво, как будто в ответ.<br />- Мне кажется, если это спичка, то она то вспыхивает, то перегорает. - Я падаю на подушки и укладываю ее к себе на плечо, а Ним упоминает о том, что на меня со стороны тоже следует посмотреть. Фыркаю уже я. - Просто ты не хотела остаться в долгу, вот и все.<br />Я целую ее, вычерчивая непонятный узор у нее на спине.<br />- Ним, ты знаешь, какой у меня боггарт?<br />Внезапно мне приходит в голову, что она просто не понимает, чего еще я испугался в данную минуту.<br />- В конце концов, мы все - дети наших родителей. Я боюсь, что когда-то пойму, что стал таким же, как он, и будет слишком поздно. Я боюсь, что процесс уже идет, ведь я его сын. Может быть, лучше не спичка, а зубочистка? Ним... Если ты поймешь, увидишь, что со мной все плохо, скажи мне.<br />Она говорит, что нам нужно ложиться спать, ведь завтра тяжелый день. Но, противореча своим же словам, тянется ко мне, и я ловлю это другое настроение, следы физически мы успеем убрать утром, а сейчас мы сможем стереть следы этого вечера в наших мыслях. Утром Ним быстро разбирается с последствиями вчерашнего, которые еще остались. Венок, несмотря на то, что она его поймала, разрушен, и Ним, собираясь, на ходу придумывает, чем можно было бы его заменить. В сокровищнице Розье наверняка сотни несметных сокровищ, которые подошли бы к любому случаю, но мне хочется предложить свой вариант. Ним садится за столик спиной ко мне, вокруг нее летают кисточки. Сборы невесты, хоть они и не считают эту гражданскую церемонию важной, должны выглядеть не так, и проходить не с таким настроением, но у нас все не так, как хотелось бы, имеем, что есть. Я подхожу со спины и аккуратно вставляю ей в волосы украшение в виде веточек, переплетенных кельтским узором, но узор могут разглядеть только те, кто знает.<br />- Может быть, вот это? И бриллианты, и почти венок. Он передавался у нас в семье несколько веков. Корни его теряются.<br />Ним просит помочь ей с застежкой платья, но мне кажется, что у нас еще есть время... Рассыпать поцелуи по плечам так точно. Вся церемония как одна сплошная фикция, но для меня она все равно важна. <br />- И Ним, я хотел бы дать тебе еще одну вещь.<br />Коробочка с кольцом у меня в руках. Зеленый изумруд и бриллианты - не цвет Ним, но зато мой цвет, цвет моей семьи. Оно должно было оказаться у нее уже давно.<br />- Я хочу, чтобы оно было твоим. <br />Она решит, что с ним делать, но это мое желание.<br />- Позволь мне?<br />Беру ее руку и надеваю кольцо ей на палец, провожу по камням, когда все готово, не выпуская ее ладони.<br />- А еще, знаешь, что мы сделаем, когда сегодняшний день пройдет? Нас ждет портал в Рим, за детьми обещали присмотреть Рин и Эван. Я никогда не был в Риме. Мне хочется открывать этот город вместе с тобой.<br />Я тяну ее к себе и обнимаю. Час, сорок, тридцать минут... Какая разница, когда мы делаем это все для других. Можно же оставить немного времени и для себя, правда?</p> <p>Столица Италии способна произвести впечатление на любого. Я не то чтобы много путешествовал, и теряюсь среди памятников истории, которых будто бы на каждый квадратный метр как минимум парочка десятков. Ним же ориентируется здесь очень хорошо, показывая и знаковые достопримечательности, и менее растиражированные среди туристов, но интересные местечки. Когда я предлагал поехать в Рим, я думал, что новые впечатления заставят нас обоих общаться друг с другом больше, мы сможем изучать новые для нас места, получать новый опыт. Но все вышло не совсем так, город в новинку только для меня. Впрочем, Ним, видя это, не расстроена, и главная цель, общение вне комнаты и постели, которое, конечно, немаловажно, но не должно становиться единственным, пока удается реализовать. Мы идем по набережной вдоль реки, прямо напротив - Замок Святого Ангела. Страшно представить, сколько лет этим местам, стенам, дорогам, всему, что в этом городе есть. <br />- Теперь я понимаю, почему этот город называют вечным.&#160; <br />Я беру Ним за руку, мы шагаем рядом, а вокруг все эти здания, которые видели века. Ним так же, ведь она говорила мне про ритуал, будет наблюдать за тем, как сменяется время, тогда как я промелькну на фоне веков мимолетно, оставаясь потом только где-то в памяти - не самым лучшим человеком, который наделал много ошибок и принес много боли в ее жизнь. С реки дует ветер, я сжимаю ладошку Ним и тяну руку с ней в свой карман. Ним не верит мне и имеет на это полное право. Но я рядом, и, пока мое время еще не прошло, я хочу попытаться сделать так, чтобы она вспоминала не только боль, которую я ей обеспечил. Знать бы еще, как...<br />- На свете есть места, где ты еще не бывала? Мне нравится слушать твои рассказы, и я рад, что этот город ты любишь, но иногда хочется оказаться там, где никогда не был, с человеком, с которым хочешь исследовать новое.<br />Исследовать новое, или показывать то, что любишь, чтобы поделиться тем, что нравится, с тем, кто нравится тебе. Что сейчас делает Ним? <br />- Есть в Риме место, которое ты особенно любишь? Здесь все такое великое, что от этого величия может снести крышу. Но наверняка каждый человек находит что-то свое. Мне понравился замок Ангела.<br />Кидаю взгляд через реку, мост со скульптурами ведет к сооружению, по которому сразу и не поймешь, что это: укрепление, тюрьма, аванпост, или даже дворец, или все вместе и сразу.<br />- В нем что-то есть, и вид оттуда - весь Рим на ладони. Я люблю, когда взгляд не упирается в стены, когда видно все далеко. До самого горизонта вперед.<br />Пальчики Ним в моем кармане, я переплетаю их со своими.<br />- Покажешь мне когда-нибудь самый лучший вид из тех, что ты видела? <br />Я притягиваю ее к себе, обнимая, касаюсь лбом ее лба и прикрываю глаза.<br />- Мне бы хотелось увидеть его вместе с тобой.<br />Сколько мне лет отмечено, никто не знает. Мне хочется успеть. Этот город так на меня повлиял, что я начал думать об этом. Мне не хочется оставлять Ним одну, сколько бы лет ни минуло.<br />- И твое любимое место в Риме тоже.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Mon, 21 Nov 2022 00:48:10 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57185#p57185 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57179#p57179 <p>Прикольные картинки пикинесов на sobakovod.club</p> mybb@mybb.ru (Ronnievub) Wed, 21 Sep 2022 18:13:58 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57179#p57179 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57178#p57178 <p>Все происходит стремительно, но мне кажется, что мы с Ним очень близко связаны. Она чудная, эта девушка, моя невеста, она кружит мне голову, и я уплываю, забывая обо всем на свете. Наутро я вижу, что ее рядом нет, и так не должно быть. мне делается страшно, что случилось? Успеваю только одеться и выбежать на поиски Ним. Этот замок, эти коридоры, я еще не привык. Наверняка есть более короткие дороги, более удобные пути, чтобы скорее найти ее,&#160; но они мне пока неподвластны. Правда, я быстро схватываю, а еще, меня ведет как будто ощутимая, всегда существовавшая, но сейчас ожившая, ниточка, что соединяет меня и Ним, я как будто чувствую ее.<br />Когда я наконец ее нахожу, явно чувствую, как будто уплываю. Свидетели, люди кругом, мне как-то на все наплевать. Нужно задать мои вопросы как можно скорее, нужно схватить, прижать к себе...<br />Голос в голове заставляет меня вынырнуть из морской пучины.<br /><span style="font-style: italic">А? В смысле?</span><br />Ним смотрит куда-то ниже моего лица, я машинально касаюсь шеи, догадываясь, что прошлая ночь осталась не только в нашей с Ним памяти, напоминания о ней весьма заметны. Слова про аккуратность подтверждают эту гипотезу.<br /><span style="font-style: italic">Это мне надо быть внимательнее, но я спешил.</span><br />Разговоры мыслями хороши всем, кроме того, что общающиеся как будто вываливаются из внешнего мира, проваливаясь в мир голосов в голове, а выглядит это не очень. Свидетелей же у нас много, и от их глаз ужасно хочется сбежать подальше. Я даже отлично знаю подходящее место, то, откуда сегодня утром (или вчера, я не в курсе, сколько времени Ним провела у меня) исчезла одна светловолосая волшебница, которую я беру под локоть, чтобы уже не мысленно начать разговор. Говорить словами ничем не хуже обмена мыслями. К самому смыслу слов здесь присоединяются и другие способные взволновать вещи. Дыхание, ощущение слов на языке. То, как пересыхают губы и как хочется их облизнуть.&#160; Усилие, с которым получается подбирать выражения, чтобы не выдать наш пока еще секрет раньше времени. Все вместе это нравится мне сильнее. Я хочу слышать голос Ним, но и видеть, как она говорит, чувствовать, как она выдыхает мое имя, совсем как вчера, когда впервые назвала его. Ним боится, что секрет выплывет слишком рано, и мне приходит в голову идея, как можно избавиться от этого риска. В конце концов, мы кузены, об этом, в отличие от контракта, все знают, и нормально, что кузен на новой должности просит помощи у кузины. Показать ход к моим покоям в замке. Любой ход, где не будет свидетей, можно показывать и показывать долго.<br />- А Вы хорошо вели себя, мисс Розье?<br />Когда Ним незаметно пробирается под складки одежды, я фыркаю, и мы почти вваливаемся в этот самый пресловутый тайный коридор. Можно, он окажется совсем тайным, абсолютно, от слова &quot;вообще&quot;?<br />Поцелуй, которого мы так ждали, и, наконец, не надо следить за тем, что может увидеть кто-то посторонний. Ним ведет меня, хоть и пробираемся мы с остановками, известным ей путем, и оказываемся совсем не у кабинета защиты от темных искусств. Ним привела меня к себе. Время исчезает, остаемся только она и я. <br />Потом Ним припоминает о том, что меня сегодня точно потеряют, но думать об этом нам сейчас не нужно, да и я не хочу.<br />- Скажем, что у профессора Фоули отгул. <br />Или загул, если уж по-честному. Пары на сегодня пропали, ибо Ним приступила к выполнению своего обещания, о котором я ей напомнил, старательно и с энтузиазмом. Обнимаю ее и легко целую в кончик носа.<br />- Мне нравится, когда ты называешь меня не &quot;профессор&quot;.<br />Ним смотрит внимательно.<br />- Зеленый.<br />Темно-зеленый, как цвет мха, покрывающего горы в Ирландии, ярко-зеленый, как луга страны, которую я считаю своей родной.<br />- А твой? И почему ты спрашиваешь?<br />Вот уж не вопрос, который ожидаешь услышать, обнимая девушку, которую только что целовал, забывая обо всем на свете. Ним рассматривает мою татуировку, тот же символ был на кружке, из которой она вчера пила чай.<br />- Это старый кельтский символ, он же - символ нашей семьи. МакКиннон, ты же знаешь, никто из Фоули не проявлял к нам участия, только дом бабушки и дедушки мы можем назвать этим словом.<br />Немного молчу, думая об этом. Контракт между Фоули и Розье, а получат они в результате не совсем того, кого могли бы. Правда, думаю, они знают, и их не смущает это.<br />- В нашей семье уже несколько поколений авроров, и нынешнее не исключение. У всех нас есть такой знак - он объединяет нас вместе. Если что-то плохое случится с одним из нас, мы почувствуем и придем на помощь.<br />Семья держит каждого на ногах так же, как дерево удерживает крепко ствол и крону, помогая растению противостоять бурям и ураганам. А корни, истоки, формируют новые покления, делая их более сильными и крепкими, чтобы потом, в свою очередб они стали надежной опорой для следующих ветвей большой семьи.<br />Ним накидывает одеяло, ей холодно? Обнимаю ее крепче, чтобы согреть, прячу в кокон из теплой ткани и моих рук, целую в висок.<br />- Уже представила, как несчастные выпускники школы тянут спички, позволяя судьбе решать, кто вернется сюда снова? <br />Смеюсь, представив себе эту картину. Куча маленьких волшебников способна напугать некоторых моих коллег посильнее стаи дементоров, высосать из них радость вместе с последними соками, тоже. <br />- Я просто знал, что в школе будешь ты. Мне хотелось увидеть тебя, какой ты стала. Узнать, что ты думаешь обо всем...<br />Я знаю ответ. И я целую Ним, чтобы вновь остановить ход времени и напомнить нам, что можно говорить вслух, можно применять легилименцию, но еще есть язык тел, про который тоже не стоит нам забывать.<br />Индульгенция нерадивому преподавателю поступает сама, Ним смеется, упоминая нашу утреннюю встречу с директором школы.<br />- Ему столько лет, можно подумать, что он уже забыл, что это такое и отчего оно бывает.<br />Из стопки домашних заданий вылетает то, что я не хотел бы в данный момент Ним показывать, но оно тоже возникло само. Лучше, наверное, раньше. Да и она внимательная, все бы узнала.<br />- Кхм... Лучше бы они учили уроки, честное слово. <br />Я толкаю стопку пергаментов, и она съезжает, разваливаясь по столу.<br />- Видимо, среди старцев с бородами, ученицам становится скучно. Слушай, - оборачиваюсь на Ним, как будто озаренный прекрасной идеей, - может, мне тоже отпустить бороду, как ты думаешь? Буду ходить как Дамблдор, не отличить. Ты же к нему сегодня от меня сбежала. У старого директора есть свой фан-клуб, м, сознавайся?<br />Ужин прибудет к нам сюда же, Ним падает на подушки рядом со мной, я тянусь, обнимаю ее и делаю так, чтобы она нависла надо мной, закрывая нас обоих своими длинными волосами. Мир, в котором мы одни. Ним напоминает мне о своем обещании, и я улыбаюсь - все помнит. Правда, два дня халявы нам, наверное, не дадут.<br />- Профессор Фоули учит студентов примерно так же, как они выполняют домашнюю работу, да?<br />Пожимаю плечами, притягивая Ним к себе. Мы успеем поужинать, и как минимум до утра у нас еще есть время.<br />Наутро мне нужно будет запастить кое-какими вещами и отнести пергаменты к себе в кабинет. Собираюсь выйти ненадолго, вспоминаю путь, которым Ним меня вела, очень полезный путь. Пергаменты отправляются на рабочий стол, я прохожу в жилые комнаты и замираю на пороге. Все изменилось.<br />Жилые комнаты теперь выглядят на самом деле жилыми. Бархатные портьеры на окнах, подсвечники с горящими свечами на комоде. Серебряный чайник и чашки на подносе вокруг. Никаких вещей от бывших жильцов помещений. Моя кружка с кельтским деревом на рабочем столе, где книги, пергаменты, инструменты не валяются вперемешку со сломанными вредноскопами и старыми ежедневниками, а аккуратно разложены по тематике. Думаю, что надтреснутую посудину я тут точно уже не увижу.<br />В спальне появились два кресла возле камина, потрескивает огонь. Кровать укрыта зеленым покрывалом. Новых вещей много, но они оставляют простор для внедрения личностей новых жильцов в эти помещения. Скорее, вещи создают направление движения, вектор, а не законченный образ. Ним не даром спросила меня про любимый цвет, но когда она только успела сделать все это?<br />Мой чемодан лежит около кровати. Думаю, что валяющийся чемодан в этом интерьере точно лишний, нужно разобрать, повесить в шкаф одежду, разложить вещи, которые я сюда привез с собой. Я все это сделаю, но не сегодня, сегодня меня ждет Ним. Мне нужна смена одежды, и я вернусь в ее комнату для старост. Открываю чемодан и ищу рубашку, мне в голову приходит, что почти вся моя одежда нейтральных цветов, темных оттенков. Но где-то внизу должна быть белая рубашка, ее я и хочу найти, у меня сейчас настроение, далекое от универсальной мрачности. Чтобы найти ее, приходится перерыть почти весь чемодан,&#160; но дело заканчивается успехом. Выуживаю предмет гардероба и слышу звон склянок. Не клал в чемодан ничего подобного, насколько я помню. Смотрю на бутылочку с зельем и обмираю. &quot;Дарон Фоули, ты безответственный великовозрастный дубина&quot;, - говорю себе я и отчего-то улавливаю интонации Рин в этой фразе. А за спиной слышу голос Ним, чьи руки касаются меня, меня слишком долго не было, она пошла следом, посмотреть, все ли в порядке. <br />Это я должен был волноваться, все ли в порядке с ней, придурок.<br />- Ним, я тут понял, что мы с тобой кое-о-чем забыли. - Оборачиваюсь и поднимаю на нее глаза. - Я... Меня совсем унесло, и, в общем, ни зелий, ни... Ничего такого, - Ставлю склянку Рин на стол, чтобы она все осознала, - не было.<br />Ним всего пятнадцать лет, она пришла на лекцию, и я очень сомневаюсь, что собиралась задержаться после нее, так что вся надежда была на меня, а я не оправдал доверия.<br />- Ним, я тебя подвел.<br />Беру ее руки в свои ладони. Боюсь нового урагана за окном и не только, если честно.<br />- Все... Могло случиться.<br />Боюсь, что Ним решит, что я думаю только о себе, что мне нельзя доверять.<br /><br /></p> <p>Случайности неслучайны. Так говорят люди, считающие, что нашими жизнями управляет судьба, и все наперед предопределено. Рин, которая может видеть больше любого из нас, наверняка, располагает сведениями на этот счет побольше, а мы, простые жители без особых талантов, можем только знать свои желания и стремления к тому, какой мы бы хотели увидеть свой жизненный путь, а события на этом пути уже расставлены могут быть по-разному, ведь иногда очень хорошо продуманный план не приводит к успеху, зато случайность может привнести в жизнь что-то новое и чудесное.<br />Все случилось раньше, чем мы с Ним оба думали. В принципе у нас с ней все закрутилось намного быстрее, чем мог бы предположить кто угодно, а что мы получим подарок, о котором узнали, благодаря Рин, несколько раньше, чем было возможно, мы, конечно, не рассчитывали, хотя каждый и думал, что со временем мы к этому придем. Ни я, ни она, однажды схватив, не собирались отпускать друг друга, мы всегда были связаны, и теперь связь стала ощутимой и яркой. И совсем скоро видение Рин, которое она мне показала тогда в Хогсмиде, станет реальностью.<br />Я все еще помню глаза сестры, округлившиеся от удивления, спрашивающей, неужели ее видение, действительно, может стать явью так скоро. Да, может, уже к следующему лету - я улыбаюсь при этой мысли. Мы не планировали форсировать события, но они побежали вперед сами, и теперь наша задача за ними успевать. На Рождественские праздники мы поедем в замок Розье. Подарок для родителей Ним мы прибережем как раз на праздник. К личной встрече.<br />Некоторые вещи нужно обязательно сообщать лично. Как, например, видение Рин - омут памяти позволяет увидеть вновь и вновь траву, берег озера, плед и малыша на руках Ним, которого она щекочет, а он смеется. Если ее родители будут в шоке, видение сделает то, что случится совсем скоро, более реальным, и покажет, что все очень даже хорошо получится. Ним вот считает, что сообщить новости ее отцу будет самым большим испытанием, а она лучше знает, каков он, так что я уже готовлюсь ко всему, даже если придется использовать дар сестры в своих целях. <br />- В конце концов, я преподаю защиту от темных искусств, и я аврор, я сумею справиться, если твой отец захочет меня проклясть.<br />Шучу, когда беру Ним за руку, чтобы вместе с ней шагнуть в камин, который выведет нас в холл замка Розье. Только в каждой шутке лишь доля шутки.<br />- Единственное, если он так же, как и ты, способен устроить ураган, тут я уже вряд ли справлюсь. Но я не думаю, это твое уникальное умение.<br />Если бы было так, мистер Розье тоже учился бы индивидуально, но об этом ничего не известно. Да и волшебная палочка у него всегда с собой, я видел на приемах и палочку, и его.<br />Целую Ним, прежде чем бросить в камин летучий порох. Пламя окрашивается в изумрудно-зеленый, такой же цвет, как цвет камня в кольце у нее на пальце. Ним и зеленый? Непривычная для нее гамма, но это кольцо моей бабушки, и мой любимый цвет, как бы частичка меня у нее на пальце и обещание, которое тоже скоро станет явью для нас. Главное - выжить в эти праздничные дни.<br />- Ну, вперед.<br />Ним ждет меня, как будто гадает, неужели это нерешительность? Не на того напали. Мы выходим в просторный холл, украшенный к празднику. В центре наряженная елка, от нее, будто лучи, разбегаются золотистые огоньки, постепенно опускаясь и исчезая, не успев коснуться голов людей. Красиво. В замке Фоули елку не ставили, отец считал, что детей это только расхолаживает.<br />- В нашем доме будет елка и подарки на каждое Рождество.<br />Я говорю что-то такое очевидное для любого, но мы росли не в условиях, где праздники были поводом для праздного бесполезного времяпрепровождения. В Ирландии было все иначе, только не всегда удавалось попасть в Ирландию зимой.<br />А этот замок, несмотря на огромные размеры, на лепнину, на картины в тяжелых рамах, создает впечатление, что тут уютно. Это делают сами жильцы, которые нас встречают, помогают расположиться, приглашают к столу. Я знакомлюсь с теми, кого раньше не знал, дедушка Ним говорит на английском с явным французским акцентом, ее папа смотрит на меня не так, как раньше на приемах, а осматривает с ног до головы очень придирчивым взглядом, как будто видит в первый раз. Зато мама ломает между всеми лед, обнимая свою дочь и меня. А, когда следом выходят остальные ее дети, их друзья, мои братья и сестра, зал наполняется множеством голосов, смехом, откуда-то появляются домовики с бокалами шампанского, все становится праздничным и теплым.<br />За ужином Ним загадочно улыбается, кольцо на ее пальце все заметили и то и дело посматривают на нас. Тянуть долго, оттягивая неизбежное, не в моих правилах, и я беру слово, рассказывая, что Ним и я решили, и что я надеюсь, никто не против попрания традиций и того, что я не приходил просить ее руки у отца заранее, а прошу теперь. Правда, зная о договоре, отец Ним не должен быть против. Он и не против, и мама не против, и все, вроде бы, хорошо, но мне нужно договорить.<br />- И мы бы хотели пожениться в эти Рождественские праздники, да, Ним?<br />Повисает пауза. Мистер Розье с удивлением спрашивает, как так, свадьба требует подготовки, как раз к лету можно организовать все, как надо, куда нам торопиться?<br />После нашей второй новости пауза наступает еще дольше.<br />- Мы хотели поделиться этой новостью лично.<br />Уже потом, прокручивая дальнейшее в голове, обнимая Ним (после наших новостей глупо пытаться выделить мне отдельную спальню), я фыркаю ей в макушку.<br />- У твоего отца, как оказалось, есть свое уникальное умение. И против него у меня нет чар, если только петрификус тоталус, а парализовывать отца своей будущей жены и хозяина дома не очень вежливо. Как ты думаешь, он справится до нашей свадьбы со всем потоком новостей?<br />Касаюсь губами ее волос, прикрывая глаза. Спальня Ним светлая и просторная, большие окна выходят на океан. Шум волн слышно даже сейчас, когда окна закрыты. Летом можно открывать их, и будет казаться, что океан совсем рядом.<br />- И слова про бал и дворец, это эээ... Просто фигура речи? Твой дедушка сразу быстро заговорил по-французски, я не понял ничего, кроме пары слов.<br />Приподнимаюсь на локте, чтобы заглянуть Ним в лицо.<br />- А ты представляла когда-то, какую свадьбу ты хочешь? Ним, мы успеем организовать все даже за пару дней, все, даже бал, честное слово, только скажи.<br />Каждый представляет что-то для себя, неважно, девочки, или мальчишки. Не хотелось бы, чтобы из-за спешки все пошло комом.<br />- Мне нужна ты, это главное. Я тебя люблю.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Wed, 21 Sep 2022 01:43:53 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57178#p57178 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57171#p57171 <p>Сколько потом я буду анализировать, как такое могло произойти, буду приходить к единственному возможному варианту - я не ждал подвоха, я торопился к дедушке, чтобы скорее закончить дело и вернуться к Ним, она же сказала, что ждет обратно, и мне так хотелось обратно прийти. Мысленно я был еще там, в занавеси волос, мы были будто бы спрятаны от всего мира, болтая о снах, о цветах, о чем-то простом, что скрывает внутри что-то важное. Простые слова, простые цветы колокольчиков, которые сначала касаются моего лица, бутон легко скользит и щекотит, и я улыбаюсь, а Ним наклоняется, и мне хочется поймать цветок, притянув ее к себе, но страшно шевельнуться в то же самое время, потому что она шепчет, и ее дыхание я чувствую на щеке вместе с лепестками цветка, такой тонкий, хрустальный момент, который не хочется рушить. Я лишь продолжаю улыбаться, протягиваю руку и тоже легко касаюсь ее лица, я чувствую тепло - мои пальцы касаются ее кожи, а ее - моей.<br />- Я первый спросил тебя.<br />Фыркаю, мой вопрос вернулся ко мне, а ответа на него я не услышал, только полунамек - кто-то, может, снится.<br />- Мне снилось, что ты вышла из озера, но ты была не ребенком, а такой, как сейчас. И ты обсыпала меня брызгами, они сверкали на солнце, я протянул к тебе руку... И проснулся.<br />Я проснулся один, оставив Ним там, во сне, но настоящая Ним была совсем рядом, в саду под деревом она плела венок. Я увидел это, выглянув в окно, и мне захотелось, чтобы венок Ним, в котором она будет встречать праздник, был из моих цветов. Мне хотелось, чтобы в этот день она думала обо мне - возможно, не так, как раньше, украдкой, через намеки и простые слова, которые означают что-то намного большее. Чтобы мы, наконец, объяснились друг с другом, и порадовали своими намерениями родных. <br />Объяснились, да уж. Я спешил, я был дома, и весь в своих мыслях, я совсем не ждал подвоха, ухватил пирожное, пробегая мимо какой-то подружки кузины, приехавшей к нам на праздник. Сдается мне, корзинки с ягодами я теперь всю жизнь буду подозревать во всех смертных грехах и сроду не стану больше есть.<br />а в тот момент, когда я услышал голос Ним, зовущий меня назад, я понял, что все мои планы не сбудутся. Моей главной задачей в тот момент было отогнать от себя морок. Громкое &quot;Стоп&quot; голосом Ним смогло пробить завесу, за которой я оказался, и это позволило увидеть истину. Мир вернулся в нужные рамки, я вспомнил, кто я, и чего в самом деле хочу. Декорации быстро меняются, я не успеваю уследить, но зато я могу притянуть Ним к себе и поцеловать - настоящий поцелуй, тот, который я хотел давно, на самом деле хотел, а не делал, потому что магия, чье-то чужое желание, не соответствующее моему, вмешалось. Поцелуй - вот, чем должен был закончиться мой сон, он прервался слишком рано, но теперь у нас явь, а не отголоски того, что случилось ранее. Она это все увидела, и это ужасно. Но еще страшнее, если бы никто не смешался, не понял, что происходит, и мне не помог.<br />Беспомощность. Я ненавижу это чувство, когда целиком зависишь от внешних обстоятельств и не можешь ничего поделать с ними. Мой самый большой страх. И меня трясет - Ним говорит про жар, дает мне лекарство, а это не столько последствия отравления зельем, сколько сознание того, что случилось и что могло. Ненавижу это и ненавижу себя за беспечность. Аврор со стажем, попался на любовном зелье и полностью дал себя захватить.<br />- Я тоже должен был отличить ее, нас этому учат.<br />Я делаю все, что она сказала, послушно ложусь, я не хочу волновать ее еще сильнее. Правда, мне все еще кажется, вдруг она решит, что дело все еще в зелье. И еще, я совсем не хочу, чтобы меня укладывали и уходили. Она мне нужна. Вот моя амортенция. И еще один поцелуй, пока Ним не продолжила меня лечить. Она деятельная - талант зельевара.<br />- Подожди.<br />Я ловлю ее и тяну к себе. Хочу ее рядом, просто, без лечений, без безоара и зелий, просто она и я.<br />- Я как будто вечность тебя не видел, побудь со мной.<br />Говорить длинные фразы, оказывается, не так уж просто, у меня как будто разом отняли силы. Как будто с дементором целовался, как бы это ни звучало, но, когда Ним рядом, я понимаю, что моя душа на месте. На нужном месте, там, где должна быть, рядом с той, которую любит.<br />А Ним говорит про жар, и у нее есть способ, как бороться с этим недугом тоже, и этот способ нравится мне больше.<br />- Ужасно, что это случилось, и что тебе пришлось увидеть все.<br />Я отвожу глаза.<br />- Мне хотелось бы, чтобы они развивались без помощи чужой магии.<br />Ним растирает мое тело, говоря, что, если я хочу пойти со всеми вместе на праздник, то мне нужно поспать.<br />- Я не хочу спать.<br />Мой первый протест за все время лечения, одновременно с которым организм решает, что ему лучше знать, и протест звучит неубедительно.<br />- Из твоих рук любое зелье, даже сонный эликсир.<br />Я засыпаю, едва голова касается подушки.<br />Ним исполняет свое обещание точно в срок - когда я просыпаюсь, за окном догорают последние отблески заката. Воздух в комнате пахнет иначе - аромат жасмина, других цветов - приятная летняя сладость. И я чувствую себя так, будто сегодняшняя история с зельем - дурной сон, а вот теперь я проснулся и понял. какой может быть явь.<br />Я хочу, чтобы моя явь была такой - первые слова после пробуждения - от Ним, она рядом со мной, улыбается, целует меня. я улыбаюсь сквозь поцелуй и притягиваю Ним ближе к себе, я проснулся, и я очень надеюсь, что и для Ним сегодняшняя история станет чем-то вроде неприятного кошмара, чем-то, что не связано с нашей с ней миром.<br />- Ты закончила работу, пока я спал?<br />Я киваю в сторону тарелки, в которой лежит венок из белых цветов. В древности такими украшали голову невесты. <br />Вопрос на вопрос, а ее беспокоит мое состояние.<br />- Не волнуйся, все уже прошло, и вообще, все то - неправда. Ты знаешь, где правда, а где ложь.<br />Я тяну ее к себе снова и вновь оставляю поцелуй на губах. <br />- И ты лучший зельевар на свете.<br />Идея остаться в комнате кажется очень заманчивой, только мы с Ним оба понимаем, нам не дадут остаться одним, будут беспокоиться, решат, что я совсем плох. Мы не хотим лишних волнений для тех, кто старше, не хотим портить праздник семье, и мы знаем, что еще сможем побыть вместе, а пока нам нужно вставать и выходить к семье.<br />Выходим мы, держась за руки. Бабушка улыбается, глядя на нас, дедушка хлопает в ладоши. Ним уводит меня в сторону, считая, что слишком много событий мне пока еще ни к чему, и я обнимаю ее, когда мы размещаемся на пледе.<br />- Ты забыла взять венок, Ним.<br />Разжигают костры, звучит ирландская музыка, начинается пир горой. Кто-то танцует, слышится смех, все находят себе занятие по душе. Я утыкаюсь носом в волосы Ним - запахи жасмина, колокольчиков, других цветов - они с ней, будто бы белый венок невесты не в моей комнате, а у нее на волосах, означающий главное &quot;да&quot;.<br />Ним указывает на падающую звезду. Следом летит еще одна и еще, девушки бегут к реке, чтобы начать ритуал праздничных гаданий. Я думаю о том, какое желание мог бы загадать сейчас, когда Ним говорит мне о языке цветов.<br />- Ним, я хочу, чтобы это так и было.<br />Язык цветов, полутона, слова, значащие больше. Пора нам задать нужные вопросы и получить ответы на языке людей. <br />- И я хочу быть с тобой всегда. Ты станешь моей женой?<br />Ним не нужно пускать венок по воде, чтобы тот подсказал ей, что о ней думает тот, кто ей снится. Звезды падают, будто бы не сгорают в атмосфере, а приземляются где-то за лесом - стоит пойти поискать, и, быть может, улыбнется удача. Ним уже дала мне ответ, оставив венок в моей комнате дома. Но я ждал этого дня, чтобы наш общий сон, не кошмар, о котором мы уже позабыли, а тот самый сон, что снится под праздник, превратить в быль. Магия, которую можно сотворить без волшебных палочек и зелий.<br />- Будь со мной?<br />И я больше всего в жизни счастлив, слыша ответ Ним. Всегда да. Поцелуй - я нахожу ее руку и надеваю кольцо ей на палец. Бабушкино кольцо, изумруд, и вокруг бриллианты. Старинное, бабушка тоже не была его первой владелицей. А звезды продолжают падать.<br />- Расскажем всем?<br />Шепотом ей на ухо, но, думаю, что сейчас не хочу всеобщих поздравлений и тостов, ведь праздник идет полным ходом, и все нас поддержат, но и сразу сделают центром, как под светом софитов, а мне нравится окружающий нас полумрак, как утренняя завеса, которую Ним создала своими волосами, как будто больше в округе никого. кроме нас. И, пока нас не заметили, хочется сбежать.<br />- Пойдем? Звездопад, гадание, музыка - все заняты, не увидят. Расскажем им после.<br />По берегу реки головками кивают колокольчики. Мы с Ним держимся за руки, подходя к воде. В воде отражаются блики костров, шум праздника уже в отдалении.<br />- Твой отец захочет устроить королевский прием. <br />Говорю это с улыбкой, я его понимаю. Когда дочь выходит замуж, захочешь, чтобы в этот день ее окружало все самое лучшее.<br />- Я не говорил с ним об этом, нам вместе нужно будет отправиться в замок Розье, прямо завтра, пока ирландцы нас не опередили с новостями, про которые твои родители еще ничего не знают. И вдруг твой отец посчитает, что я тебе не подхожу?<br />У домика с лодками мы останавливаемся, я поднимаю Ним на руки и сажаю на лежащую на боку сохнущую лодку.<br />- Завтра пойдем официально просить твоей руки.<br />Тянусь к ней, целуя, думая, что вряд ли что-то может пойти не так, когда главное &quot;да&quot; уже прозвучало. Я не хочу, чтобы поцелуи кончались.<br />Мы просыпаемся в комнате, где витает запах белых цветов. Моя бабушка знает про кольцо, наше появление утром не станет слишком большим сюрпризом, да и после праздника все спят подолгу. Рука Ним с кольцом на пальце у меня в ладони - вот это утро такое, каким должно быть.<br />- Привет.<br />Тихо смеюсь и тянусь к ней, напоминая про все, что успело случиться за последние часов двенадцать.<br />- Мне кажется, мы первые в доме, кто не спит, как ты думаешь?<br />Укладываю себе на плечо ее голову и поднимаю ее руку, провожу пальцем по кольцу.<br />- Отправим к твоим патронуса, или явимся с сюрпризом? <br />Целую ее и улыбаюсь.<br />- Ним, я люблю тебя.<br />Как она и сказала, наши отношения развиваются очень стремительно. Но мы оба чувствуем, что это правильный момент для того, чтобы так и было. Я думаю, что правильно говорить о своих чувствах. Правильно начинать день вместе. Правильно начинать новую веху в жизни с этих слов.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Wed, 10 Aug 2022 21:30:38 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57171#p57171 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57169#p57169 <p>XEvil 5.0 &#1072;&#1074;&#1090;&#1086;&#1084;&#1072;&#1090;&#1080;&#1095;&#1077;&#1089;&#1082;&#1080; &#1088;&#1077;&#1096;&#1072;&#1077;&#1090; &#1073;&#1086;&#1083;&#1100;&#1096;&#1080;&#1085;&#1089;&#1090;&#1074;&#1086; &#1090;&#1080;&#1087;&#1086;&#1074; &#1082;&#1072;&#1087;&#1095;, <br />&#1042; &#1090;&#1086;&#1084; &#1095;&#1080;&#1089;&#1083;&#1077; &#1090;&#1072;&#1082;&#1086;&#1081; &#1090;&#1080;&#1087; &#1082;&#1072;&#1087;&#1095;&#1080;: ReCaptcha-2, ReCaptcha v.3, Hotmail, Google captcha, Solve Media, BitcoinFaucet, Steam, +12k <br />+ hCaptcha &#1087;&#1086;&#1076;&#1076;&#1077;&#1088;&#1078;&#1080;&#1074;&#1072;&#1077;&#1090;&#1089;&#1103; &#1074; &#1085;&#1086;&#1074;&#1086;&#1084; XEvil 6.0! &#1055;&#1088;&#1086;&#1089;&#1090;&#1086; &#1085;&#1072;&#1081;&#1076;&#1080;&#1090;&#1077; XEvil 6.0 &#1085;&#1072; YouTube </p> <p>&#1047;&#1072;&#1080;&#1085;&#1090;&#1077;&#1088;&#1077;&#1089;&#1086;&#1074;&#1072;&#1085;&#1099;? &#1055;&#1088;&#1086;&#1089;&#1090;&#1086; &#1087;&#1086;&#1075;&#1091;&#1075;&#1083;&#1080;&#1090;&#1077; XEvil 5.0 <br />P.S. &#1044;&#1086;&#1089;&#1090;&#1091;&#1087;&#1085;&#1072; &#1073;&#1077;&#1089;&#1087;&#1083;&#1072;&#1090;&#1085;&#1072;&#1103; &#1076;&#1077;&#1084;&#1086;-&#1074;&#1077;&#1088;&#1089;&#1080;&#1103; XEvil !!! </p> <p>&#1050;&#1088;&#1086;&#1084;&#1077; &#1090;&#1086;&#1075;&#1086;, &#1076;&#1086; 20 &#1080;&#1102;&#1085;&#1103; &#1076;&#1077;&#1081;&#1089;&#1090;&#1074;&#1091;&#1077;&#1090; &#1086;&#1075;&#1088;&#1086;&#1084;&#1085;&#1072;&#1103; &#1089;&#1082;&#1080;&#1076;&#1082;&#1072; &#1085;&#1072; &#1087;&#1086;&#1082;&#1091;&#1087;&#1082;&#1091;: -30%! </p> <p>XEvil.Net </p> <p>&#1055;&#1086;&#1089;&#1084;&#1086;&#1090;&#1088;&#1080;&#1090;&#1077; &#1085;&#1086;&#1074;&#1086;&#1077; &#1074;&#1080;&#1076;&#1077;&#1086; &#1085;&#1072; YouTube: <br />&quot;XEvil 6.0 [Beta-1] + XRumer multhithreading hCaptcha test&quot;</p> mybb@mybb.ru (Ritaer421) Tue, 28 Jun 2022 07:39:49 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57169#p57169 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57168#p57168 <p>На прошлых выходных ездили в Ялту всей семьёй. Планировали посмотреть дворцы и съездить в Никиту. <br />Решили воспользоваться услугами фирмы y82.ru, Татьяны Макушиной. Машину подогнали по нашему адресу. <br />Машина оказалась в очень хорошем состоянии, чистая и комфортная. Быстро подписали договор и взяли ключи. <br />Ездили по всему Крыму, машина ни разу не подвела. Быстро сдали машину, без всяких проблем. <br />В следующий раз, когда соберёмся в Ялту, уже будем знать, где взять на прокат автомобиль, в y82.ru у Татьяны Макушиной.</p> mybb@mybb.ru (Dwainbix) Tue, 14 Jun 2022 00:24:27 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57168#p57168 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57165#p57165 <p>SEO продвижение сайтов любой тематики и на любом CMS (движке). Команда профессионалов имеет индивидуальный подход к каждому клиенту. Грамотно создадим стратегию продвижения и запустим Ваш сайт в работу. Вы сразу заметите улучшение позиций и повышение траста на своих площадках. Обращаться в телеграмм @pokras777, каждый вебмастер останется довольным. </p> <p>либо в скайп логин pokras7777 </p> <p>RHzs43hgndIpuiSy</p> mybb@mybb.ru (EverettVen) Sat, 04 Jun 2022 07:47:10 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57165#p57165 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57150#p57150 <p>about-company-review.ru/ - отзывы по компаниям ITECH.group из раздела лучшие дизайны сайтов в Ногинск.</p> mybb@mybb.ru (Edwardjoura) Thu, 02 Jun 2022 20:35:04 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57150#p57150 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57141#p57141 <p>Ты считаешь, что очень важно, чтобы все встало на свои места рано или поздно. Жизнь &#8211; один большой пазл, который просто обязан собраться. И ты считаешь, что Фоули вернулись домой &#8211; в картинке появился недостающий кусочек.<br />Недостающий кусочек, именно об этом вы с мамой говорили перед встречей, придумывая свой маленький план. И ты считаешь, что все удалось идеально.<br />Идеально &#8211; это когда спокойно, когда старший Фоули не маячит перед глазами, а мальчишки и Рин чувствуют себя дома.<br />Дома, ведь именно в дом они вернулись, думаешь ты, заходя в домик в саду. Дарон задумчив, его беспокоит будущее и дети.<br />Дети, думает ты, и смеешься: у него трое считай, этакий отец трех выросших собственных братьев и сестры. Обнимаешь его со спины, думая, что нет поводов для беспокойства. Ты так чувствуешь, а интуиция редко ошибается. Вы сидите у камина и обсуждаете проблему младшей дочери Дарона и твоего брата. Ты смеешься, толкая Дарона на подушки и утраиваясь удобнее рядом. Все так, как и должно быть &#8211; тепло. <br />- Их нет рано или поздно станет да, мы же вейлы, а мы ммм&#8230; умеем убеждать, - смеешься, прищуриваясь и смотря на Дарона. &#8211; Вот представляешь, думал бы дольше, пришлось бы убеждать тебя. А для вейл ммм все средства хороши. <br />Проводишь ладошкой по лицу Фоули и притягиваешь к себе для поцелуя. Тебе кажется, ему стоит перестать беспокоиться и позволить всему идти своим чередом.<br />Своим чередом придёт ваша свадьба. Кольцо и браслет на твоей руке, а ты переворачиваешь руку Дарона, очерчивая пальцами татуировку с тем же символом.<br />- Магия, м? Расскажи о ней, - ты чувствуешь ее в узоре.<br />Ты чувствуешь ее в узоре, по которому проводишь, чувствуешь в крови и вокруг вас. Вокруг вас целый мир.<br />Целый мир, и у каждого на него есть план. Твой отец видит вашу свадьбу в свете софитов, с блеском и помпой, достойной королей века так восемнадцатого, когда везде царило барокко. Ты качаешь головкой и предлагаешь избежать этого.<br />Избежать этого, ведь ни ты, ни Дарон не расположены к торжествам на публику, когда праздник вовсе не будет принадлежать вам, а скорее всем тем, кто соберётся посплетничать, себя показать и других посмотреть. Вы не любите ложный блеск.<br />Ложный блеск вам ни к чему, нужны лишь вы, ваши семьи и, пожалуй, все. Именно об этом ты говоришь, именно это ты предлагаешь. И ты видишь, что Дарон разделяет твои мысли, но задаёт вопросы о твоём отце и Эване, Смеешься.<br />Смеешься, откидываясь назад. Да уж, если это будет Рин, то боюсь, Версаль затянется на дней десять: в этом они с твоим отцом и дедушкой похожи. Вот она, часть Розье в Анейрин, а Эван&#8230; а он просто вейла и пойдет навстречу ей. <br />- Отец нас любит, ты прав, и именно поэтому прислушается к тому, как мы хотим провести этот день. А Эван&#8230; ну, ему придётся потерпеть, потому что Рин точно захочет фейерверк, - хихикаешь и тянешься к Дарону.<br />Тянешься к Дарону и целуешь, решая, что все будет именно так, как вы хотите. И это самое правильное, что может быть.<br />Может быть, но не все с этим согласны молча смириться: дедушка на следующий день пишет письмо и зовёт в гости. Явно для того, чтобы поговорить о том, что фамильный фарфор и серебро нуждаются в выгуле. Вы едете.<br />Вы едете. Тем более нельзя отказаться &#8211; это же любимый дедушка. Тем более Дарон никогда не был в Париже. И ему так идет отдыхать, не думая о работе, что в целом это тебя наводит отнюдь не на самый серьезный лад для строгого планирования и выбора тортов, а для изучения города, легкого и веселого. <br />После веселого обеда с Рин и Эваном, которые, кажется, тоже отдыхают очень даже хорошо, возможно, даже скоро за таким активным отдыхом забудут о своих «нет», вы направляетесь в квартиру в центре города.<br />В квартиру в центре города &#8211; ты любишь это место. С панорамных окон открывается прекрасный вид, а магия скрывает вас от магглов и всех, кому в этом маленьком уютном мире нет места. В маленьких вазах расставлены белые цветы, - кажется, из дедушкиной оранжереи, эльфы в ваше отсутствие постарались, - все красиво, просто.<br />Просто ты отправляешь Дарона в ванную после тяжёлого дня. Там тоже большое панорамное окно, ванная с горячей водой. Когда Фоули скрывается в комнате, ты подхватываешь его рубашку и&#8230;<br />Ты подхватываешь его рубашку и, не долго думая, вспоминаешь, что взяла с собой пару интересных зелий, которые нужно выпить. А после, накинув на себя только рубашку, взяв с собой масло лаванды, - какая же расслабляющая ванная без аромата? &#8211; идёшь к нему. Выключаешь свет, заходя, но магические огоньки загораются один за одним по всей комнате, а ты присаживаешься на край ванной и добавляешь масла в воду.<br />Добавляешь масла в воду. Ткань рубашки соскальзывает с плеча, когда ты оставляешь бутылочку на тумбочке рядом, а потом тянешься к Дарону.<br />К Дарону, который чудовищно много думает, совсем как там, у дуба. Он говорит, что вам многое нужно узнать и не нужно спешить? Ты полностью согласна, все постепенно. Но кто сказал, что в этом постепенно должен быть какой-то четкий порядок? Ты все знаешь с трех, и не видишь разницы, когда вы станете принадлежать друг другу полностью &#8211; сейчас или через год, какая разница? Ты улыбаешься и соскальзываешь в воду.<br />Соскальзываешь в воду к нему, удобно устраиваясь на его руках, обнимаешь и целуешь, путаясь пальчиками в волосах.<br />- Мокрая ткань мне мешает, - капризничаешь, шепчешь на ухо.<br />Шепчешь на ухо, прежде чем снова поцеловать, притянув к себе. И Дарон сдаётся, а ты окончательно теряешься в новых ощущениях, - не успевая заметить, что вы уже не в воде, - прикосновениях, ночь молода и она вся ваша. После ты выводишь пальцами по его коже какие-то узоры, начиная засыпать, когда ощущаешь напряжение в его теле. Приоткрываешь глаза и смотришь с вопросом.<br />Смотришь с вопросом, а Дарон сам начинает говорить, прячась в твоих волосах. Ты тихо смеешься, обнимая его, перебирая рыжие пряди, а потом тянешь к себе и целуешь в кончик носа &#8211; он, конечно, очень взрослый, но иногда очень милый и забавный.<br />- Дарон, я &#8211; отличный зельевар&#8230; и я все подготовила, не стоит переживать, - продолжаешь выводишь узоры по его коже. <br />Продолжаешь выводишь узоры по его коже, думая, что вот сейчас можно и узнать что-нибудь еще, например. И еще считаешь, что даже если бы подготовки не было, и зелья после не помогли, ребенок получился бы очень милым, возможно, рыжим, как отец.<br />- Засыпай и ни о чем не волнуйся, нам еще торт выбирать, - тихо смеешься.<br />Тихо смеешься, обнимая его и поправляя одеяло на вас, завтра будет долгий день, ведь Дарон не видел Париж, столько надо успеть. Утро наступает быстро. Ты перемещаешь кофе и круассаны, фрукты на столик около вас, тянешься к Дарону и целуешь.<br />- Доброе утро, - еще несколько поцелуев точно не помешают. &#8211; Хочешь в Версаль или на выставку импрессионистов сегодня? Или к дедушке смотреть, как делают коньяк, м?<br />У тебя есть много вариантов того, как провести этот день, но сначала нужно понять, что первым хочет увидеть Дарон. Перемещаешь столик с едой к вам, расческу себе в руки, ты привыкла причесываться в постели. После еды протягиваешь расческу Дарону и тихо смеешься, тебе кажется это прекрасной идеей. <br />- Поможешь подобрать наряд, м? Еще мы можем выбраться на море, - ты чуть привстаешь, задумавшись, а потом возвращаешься на место, - А какой твой любимый цвет?<br />А выход из дома немного подождёт. Устраиваешь голову на коленях Дарона, пока расческа скользит по твоим волосам.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sun, 23 Jan 2022 21:49:11 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57141#p57141 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57133#p57133 <p>Правила нашего мира говорят нам, что нет ничего невозможного. Мы же живем в мире магии, верно? А в чем суть волшебства? Делать невозможное возможным. Магглы считают, что невозможно заставить предметы летать, но мы-то знаем с первого года обучения, какое заклинание использовать, чтобы поднять в воздух любой предмет. В магическом мире считают, что необходимо отучиться семь курсов Хогвартса, чтобы получить образование. Основная масса людей считает, что нельзя однажды увидев кого-то, решить раз и навсегда, что это судьба. Для того здесь мы - чтобы творить свою магию и доказывать скептикам, даже если это не магглы, а волшебники, такие же, как и мы, что магия работает вне всяких правил. И, конечно, доказывает это прежде всего Ним.<br />Ее вспышки магии сумели в свое время напугать и озадачить, но Ним нашла способ, как справиться с этим. Ним всегда знала, что вырастет, и выйдет за меня замуж, мне же предстояло лишь подождать, а пока у меня было время на то, чтобы найти кольцо и придумать, как момент объяснения случится, ведь, даже если всегда знаешь что-то, все равно хочешь, чтобы все было так, как должно, чтобы какие-то слова прозвучали, хочешь услышать то самое &quot;да&quot;, однозначно подводящее итог первому этапу нашей жизни (хоть и со знанием) порознь, и позволяющее вступить в новый этап, где каждое &quot;я&quot; становится &quot;мы&quot;, единым целым, навсегда.<br />Всего ничего подождать - но как это сложно, когда встречи урывками, и только письма (бедные совы летали и в дождь, и в ветер, но что поделать, если иначе никак) будто бы приближали нас друг к другу. Читая письма Ним, я представлял себе ее голос, практически видел ее выражение лица, с которым она описывала то или иное событие, почти слышал ее смех, когда она рассказывала о смешных историях из школы. И очень ярко вспоминал прошлое лето, первое из тех, что стало по-настоящему нашим. Я ждал этого Рождества, наверное, намного сильнее, чем в детстве. И вот, уже сейчас получил свой подарок.<br />- Сюрприз удался лучше некуда. Но как же так, ни слова, ни намека, и столько писем, а за кадром вот эта учеба, Ним... <br />Я совсем не сержусь, ведь все это ради того, чтобы мы раньше могли стать неразлучны, но мне кажется, что про такие вещи стоило написать.<br />- Я думал, что ты пишешь мне обо всем.<br />Но это неважно. Важна ее рука в моей руке и губы у щеки, и шквал вопросов семьи нужно прервать, ведь она, как и я, помнит, что мы собирались сделать, как только ее учеба закончится. И говорю это сразу при всех, чтобы не возникало недомолвок, а все вопросы решились сами сейчас. К счастью, кроме сетований мистера Розье, которые звучат именно как стенания о том, как быстро дети растут, возражений нет. Ним не против моей квартиры в Лондоне. Я, признаться, рад этому. Мы всегда сможем навестить наши семьи, но никто не станет навязывать нам свое мнение о том, как следует вести совместный быт. Ним тянется, и я тянусь вперед, и поцелуй окончательно ставит все по местам. И мы, наконец, на местах, и все так, как должно быть.<br />- Я уже хочу, чтобы это быстрее случилось. Знаешь, выяснения, чья очередь выбрасывать мусор, и кто не закрыл дверцу шкафа. Ты будешь ругать меня, если я не съел ужин, а я буду возвращаться в квартиру и видеть, что в ней светятся окна.<br />Правда, от переезда в тот же момент нас отговаривают, и, наверное, это правильно, Ним нужно получше собраться, да и Рождество, семейный праздник, который все равно встречать мы планируем в кругу близких. Но пока тоже все изменяется - у Розье теперь меня не будут размещать в гостевой комнате, теперь у нас есть своя. Я улыбаюсь, думая об этом. Вот это &quot;мы&quot; появилось, и теперь все &quot;наше&quot;. Наша комната, наша квартира, наша семья. Все так, но я считаю, что осталась еще одна деталь, которую мы не должны упустить. Очень важная деталь, правда, я не готовился к ней прямо сегодня, и мне нужно будет отлучиться. Я стараюсь сделать это как можно скорее. И, если честно, несмотря на все, сердце у меня в груди колотится сильнее. Знания знаниями, но слова...<br />Сказать не дают, целуя, и я теряюсь в пространстве и времени, закрывая глаза. Но мне нужно улучить момент, пока мне еще удается сделать это. Я начинаю, но Ним вновь целует, ей не хочется говорить, и я фыркаю, думая, что, она, конечно, права, и что все решено, но ее сюрприз должен стать началом моего сюрприза. И я хочу услышать ее ответ. Опускаясь на одно колено, я протягиваю кольцо и задаю вопрос. <br />Я улыбаюсь, когда она говорит мне &quot;да&quot;, и целую ее. Она опустилась ко мне, но я могу подхватить ее и подняться, и целовать, теперь уже все прозвучало, кроме одного.<br />- И я люблю тебя, Ним. <br />Прижимаю ее ладонь к своей груди, чтобы она почувствовала, как все еще стучит мое сердце.<br />- Очень люблю.<br />А Ним берет меня за руку и куда-то ведет, прочь из своей комнаты, по лестницам вниз. Под замком пещерное озеро, здесь тепло, и совсем никого. Ровная гладь воды, будто зеркало, отражает свет звездочек, который магией создает Ним. Все мерцает и переливается - мы словно внутри шкатулки из драгоценного камня, и я знаю, что подарю Ним в следующий раз, но пока я понимаю, о чем она, спрашивая коротко. Нас двое, магия и вода наши свидетели. Теперь мой черед говорить ей:<br />- Да. Сегодня и навсегда.<br />Покой водной глади нарушается нами, тишина пещеры тоже - словами, которые на старом языке звучат, скрепляя союз людей, которые сами друг друга выбрали. Шелк платья Ним плывет вокруг, касаясь нас, а лента закрывает ранки на запястьях, когда кровь смешивается и становится единой, так же, как судьбы. Лента исчезает, как и ранки, оставленные ножом, и на их месте появляется символ, общий для обоих. Звездочки у потолка будто бы сияют ярче, и звезда на моем запястье как будто теплеет, стоит ей коснуться другой звезды на запястье Ним, своей пары.<br />- Очень красиво. Исполнившееся желание, да, Ним?<br />Мы тянемся друг к другу, но плавность исчезает, когда наконец мы даем волю чувствам. Сегодня мы останемся здесь, в этой волшебной шкатулке, зная, что поклялись друг друга хранить, быть друг для друга всем, быть одним. Теперь, я знаю, все так, как должно быть.<br />- Ты раньше не думала, что это будет?<br />Уже засыпая, я вновь держу руку Ним в своей, провожу по ее запястью пальцами и подношу звездочку к губам, чтобы оставить поцелуй на нашем знаке.<br />- Я не думал, просто знал, что то, что появится, мы увидим и поймем, что это - оно. А ты?<br />Мне интересно, но, правда, теперь я думаю, что иначе и не могло быть. Утром мы тем же путем возвращаемся в нашу спальню, Ним нужно подумать, что еще она могла бы взять с собой, даже если у нее готов не один, а целых два чемодана, и нужно попрощаться с семьей, хоть мы и собираемся видеться часто, но все равно, Ним уходит из дома, где прожила всю жизнь, это не тот момент, что делается втихоря. И мы не знаем, что в это утро отец Ним, думая о быстрорастущих детях, проснулся и направился в свой кабинет поразмышлять о прошлом, о будущем, о Розье и Фоули, открыл древнюю книгу, где отражены все перипетии связей семейства Розье за много веков и остолбенел, рассматривая последнюю страницу. Даже потер ее, попытался протереть глаза, не веря, что это не обман. И с книгой явился в столовую, где сонные все уже собирались на завтрак. Когда мы спустились, дух неладного явственно витал в воздухе.<br />- По-моему, над твоим отцом внезапно появилась грозовая туча. Что случилось?<br />И тут на нас обрушился весь поток французского отцовского гнева, сводящийся к тому, что мало им переезда, они еще вот так, ритуал, без свадьбы, без приема, фейерверка и фамильного серебра.<br />- Что за молодежь пошла, ничего святого у них нет!<br />Мистер Розье уселся на стул и обвинительно скрестил руки на груди.<br />Рин, которая тоже только появилась в столовой, заинтересовалась словом фейерверк, и, как всегда, ситуацию спасла мама Ним, рассмеявшись, что и прием, и фейерверк еще успеются.<br />- Кстати, вам стоит подумать о дате.<br />- Мы подумаем и скажем вам первым. - Улыбаюсь я спокойно, зная, что самое главное уже случилось.<br />В квартире мы оказываемся все равно ближе к вечеру и, осматриваясь по сторонам, я думаю, что подготовиться нужно было получше. У меня не так много вещей, а еще здесь нет новогодних украшений, все выглядит каким-то неуютным. Жилище холостяка. Смотрю на Ним с беспокойством.<br />- Нам предстоит много работы?<br />Перовым делом я магией разжигаю камин.<br />- Но пока - первый наш семейный ужин. Давай сделаем его сами? Здесь все для этого есть.<br />И пусть ужин не будет похож на изыски лучших кухонь мира, он понравится нам намного больше.<br />Я отхожу на кухню, чтобы устроить ревизию холодильника.<br />- Что бы ты хотела? Ресторан &quot;У Фоули&quot; к Вашим услугам.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 10 Oct 2021 00:54:36 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57133#p57133 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57128#p57128 <p>Все идет своим чередом. Только недавно Ним водила меня по парку вокруг садового домика Розье и знакомила с его обитателями, со своими друзьями, которые с интересом рассматривали гостя в их угодьях, только этот гость не собирался уходить, а планировал остаться с Ним, и с ними, на долгие-долгие годы. И вот, ее друзья уже приняли меня в семью, Чудо выныривает, стоит подойти к краю озера, и любит обдать с утра пораньше фонтаном брызг, это для него что-то вроде нашего доброго утра, а Пломбир терпеливо терпит на своей спине неумелый мешок с чем-то, и хорошо, если в его лошадиной голове это картофель, а не что-то другое, в лице меня, но после каждого занятия просит удвоенную порцию яблок - от Ним, и от меня. Видимо, как компенсацию за моральный ущерб, а, может, просто из соображения утилитарности - раз нас двое, то и угощения должно возрасти пропорционально числу двуногих в его деннике.<br />А теперь уже мы вдвоем приводим сюда нового друга. Подругу, еще одну частичку нашей семьи, которая, мы надеемся, со всеми поладит. Кажется, Пломбир доволен, мы тоже рады, и все оборачивается хорошо. Даже имена лошадей как будто подбирались одновременно. Итого, минус мешок на спине Пломбира, плюс живое общение с веселой молодой лошадкой. Плюс пожеванные рукава у меня, минус запасы яблок на зиму. Мне все нравится.<br />Единственное, конечно, мои навыки верховой езды все еще оставляют желать лучшего. Я учусь, но до опыта Ним мне еще далеко, правда, у нас с Нутеллой выходит неплохой тандем. Интересно получается, я всегда старался быть спокойным, ответственным человеком, а в пару мне досталась веселая шобутная лошадка, обещающая навести шороху везде, куда приходит. А в паре Ним и Пломбира наоборот, конь спокойный и даже флегматичный, тогда как Ним всегда может что-то придумать, всегда находит что-то интересное, чему хочет научиться, тянется вперед. Видимо, таковы законы природы - все должно компенсировать друг друга. Я надеюсь, что и я сумею дать Ним то, что ей необходимо и не окажусь балластом, тянущим ее вниз. Хоть она и говорит, что ей нужен любой я, я хочу дать ей лучшую версию себя рядом, и сам рядом с ней двигаюсь вперед. И о движении вперед знаем мы все, а уж лошади точно лучше всех присутствующих разбираются в этом.<br />Лошади отлично умеют бежать, особенно когда сами того захотят. И Нутелле очень хочется побегать, вот только она забывает предупредить об этом меня. В итоге все заканчивается тем, что я лежу на земле, а лошадь уносится прочь, даже не заметив пропажу, но она не знает, что связалась с аврором. Инстинкты работают быстрее головы - я вскакиваю и несусь ловить убежавшую лошадь, как будто это реально сделать. Ним кричит что-то, но я не слышу. В итоге, когда Нутелле надоедает игра практически с самой собой (ибо я ей явно не конкурент), все останавливается само, лошадка спокойна, тянется к карману Ним, как ни в чем ни бывало, но в этот раз ей не дадут яблочка. Мне, правда, тоже.<br />- Прости, что испугал, инстинкт аврора. - Ним, конечно, не порадовал мой полет со спины лошади до земли. - Вскочить и побежать, знаешь же.<br />Я обнимаю ее и целую в щеку. Рядом слышатся два знакомых фыррр, мол ну что такого, поиграли, а после я снова забираюсь в седло - тренировка еще не закончилась.<br />После окончания тренировки, Ним стелет плед и призывает корзину для пикника. Мне иногда кажется, что домик Розье создан для этого, здесь какая-то своя особенная магия, заставляющая людей чувствовать себя спокойнее, наедине с природой, в тишине вдали от всего остального мира. Ним кладет голову мне на колени, озвучивая свой план.<br />- Думаешь, этим плюх я прошел боевое крещение?<br />Ним же не просто так решила, что я готов, но я шучу - если она так говорит, значит, я, правда, готов. <br />- Поход с палаткой мне нравится. Тогда следующие выходные у нас на природе. Приедем к ним верхом, все удивятся. Зато познакомятся с нашим маленьким табуном, а наш табун с большим ирландским. Знаешь, можно попробовать захватить еще пару дней, и побыть в Ирландии всем вместе.<br />Но сначала мы с Ним и лошадьми наедине.<br />- И ты знаешь, портал с меня. Я покажу тебе свои любимые места, там очень красиво, пусть и немножко заброшенно и дико. Дедушка водил нас туда детьми.<br />Скалистые берега Атлантики, дикие места, где только вереск, камни и чайки, да шум волн. Мне кажется, Ним понравится эта дикая красота, и она сможет почувствовать старую магию этих мест. В подобных пейзажах, которым тымяси лет, просто не может не быть притаившейся древней магии.<br />Мы переносимся в одно из таких мест рано утром. Лошади недовольно роют копытами землю - перемещение порталом не самое приятное дело. Мы гладим коней и вручаем им припасенные лакомства, даем отдышаться и привыкнуть к новому месту, да и нам самим нужно время. Пока акклиматизация идет, мы успеваем осмотреться вокруг. В одну сторону - каменистый берег, вереск цветет фиолетовым цветом, а прямо напротив - яркий синий-пресиний океан, где-то далеко встречающийся с таким же ярким небом. <br />- Кто говорит, что в Ирландии не на что посмотреть, сам никогда там не был.<br />Ветер, далеко не южная температура воздуха, но в этой стране все и должно быть&#160; таким. В этом ее особый шарм, такой же, как у семьи МакКиннон, частью которой являюсь и я, хоть и ношу имя другого рода. Мои волосы, рыжие копны на головах моих кузенов - еще одна краска этого мира. Отцу не нравилось, что два его старших сына слишком много взяли от семьи матери, поэтому наше время здесь всегда было ограничено.<br />- ...Но это было самое лучшее время. <br />Время настоящей жизни, большой семьи, смеха без оглядки на то, что подумает отец, живых историй, приключений. Мои младшие братья и сестра могли бывать здесь уже чуть больше - я старался выторговать у отца для них побольше времени, обещая вернуться раньше их всех, ведь я, как наследник Фоули, по мнению отца обязан быть в замке. Рыжие ирландские сеттеры тоже не хотели, чтобы их оставляли с этим человеком надолго. <br />- Как ты думаешь, Ним, кто я такой? <br />Стоя лицом к океану, ощущая его дыхание, слыша за спиной довольное фырканье пришедших в себя лошадей, ощущая плечом опирающуюся на меня Нимуэ, я чувствую себя настоящим, как никогда. Но каким?<br />- Фоули, МакКиннон, или, может быть, даже Розье? Англичанин, ирландец, кто я?<br />Я обнимаю Ним и делаю так, чтобы она оперлась об меня спиной, и тоже смотрела на море. Море, вода - вот ее стихия. Скалы, вереск и ветер - это, наверное, мое.<br />вскоре мы садимся в седла и начинаем наш путь. Мы движемся вдоль побережья в том темпе, который хотим держать. У нас нет цели проехать сколько-то километров за день или поскорее прибыть из точки А в точку Б. мы останавливаемся у руин замков, спешиваемся, ведем лошадей в поводу, осматривая остатки древних строений, все еще величественные, останавливаемся, видя симпатичный луг, позволяя лошадям поесть траву, а потом просто отдохнуть. Мы находим место, которое нам кажется удачным, и разбиваем волшебную палатку и тент для лошадей. Разводим костер, Ним делает защитный купол, чтобы ветер и возможный дождь не слишком мешали. Мы смотрим, как Солнце плавно опускается в воду, окрашивая мир в золотой и такой знакомый всем ирландцам рыжий. Я думаю, что мы оба запомним эти мгновения на всю жизнь. <br />- Когда мы с дедушкой выбирались на природу и разводили костер, знаешь, что&#160; мы делали?<br />я быстро возвращаюсь в палатку и прихожу, пряча руки за спиной. <br />- Угадай, в какой руке?<br />В руках у меня пакетик самого простого, что можно придумать - маггловский зефир и шпажки. Насаживаю по штучке на каждую и протягиваю Ним одну, поднося свою к костру.<br />- Знаешь, Эйрион всегда засовывал свою зефиринку в самое пламя, чтобы приготовилось быстрее, и у него она становилась совсем черная, но он все равно утверждал, что так вкуснее. А однажды у него перегорела шпажка, и зефирина упала в огонь, Рин очень смеялась, а он так надулся, что ей пришлось отдать свою хорошую зефирину ему в утешение. А вы с Эваном делали так?<br />Небо быстро из рыжего делается темно-синим, и скоро появляются первые звезды. Наша палатка и наш костер - единственные источники света на много километров вокруг. <br />Мы сидим с Ним, обнявшись, и вспоминаем детство, истории, которые всегда вызывают улыбку. Перед сном мы идем проведать лошадей, чтобы утром выдвинуться в поход. А под вечер мы уже видим очертания знакомых холмов, за которыми прячется старый дом семьи МакКиннон. Там нас тоже будут ждать тепло, уют и светлые окна. Там нас всегда рады.<br />Нам всегда рады и во Франции, в другом семейном доме, но уже по другую сторону Ла-Манша. По внешнему виду и не скажешь, что в замке Армана Розье кто-то может жарить зефир на шпажках. Зато тут могут в углях запечь мидий и есть их руками, макая в сливочный соус и запивая бокалом молодого вина. Единственное, переезд во Францию пришлось осуществлять из-за печальных событий, которые творятся по всей Великобритании, и вечера с мидиями и вином выходят приятными, но все равно не беззаботными. Правда, мы стараемся, скрашивать это неспокойное время для каждого из нас по-своему. Лошади здесь же, с нами, даже Чудо каким-то волшебным образом перебрался из закрытого в парке Розье озера к французским берегам. Лошадей оставляют мне на попечение, Ним говорит о том, что нужно относиться к ним особенно внимательно, потому что у Нутеллы сейчас особое время. Ну, время, да, думаю я, особое, думаю я, выводя Пломбира на воздух в леваду. Беру Нутеллу, возвращаюсь, чтобы посмотреть, достаточно ли у нее воды, и слышу, что что-то пошло не так. Как там Ним сказала? Кажется, я сделал все неверно, а сделанное действие отмене не подлежит.<br />Ним подходит как раз в момент, когда все уже произошло и удивляется, как это могло произойти, ведь она предупреждала.<br />- Да я не думал, что стоит отвернуться, и... - Ним выглядит грозной, и я думаю, как сильно я накосячил. - Прости, это моя вина, мы сейчас их ээ... Разведем. Да?<br />У лошадок только совершенно другие планы. Я растерянно и виновато смотрю на Ним.<br />- Да я вообще всего на мгновение вернулся в конюшню! - Мне становится очень неловко, и фон позади нас явно радует подробностями моей ошибки. - Ну, может, ээ... Еще ничего и не случится?<br />Но мы оба знаем, что вероятность такого исхода мала.<br />- Ним... Прости, я идиот. Ну, да, ты говорила, но что теперь уже сделать. Будет жеребенок. Это же хорошо?..<br />Это же хорошо, что она так смотрит, как будто я совершил нечто ужасное и оскорбил ее в самых светлых чувствах, пренебрегая ее предостережениями. Нужно извиниться еще раз, думаю я.<br />- Ним, прости, правда, это все моя вина.<br />Только мне кажется, что от извинений все делается только хуже. Перестаю понимать что-либо и просто замолкаю, пока гнев всех четырех стихий не опустился мне на дурную голову. Только Ним, все равно, умудряется меня удивить.<br /><br /></p> <p>Конец командировки, которого я так ждал, переходит в очень большой и шумный праздник. Дом вверх дном, невеста нервничает и гоняет всех присутствующих, - все это, как считает Ним, не для меня не в эту минуту. Она прячет меня от хлопот, позволяя отдохнуть и прийти к самому началу церемонии, и дальше все идет как по маслу. Марлин и Алуин и их праздник становятся общим поводом для радости, а мы с Ним наблюдаем за всем с видом бывалой семейной пары. Впрочем, почему нет, когда мы уже женаты, а стали семьей намного, намного раньше? Хороший вечер в кругу семьи переходит в наш личный, когда мы оставляем новобрачных и желающих гулять до утра гостей. Наше исчезновение - наше желание. Мы слишком долго были далеко друг от друга. И путешествие во Францию продлит это время, которое полностью наше. С нами едут наши младшие - я шучу, что Ним совсем быстро стала многодетной матерью, но большая компания не будет никого тяготить обязательными мероприятиями, мы любим быть вместе, но каждый уважает личное пространство другого. К тому же, каждый едет в путешествие не один.<br />В замке французской ветви семьи Розье нас встречают радушно. Здесь все иначе, чем в большом шумном ирландском доме, здесь нет толпы, нет суеты, все очень манерно и чинно, но в этом есть свой шарм. Мы разбираем вещи, и я обнимаю Ним со спины, заставляя ее остановиться, оторваться от дел, напоминая, что мы в отпуске, и торопиться некуда.<br />- Наконец все у всех образовалось.<br />Я думаю о Рин и Эване, которые прошли через череду ссор и примирений и изрядно потрепали своими качелями нервы всем. Невозможно не переживать, видя, что двое дорогих людей не могут прийти к единому знаменателю, но как же здорово наконец видеть их счастливыми.<br />- Ты сказала, нам нужно решить один вопрос, где жить. Где бы ты хотела?<br />Я думаю, что испокон века сложилась традиция мужу приводить в дом жену, но замок Фоули моим домом так и не стал, а в квартире слишком много людей, которых мы, конечно, любим, но... К тому же, Ним дружна с родителями, у нее Пломбир, которого не заберешь в квартиру, и они будут скучать друг по другу, даже если можно быстро добраться из квартиры в парк Розье. Но пусть сперва скажет она.<br />- А что за ангелочки? Мне интересно посмотреть, что за ээ... Сущности обитают в этом доме. <br />Французский замок, и сущности в нем поистине французские, судя по намекам Ним, их вкусы очень специфичны, так что, возможно, лучше не проявлять любопытство и не вызывать у них интереса к себе. <br />- А, может быть, и нет.&#160; <br />Я целую Ним, а на улице уже собирается компания, присоединиться к которой она меня отправляет, обещая прийти чуть позже. Ничего не остается, как поступить этим образом. Месье Розье протягивает мне коньяк, рассказывая о букете, а я, прищурившись, наклоняюсь к Эйриону и спрашиваю, не видел ли он ангелочков, порхающих из картины в картину. У Эйриона загораются глаза, и еще пара видов коньяка для дегустации, и он начинает выспрашивать про них у хозяина дома, а я отвлекаюсь от происходящего и вижу Ним, надевшую легкое светлое платье, как нельзя лучше подходящее ко всей безмятежной обстановке вокруг. Тут же забываю о своих невинных (надеюсь) попытках пошутить над самым эмоциональным нашим братом и иду к ней, чтобы подхватить на руки и кружить. Я задаю вопрос, который вертится на языке, и Ним нравится моя мысль.<br />Мы идем к реке, отводим свисающие ветви, которые будто создают настоящий зеленый шатер, уберегающий нас от посторонних взглядов. Плед, еда, пикник - и время наедине, то, что мы очень любим. Ним рассказывает об этом месте, и потом целует меня. Я думаю, что я не против искупаться. Только потом.<br />Я тяну ее к себе, обнимая, скользя руками по ткани платья, целуя, теряя время. У меня под пальцами ряд мелких пуговиц, которые явно мешают слишком сильно - ведь Ним сказала, что место от глаз скрыто, значит, никто и ничто, кроме них, нам помешать не может. Я стараюсь не разрывать поцелуи, только скольжу губами по шее Ним, тяну ее к себе на колени, но проклятые пуговички как будто издеваются, убегая из-под пальцев, и это сбивает с единого лада, отвлекая меня от мыслей о Ним в моих объятьях на мысли о том, кто догадался устроить такую засаду и что теперь с этим делать. Через несколько попыток справиться своими силами с задачей, я капитулирую.<br />- Послушай, это платье... - Я фыркаю, звучит нелепо. - Я запутался совсем.<br />И мне смешно и неловко.<br />- Оно явно не создано для того, чтобы мм... Легко позволить от себя избавиться.<br />Выглядываю из-за спины Ним, чтобы увидеть масштаб катастрофы. <br />- Прости, но без шпаргалки у меня не получится.<br />Я хихикаю и тяну ее в поцелуй. Придется подсматривать, ломая романтику, чтобы справиться с ними. Ним хихикает и помогает мне магией, обещая устроить гид по платью, когда у нас будет на это время. Но сейчас волшебный метод расстегивания нас обоих более чем устраивает.<br />Мне нравится это время во Франции. Все как-то просто, все комфортно и легко. Рассветы мы встречаем иногда не успевая заснуть, а на кухне в любое время дня готовы накормить заспавшихся гостей завтраком. Вино легко кружит голову по вечерам, а пение птиц усиливается к закату. В убежище Ним за занавесью веток нас никто не тревожит. Расстегивать вереницу пуговиц я так и не научился, зато выучил нужное заклинание. Только в один из дней, когда мы отводим ветви, чтобы попасть в место, которое стало нашим, мы видим, что нас ждут. <br />Сначала это розовые лепестки, которые будто бы колышет ветер, но потом они начинают подниматься вверх как вихрь и отлетают к воде. Ним едва успевает предупредить меня, как я вижу, что из воды выходит девушка. Юная, можно дать ей столько же лет, как Ним, с длинными светлыми волосами, она окидывает Ним приветственным взглядом, а потом переводит глаза на меня, придирчиво осматривая с ног до головы. Я чувствую, что она совсем непростая, и дело не в том, что она вышла сейчас из реки. Может быть, это кровь Розье во мне говорит, а, быть может, чутье аврора, но я чувствую магию, которой как будто становится больше при ее появлении. Ну и что греха таить, я видел в комнате Ним в замке Розье картину, на которой была эта девушка, и видел ее давно - девушка ничуть не изменилась. А она спрашивает у Ним, что же, я ли это я.<br />- Дарон Фоули. - Называю свое имя и кошусь в сторону Ним. Не о таком времяпрепровождении мы думали, когда шли сюда. <br />Девушка смеется, говорит, что я слишком официален, но зато неплохо сложен. <br />- Ним, не познакомишь нас с нашей гостьей?<br />Нашей, потому что это наше место и наше время. И потому что мы семья. Но я припоминаю картину и легенду, которая на ней изображена. То, что легенды основываются на настоящих историях, мне рассказывать не нужно.<br />- Вы Мелюзина, героиня древней легенды?<br />Смотрю на Ним, припоминая еще один связанный с Розье эпизод.<br />- Она твоя пра-пра-пра-бабушка, Ним?<br />Вот так вот и приходится знакомиться с родственниками, думаю я и перевожу взгляд с одной из девушек на другую. Их можно принять за сестер, если не знаешь, что одной несколько сотен лет, а другой нет и двадцати. А еще, она и Ним явно хорошо друг друга знают.<br />- Очень приятно познакомиться. Вы, верно, знакомы давно?<br />Кажется, им обоим есть, что рассказать.<br /><br /></p> <p>К войне можно сколько угодно готовиться, но не быть готовым. К личной войне, которую мы по умолчанию считаем теперь своей главной задачей после произошедшего, мы готовы вполне. Навыки авроров, а мы хорошие авроры, отточенные в командной работе, помноженные на связь татуировками на руке, помноженные на общее детство и общую злость, помогают нам делать шаги в расследовании, которое мы затеяли сразу же, как поняли, что случилось. Это даже не нужно было обсуждать вслух, все все понимали. Понимала и Ним, что это не просто случилась беда. Не в горячей ирландской крови МакКиннонов, не в бездне Фоули оставлять своих врагов безнаказанными. <br />Все же нам следовало обговорить и это, ведь мы решили, что все вопросы мы будем проговаривать вслух, не оставляя друг друга теряться в догадках. Ним знает - и она на моей стороне. И от того, что я слышу это, груз на моих плечах будто делается чуточку легче. Я смогу вынести любой груз, если буду знать, что мне безоговорочно верят.<br />- Я люблю тебя. И да, я обещаю, мы все будем осторожными. И ты пообещай то же самое. Малейший звоночек, подозрение, что что-то идет не так - мы вернемся к вам сразу же, где бы мы ни были. Ним, для меня нет ничего важнее безопасности семьи.<br />Ним обнимает меня и тянет вниз, чтобы дать мне отдохнуть перед отъездом, и я вздыхаю, прикрывая глаза.<br />- Я буду очень скучать...<br />Под песни мне видятся старые сказки. Рыцари с мечами наперевес, грозящие огромным драконам. Мне видятся кони и длинные плащи, костры и древние замки. Все вместе, и ничего конкретного в то же время. Мы все - дети, которые мечтают о подвигах и чудесах. Но иногда настоящим подвигом становится возвращение домой, а самым главным чудом - объятия любимых.<br />Утром портал переносит нас через Ла-Манш, и мы начинаем свой крестовый поход.<br />Все происходит как удар в солнечное сплетение - как будто самое страшное уже случилось. Мы мчимся на место, зная, куда, но не догадываясь, что увидим, готовые ко всему и неготовые ник чему вообще. Древняя магия как будто расходится от Ним волнами, и страшные вещи внутри круга зовут подбежать и нарушить целостность с таким трудом создаваемой Ним системы. Нам приходится ждать.<br />Я вижу, как Рин садится на землю рядом с Эваном, смотря куда-то вперед на что-то, что я не вижу. Вместо этого мне показывают мои собственные картинки, и плохие, вызывающие желание немедленно кинуться туда на помощь, и очень желанные, зовущие в свой сладкий мир. Впрочем, мы знаем, что это все морок, мы умеем определять такие вещи легко. А вот ощущение того, как Ним теряет силы - настоящее. И вот эта картинка ее, творящей магию - самый сильный магнит. Мороку даже придумывать ничего не надо, он и сдается, лишь подкидывая моему воображению побольше деталей. Вот Ним не справляется и падает на землю и не встает, а вот, напротив, выпускает слишком много энергии, которая сносит все на своем пути. Я хмурюсь, сосредотачиваясь на настоящем мире, касаясь изображения дерева на своей руке, держась за одну ниточку из нескольких - ту, что волшебным образом позволяет нам друг друга чувствовать. Нет ни взрыва, ни тотального опустошения. Но каждый подобный исход вероятен, вот, что пугает на самом деле. А еще то, что я могу лишь сидеть у края творимого волшебства и не иметь ни малейшего шанса помочь, только смотреть. И это как пытка, которая длится и длится, и сводит с ума.<br />Как только появляется возможность подбежать к Ним, делаю это, чувствуя, что еще немного, и одно из моих видений станет похожим на правду. Она говорит о сейфе, о письмах, но информация просто не задерживается в моем мозгу - все потом. В дом, который она такими усилиями восстановила, мы заходим первыми.<br />Ним спит долго, но спокойно и глубоко. Я думаю, что же ей снится? Может быть, тоже рыцари в латах, а может, какие-то другие, свои сказки? Рин и Эван заходят, и я поднимаю палец к губам, прося не шуметь. Рин говорит, что мне нужно поесть, пока Эван побудет с сестрой. Смотрю на обоих и улыбаюсь уголками губ.<br />- Вы так выросли.<br />Что же, они правы, конечно, и нужно посмотреть, о каких письмах говорила Ним. Это было первое и единственное, что она успела сказать, прежде чем отключилась, это, должно быть, очень важно. Я выхожу вслед за своей сестрой, беря с Эвана обещание немедленно прислать мне патронуса, если Ним проснется, иду по знакомой лестнице и вхожу в столовую, где сидят мои братья, кузены и Северус Снейп. Все так странно. Кухня в точности такая, как и была, все такое же, даже предпоследняя ступенька точно так же скрипнула, когда я на нее наступил. Как будто старшее поколение вышло из дома через заднюю дверь, а мы вошли через парадный вход и теперь удивляемся, где же все? Только мы знаем ответ. Еда мне в горло не лезет.<br />И перед тем, как войти в кабинет дедушки, я тоже немного мешкаю. Вспоминаю, как мы бегали по дому детьми, но возле этого кабинета старались не шуметь, бабушка шикала, говорила, что дедушка занят, и ему нельзя мешать. А он, услышав шаги, выглянул в коридор и рассмеялся, увидев, как мы крадемся. Больше в доме МакКиннонов ни для кого закрытых дверей не было. <br />Я вхожу, зная, что мне нужно здесь найти что-то, что принадлежит мне. Книга с моим именем на зеленой обложке. У дедушки размашистый почерк, я пролистываю страницы и улыбаюсь. Возвращаюсь в нашу с Ним спальню, чтобы сменить Эвана.<br />- Ничего не происходило, пока меня не было?<br />Эван качает головой и выходит, а я сажусь рядом с Ним, отвожу прядку волос и ее лица и легко целую.<br />- Спасибо.<br />За все, и я еще скажу ей это, когда она проснется. Беру в руки тетрадь со своим именем и открываю на первой странице.<br />Когда Ним просыпается, все уже прочитано. Ее долго держал в своем царстве Морфей, но я знал, что он отпустит ее тогда, когда придет время. И я ворчу, конечно же, мы испугались. И шучу несколько нервно, а Ним что-то бурчит, но она рядом, и я тоже ужасно скучал. И я благодарю, как и обещал, а Ним утверждает истину, что предупреди она, я не позволил бы так рисковать.<br />- Конечно. Или мы продумали бы план того, как сделать это с меньшими усилиями, все вместе, а не так, как получилось сейчас.<br />Она задает вопрос о письмах.<br />- Да, я нашел их, все, как ты сказала. Знаешь, такое чувство, что дедушка на протяжении нескольких лет вел дневник, записи, которые он хотел передать мне - его размышления о жизни, такие разные... Например, он пишет, что не стоит пытаться закусывать виски апельсинами, ничего не поймешь в напитке. - Я усмехаюсь. - Мне кажется, дедушка хотел таким образом подготовить меня к тому дню, когда я встану во главе клана. Он видел меня своим преемником, что ли... <br />Беру тетрадь в руки и протягиваю Ним. Она может прочитать все, что там написано, у меня нет секретов от нее.<br />- Там еще есть пустые страницы в конце. Дедушка хотел бы оставить нам еще какие-то мысли, но не успел.<br />Придется нам действовать самим без присмотра старших. Наступать на свои собственные грабли и набивать свои шишки, учиться, падать, но снова вставать. Старшие теперь мы.<br />- Знаешь, на что похоже? - Я фыркаю себе под нос и притягиваю Ним, обнимая и не планируя выпускать ее в принципе, а то побежит сейчас на подвиги, так и не поймаешь. - Помнишь, когда я лежал без памяти, и Рин привела вас с Эваном? Ты так же ждала, пока я проснусь, а теперь я ждал, пока проснешься ты. Все делает круг. И ты, наверное, поймала гиппогрифа, просто мы его не видим.<br />Зато мы видим, что пока не готовы снова уходить. Мы остаемся, обустраивая жизнь в доме, приноравливая ее к новым реалиям. Близнецы останутся здесь, это их дом. Хорошо, мне бы хотелось, чтобы он оставался гнездом семьи МакКиннон. В один из вечеров, возвращаясь в комнату, я вижу, что меня уже ждет Ним, тянет руку, чтобы я сел с ней рядом. Серьезный разговор. Хоть один хороший разговор начинается подобным образом?<br />- Что случилось?<br />Но Ним качает головой и говорит о многом. Случившееся на каждого из нас повлияло, каждый думает о чем-то глобальном своем, об ответственности за себя перед всеми, о будущем. Я слушаю и жду, к чему она клонит. Но, если честно, не ожидаю, того, что следует потом. И делаю рассеянное глазами хлоп.<br />- Ребенок?<br />Ним хочет, чтобы у нас был ребенок. Сейчас, когда война в разгаре, когда потерь уже так много, новую жизнь как продолжение нас с ней, бесконечно родное и любимое. <br />- Ним...<br />Я боюсь. Время очень нелегкое, и на это страшно решиться. Вдруг что-то случится, вдруг что-то пойдет не так, а меня не будет рядом. И я прикрываю глаза, касаясь ее лба своим. Ребенок. Такое счастье, неужели я его заслуживаю?<br />- В это время, в войну, тебе не страшно? Все очень непрочно в мире, ты же знаешь. - Но зато прочны наши чувства, а нужно ли что-то, кроме этого, чтобы оставаться уверенными, что все будет хорошо? - Но ты знаешь, я думаю, что это счастье. И что мы можем попробовать, да?<br />Я открываю глаза и смотрю на нее, улыбнувшись.<br />- Мы попробуем, Ним?<br />А она вдруг начинает хохотать, и сквозь смех я едва разбираю, что, вообще-то, мы уже пробовали, и не единственный раз. Я смеюсь негромко, качая головой. <br />- Ну, подумаешь, не то слово сказал.<br />И целую ее, обнимая. Мы оба хотим одного, и пусть мир непрочен, а наша семья становится только прочней.<br />Время бежит вперед, мы находим тех, кто виновен в гибели наших родных, с ними покончено. А Ним во Франции радует новостями, что мы попробовали, и у нас получилось. Я очень рад, но в то же время волнуюсь. У меня перед глазами был собственный отец, и мой боггарт - стать таким, как он, долгое время отравлял мне существование. Я хочу быть другим отцом, но разве я знаю, какими бывают отцы? Книга в зеленой обложке, исписанная размашистым почерком, дает мне ответ, и я понимаю, на кого мне равняться.<br />В одной из вылазок ко мне, как будто читая мысли, подсаживается Рин. Отец у нас один, и она может догадаться, что меня может беспокоить. А она хочет что-то мне показать, и показывает одно из своих видений. И я вижу озеро, солнце и лето. Ним сидит на траве, платье не скрывает того, что она ждет ребенка. А рядом я веду за ручки светловолосого малыша, который тянет ручки к вынырнувшему из озера Чуду. Я смотрю на сестру и молча сгребаю в охапку. Пусть так оно все и будет.<br />Время бежит, но кто-то торопится увидеть этот мир, и этого в видении Рин не было. Когда все случается, мы на миссии, и попасть во Францию моментально не можем. Я спешу изо всех сил, вбегаю в замок, но уже у комнаты, где, я точно знаю, сейчас Ним, меня останавливает месье Арман Розье, возмущенно указывая на внешний вид. С задания, в грязи, и даже не переодевшись, к ребенку? Нивжисть! Мне кажется, на прием душа и переодевание я трачу не более десяти секунд. <br />- Теперь все нормально?!<br />Я почти рычу на вдруг вот так возникшую преграду, и дедушка Ним меня пропускает, почему-то хихикая, мне все равно. Я вхожу, и за мной закрываются двери.<br />- Прости, меня не было рядом.<br />Ним было больно и страшно, а я таскался где-то, хотя должен был быть здесь, с ней. С ними. На руках у Ним сверток, и я больше не шумлю, а, наоборот, говорю еле слышно, опускаясь рядом с ними на постель. Ним протягивает мне малыша, и я чувствую, как в уголках глаз начинает щипать, и смеюсь.<br />- Он такой крошечный, боги...<br />Я обнимаю Ним и заглядываю ей в лицо.<br />- Как ты? Ним, я здесь, отдохни.<br />Целую ее в волосы, и устраиваюсь рядом очень аккуратно, боясь потревожить нашего сына.<br />- Я вас очень, очень, очень люблю.<br /><br /></p> <p>Место мне найти для себя очень сложно. Сколько ни стараюсь придумать, как мне поступить, мне не приходят в голову хорошие мысли. Ним избегает меня, и это меня очень мучает. Я знаю, что жестоко ее обманул, и не отрицаю своей вины, но я хочу попытаться исправить сделанное. А Ним не дает мне этой возможности.<br />Яркая вспышка перед моим лицом опаляет мне ресницы красными искрами. Голос младшего брата из другого конца зала для тренировок аврората звучит удивленно.<br />- Дарон! Ты что там, витаешь в облаках?<br />Если бы это были облака. Темные тучи плотно покрыли небо, и нет ни намека, ни ветерка, чтобы разогнать непогоду.<br />- Ты почти достал меня, Эйрион. - Мне пора вернуться с небес на землю, а я тру переносицу и стараюсь сосредоточиться на тренировке. - Остолбеней! Продолжаем!<br />Брат, смеясь, отбивает мое заклинание и посылает в меня свое новое. Я надеюсь, что тучи над головами вижу только я, и так будет и впредь. Единственное - Ним тоже окружена таким плотными мороком, что увидеть ее почти нет возможности. Ним в своих тучах, а я в своих, и виноват с этом я один.<br />Если я думаю, что умело скрываю свое настроение от всех, кто вокруг, то Ним злится, и все наверняка это понимают. В конце концов, все понимают, что избегает она именно меня, что между нами что-то случилось, даже что именно. И у меня нет ни малейшего шанса даже не то, чтобы поговорить, а увидеться. И что я ей скажу? Попрошу прощения? Буду умолять смирить гнев на милость, забыть, что она увидела и что поняла? Я опускаю голову на руки, падая на книги. Пора идти домой, часы в холле бьют гораздо больше положенного. Дома братья и сестра, и у них свои жизни. Мои тучи не должны задевать их светлое небо.<br />Я вхожу в квартиру уже почти ночью, и меня встречает полная темнота. Я развожу только огонь в камине, нахожу остатки еды и пытаюсь затолкать себе в горло немного холодной курицы, которую мы ели вчера. Почему-то сегодня я чувствую себя несчастным. Не виноватым, что подходит куда больше, а каким-то маленьким одиноким человечком, в будущем которого не будет больше каких-то особенных своих моментов, которые приятно греют душу в темные времена. я сажусь на пол и ставлю тарелку с курицей себе на колени. ем прям руками и смотрю на то, как играет пламя. Как это отвратительно - сидеть и жалеть себя потому, что, засиделся на работе, не имея сил и желания идти домой, размышляя, а теперь, когда пришел, вдруг увидел, что все нашли себе другие дела за время моего отсутствия. Это же совершенно нормально - мои братья и сестра давно выросли. Но все равно мне грустно.<br />- Может же мне быть грустно просто так? - Я смотрю на окружающую обстановку и фыркаю себе под нос. - Вот, теперь я разговариваю сам с собой, сижу на полу в темноте и ем руками.<br />Я решительно встаю, чтобы отнести опустевшую тарелку туда, где ей самое место, когда, мне не кажется, слышу голоса снаружи входной двери. Мне не кажется и то, что голоса мне знакомы. Я мигом выхожу в коридор и распахиваю дверь как раз в нужный момент, чтобы поймать под руки одного из моих младших братьев.<br />- Моркант!<br />Моркант громко смеется и тянется меня обнимать.<br />- Дааарон!<br />От брата ощутимо веет алкогольным духом. Эйрион помогает Морканту зайти в квартиру, и за ними проходит... Ним! А на мне висит совсем нетрезвый Моркант, а Ним тут, совсем рядом, смотрит на меня, и я отмечаю и необычный румянец у нее на щеках, и волосы, из прически выбилось несколько прядок, и юбку, которая отличается от всего, что я раньше на ней видел. На этом я останавливаю свой взгляд, и это не проходит незамеченным.<br />- У твоей жены такие ноги!<br />Моркант находит точку опоры и беззастенчиво пялится на Ним, а я со своим ворохом мыслей от неожиданности теряюсь, что сказать.<br />- Ним, я...<br />- Нет, все остальное тоже очень даже, но нооги! <br />Мне не нравится направление, куда двигается это явление домой.<br />- Так, Моркант, ну-ка, сядь, посиди, а?<br />Но Моркант сидеть не хочет. Он вскакивает на ноги и начинает распевать что-то на исландском, какие-то праздничные гимны, слова которых мы не понимаем, и делает это с размахом викинга. Этого сурового воина утихомирить будет непросто.<br />- Ну, рассказывайте, где вы были и как это получилось?<br />Моркант пробует танцевать и сносит торшер. Ним быстро чинит сломанную вещь магией и направляется к выходу, и я мучительно хочу все бросить и побежать за ней, но у меня в квартире впервые пьяный младший брат, и я не могу его оставить на Эйриона, который и сам тоже не в самом четком состоянии.<br />- Ним, постой, не уходи.<br />Я ловлю ее за локоть, но она вырывает руку. За нашими спинами еще раздаются рулады на исландском, параллельно Эйрион рассказывает что-то о походк в клуб, когда Моркант вновь на всем понятном языке громко заявляет, тыкнув пальцем в сторону их двоих.<br />- Их же нельзя одних оставлять! Нужно про...кро...тро...<br />- Проконтролировать? - Я смотрю на брата, который с объятиями лезет ко мне с предложением спеть песню вместе, когда слышу от двери удивленный голос Рин, спрашивающий, что это мы сделали с Моркантом. Под шумок Ним вновь хочет уйти, а я решаю, что Эйриона и Рин пока достаточно, чтобы усмирить нашего викинга, и догоняю Ним уже на пороге.<br />- Ним, пожалуйста. Дай мне... Прости. Черт, я понимаю, как сильно ошибся и как ты обижена, но я прошу, Ним, не убегай. Пожалуйста, есть ли хотя бы шанс, что ты допустишь возможность подумать?<br />Я несу какую-то околесицу, но речь я не готовил, и слова бегут сами, как получается.<br />- Ним, пожалуйста. Если есть хотя бы маленький шанс... И я прошу, не избегай меня.<br />Из квартиры вновь раздается шум, топот и какой-то грохот, и нужно посмотреть, что же там происходит, но я не хочу оставлять Ним, позволять ей уходить, но и кроме как просить я больше ничего не могу. Я чувствую себя отвратительно. Совершенно отвратительный человек.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Wed, 01 Sep 2021 01:39:33 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57128#p57128 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57124#p57124 <p>На Шляпу я все еще в обиде. Рин, конечно, может предложить множество способов, как ее уговорить, лаванду, апельсиновые корки, да тот же нафталин, но это хорошо придумывать, когда все уже позади, а не когда вкрадчивый голос у тебя в ухе на полном серьезе заявляет, что прямая дорожка в мое светлое будущее лежит через факультет с барсуком на гербе. Катастрофа, как миниум, инфаркт миокарда (вот такой рубец!) у отца, сын хаффлпаффец - горе в семье. Хорошо хоть сторговались на Слизерин. И не так уж все плохо. Подземелья не сырые, а уютные, камины теплые, и Моркант здесь. Правда, одноклассники в большинстве снобы, но и нормальные здесь есть. Вот, Северус, молчаливый, но очень умный, с которым мы познакомились на отборе, а теперь сидим над домашними заданиями по зельям, которые он щелкает как орешки и закатывает глаза, заглядывая через локоть в мой пергамент. Рин бы наверняка сделала так же. Они там, в Рейвенкло, и не такие задачки решают. Может, Шляпа была права? У Хаффлпаффа рядом кухни... Ой, все.<br />В Большом зале уже чувствуется дух праздника. Дух каникул тоже совсем близко, только сначала - дух экзаменов. Пока еще предварительные, не такие важные, как по окончанию учебного года, но первые, и оттого такие волнительные. Но воспринимается это как маленькое препятствие на пути к Рождеству. Можно будет собраться всем вместе, наконец-то увидеть родителей, сестер, и не вспоминать об учебе целую неделю. Чувствую касание к волосам и сразу знаю, кто садится рядом - Рин спрашивает, готовы ли мы к проверке знаний.<br />- Это же проверка. - Я легко улыбаюсь, присутствие Рин всегда поднимает мне настроение одним своим фактом. - Настоящие экзамены будут еще через полгода. <br />Сгребаю свои свитки под эти слова, мол, не время для уроков, еще успеется, тем более, Рин может сделать еще более измученное лицо, если там найдутся очередные глупые ошибки.<br />- А не ошибается только тот, кто ничего не делает.<br />Вновь улыбаюсь беззаботно, думая о каникулах и смотрю на Эйриона, который строит планы на визит в Ирландию, которых гораздо больше, чем дней в неделе. А Рин замечает побольше, чем ее старший брат, одними глазами указывая на помрачневшего Северуса.<br />- Расскажу попозже.<br />Кидаю осторожный взгляд в сторону друга, который, буркнув, что не любит Рождество, вспоминает о забытом в спальне учебнике по трансфигурации.<br />- Но трансфигурации у нас сегодня нет... - Я огорченно смотрю ему вслед, последнее замечание для Рин, а не для него. - Мама Северуса умерла, а отец не дает ему житья. Он злой, всегда недовольный, а еще он маггл, но дело не в этом, а в том, что он любит виски, а не его. <br />Говорю потихоньку, чтобы слышала Рин, а остальные нет, все-таки это чужая история, и не каждый хочет ее всем рассказывать, но от Рин я не могу хранить секреты. <br />- Северус не хочет каникулы и говорит, что останется в школе. Представляешь, Рождество, а он в школе один.<br />Оборачиваюсь на дверь, за которой скрылся мой новый товарищ.<br />- Если бы можно было взять его с нами в Ирландию... Как ты думаешь?<br />Об этой идее подумать стоит, времени до праздников уже не так много, а один упрямый мальчик, если родители согласятся, может отказаться ехать наотрез. Но на то мы и вейлы, кто-то больше, кто-то меньше, чтобы уметь уговорить любого. Вода камень точит.<br />А пока вода занимается своим делом, время идет своим чередом. Новости и слухи - информация, всегда первым делом поступающая в мой факультет, и это очень хороший плюс. Старшекурсники, обсуждая каникулы, проговариваются, что завтра Большой зал будет украшен к Рождеству, и я думаю, что первое Рождество в школе - то, что точно не хотелось бы упустить. <br />Отбой для учеников Хогвартса в принципе вещь такая, относительная. Ну, по крайней мере в случае, если отбой может помешать планам, точно. Я незаметно выскальзываю из общей факультетской гостиной в коридор, и (ну что за ирония?) мой путь из подземелий лежит наверх, к самой высокой Астрономической башне. План появляется по мере продвижения вперед. Правда дальше истории &quot;Здрасьте, а Рин выйдет?&quot; плана нет, но это ничего страшного. В конце концов, даже этот вопрос можно задать сразу несколькими способами. Когда я подхожу к гостиной Равенкло, я вспоминаю, что рассказывала Рин - нужно отгадать загадку. <br />- Ну, что я, загадку не отгадаю? - Спрашиваю сам себя вслух, когда вдруг раздается насмешливый голос.<br />- Хочешь войти, маленький слизеринец? Ну, что ж, попробуй, загадка для тебя как раз для мозгов твоего факультета.<br />Я вдруг весь собираюсь, понятия не имею, что имеется в виду. А вдруг будут вопросы по зельеварению, которое я так и не доучил?<br />- Что делал слон, когда пришел Наполеон?<br />...Хлоп.<br />- А?<br />- Что делал слон, когда пришел Наполеон?<br />- В смысле?<br />- Что делал слон, когда пришел Наполеон?<br />- Эээ... Ничего. Стоял.<br />- Неправильный ответ! Что делал слон, когда пришел Наполеон?<br />Мне кажется, я перестаю понимать, что происходит, и мне нужен план Б.<br />- Извините, а Рин можно?<br />- Неправильный ответ!<br />Да что ж такое? На улице ночь, время уходит, но делать нечего, придется добежать до совятни и отправить Рин сову, когда вдруг дверь приоткрывается, и выглядывает она!<br />- Рин!<br />- Что делал слон, когда пришел Наполеон? - Дурацкая дверь как болванчик повторяет свой дурацкий вопрос, а Рин пожимает плечами, отмахиваясь от вопроса тем, что слон жевал траву.<br />- Траву?! Почему траву? - Когда голос затихает, а я все еще хлопаю глазами, а Рин смотрит на меня, мой голос ей не померещился. - Хотя, ладно, Рин, знаешь, что сегодня происходит в школе? Украшают Большой зал! Пошли, посмотрим!<br />Это должно быть что-то удивительное, я просто уверен.<br /><br /></p> <p>Нужно доверять предчувствиям – говорю себе я, когда выясняется, что идея Ним не сработала, вернее, сработала совсем не так, как хотелось бы. И гости за окнами, которых очень хотелось бы игнорировать, к счастью, пока не собираются брать замок штурмом, но вот заснуть под бодрое пение удастся вряд ли. А еще, приходят настоящие гости, перед которыми мне становится стыдно – не каждый день девушке доводится видеть толпу страждущих внимания ее парня, но она знает, что все эти улыбки сплошь фальшивые, и действие магии испарится через какое-то время. <br />- Минус на минус не сработал. Это вообще не моя затея.<br />Я кошусь на сестер, которые выглядят как самые настоящие ангелочки, но я-то знаю, кто заварил кашу – одна, которая улыбается всем, кому не лень, и вторая, которая строит предположения, не подкрепленные практикой, а страдают все.<br />- Я этих гостей не звал, между прочим. – Ворчу, слыша увещевания самой главной устроительницы поломничества к замку Розье. – Так что бежать – хороший вариант.<br />Но Ним, в отличие от нашей сестры, говорит, что может выручить всех, если улыбнется теперь уже она. Правда, как это может помочь – толпа под окнами, пришедшая по улыбке одной вейлы, вернувшаяся после улыбки второй, после третьей улыбки никуда не денется, а одна из теорий Ним себя сегодня уже не оправдала, и я совсем не поддерживаю такой перевод стрелок и протестую, и всего на пару мгновений после моего звучит голос Дарона, который тоже не за идею. Только кажется мне, что его не так волнуют эксперименты со стихийной магией вейл, и я спрашиваю Рин, не замечала ли она чего необычного&#160; за братом. В конце концов, она тоже младшая сестра, а это карма младших сестер – заставлять братьев разгребать то, что они натворили, но и присматривать за бестолковыми старшими мальчишками – тоже их карма. Так что если Рин не знает, в чем дело, то вряд ли знает кто-то еще. Знал бы еще сам Дарон…<br />Ним показывает умение управления толпой, а отцу нравится идея побега. Все же съездить в отпуск под благовидным предлогом – святое дело. Только мой план побега не вмещал в себя поездку с семьей. Смотрю на Рин говорящим взглядом, дескать, поедем, или побег от людей – самый лучший побег? Рин согласна со мной, но, как только спина последнего путешественника на горный курорт во Франции исчезает в камине, она тоже встает и говорит, что нужно срочно собирать наши вещи.<br />- Но ведь мы решили не ехать?<br />И Рин со смехом заявляет, что да, мы не едем в Куршавель, но об остальных точках на карте речи не было, и я, фыркнув себе под нос, быстро ее целую и только спрашиваю, что брать – теплые вещи, или собираться в путешествие на юг? Мы с Рин, конечно, всегда найдем, чем заняться, но поездка куда-то явно будет интереснее привычного нам замка.<br />***<br />Куршавель всегда приветлив, обещает прибывающим все самое лучшее – лыжные трассы, горный воздух, вкусную еду и теплый прием. В шале Розье тепло светят окна, эльфы быстро подготовили дом к приезду хозяев, и это очень приятное чувство – знать, что твоего прибытия ждут. Правда, об этом я думаю где-то на периферии сознания, думая больше о всем, что сегодня произошло. Как Ним сказала, бежать? Мне крайне не нравится это все. <br />Мы размещаемся в комнатах, а потом собираемся в гостиной внизу. Ним протягивает мне чашку – облепиха. Вкусный яркий запах и радостный оранжевый цвет. Сполохи огня в камине. Рыжая шерстка сеттеров, которых тоже взяли в путешествие с собой. Все такое уютное в одной гамме… могло бы было быть. Вместе с чашкой ко мне прилетают слова, и я поднимаю взгляд на девочку, в голосе которой слышится неприкрытая ирония. Старым и мудрым уж точно никто не будет называть друг друга всерьез. <br />- Думаешь, моих умудренных седин достаточно, чтобы давать советы? – Я ерошу шевелюру, в которой нет ни одного седого волоска, и понимаю только, что мне не хотелось бы видеть ее улыбки кому-то кроме меня. – Но я думаю, что улыбки должны быть настоящими, тогда они ценны.<br />И Ним улыбается мне, не волшебной улыбкой вейлы, а настоящей улыбкой девушки, которая кажется мне особенной. Ним зовет гулять с собаками – и псам очень нравится эта идея, они тут как тут готовы, им долго собираться не надо. Мне тоже.<br />- Пойдем, я готов.<br />Мы выходим, собаки высыпают первыми и начинают бегать и играть, а впереди только горы и тропка, ведущая вниз, в деревню магглов. Сейчас снег укрывает только вершины горных хребтов, но зимой все вокруг этого шале покрывают сугробы, куда рыжие носы проваливались бы с головой. Но сегодня вокруг идеалистичная картинка французских Альпов, и собакам раздолье, и людям вне сезона и туристов тоже. Мы идем по дорожке вниз по направлению к деревне, и я беру ее за руку, начиная говорить.<br />- Ним, я… Знаешь, не так уж я и стар, и еще меньше мудр. Это вот точно не мое. <br />Подбираю с земли палку, завладевая вниманием собак, и кидаю ее, свора уносится ловить предмет и начинает попытки его отнимать друг у друга.<br />- Если разобраться, то совсем не мудр, ни капли.<br />Дорожка выходит к скалам и делает поворот. Внизу деревенька, кишащая туристами в горнолыжный сезон, а сейчас проживающая свое спокойное время. Шале для магглов недоступно, не обладающие магией люди просто не видят эту дорожку, для них вся местность выше места, где мы сейчас стоим – одна сплошная скала. Для нас мир намного больше и устроен сложнее. А, может быть, мы сами пытаемся все усложнить.<br />- Настолько, что, знаешь, рискну поверить, будто я…<br />Я знаю, что я не идеал. В конце концов, мне, правда, много больше лет, я порой бываю слишком серьезен, и думаю слишком много. Я иногда ничего не вижу дальше собственного носа, точно так же как магглы не видят за иллюзией скал чудесной зеленой долины с красивым шале в соснах, хотя и прожили в этом месте всю жизнь. Но я рискну поверить, что выбор Ним верен – просто потому, что я сделал свой.<br />Рука Ним все еще в моей руке, и я могу быстро сократить расстояние, чтобы коснуться своими губами ее губ. Поцелуй, кажется, самый важный в моей жизни. И улыбка после – самая настоящая.<br /><br /><br /></p> <p>О том, что в женском коллективе могут обсуждать все на свете совсем без купюр, я, конечно, догадывался, но как-то надеялся, что меня эта учесть обойдет стороной. А зря, поболтать о коллегах-мужчинах девушки всегда рады. Слухами, как говорится, земля полнится, и из любого события болтливые языки могут раздуть скандал, увидеть интригу и провести расследование. И вот теперь усиленно хлопающая ресницами барышня явно считает, что все поняла, и все просто. Люди, правда, меняются - вот этот факт нужно успевать принимать. <br />А Ним успевает сделать то же самое - скандал, интрига, расследование, вывод и решительное действие. И самое главное, вот теперь я чувствую, что все верно. Как тогда в горах Франции, я знаю, что в этой жизни настоящее, а что напускное, что нам обоим нужно и чего мы хотим. И да, теперь есть это &quot;мы&quot;, хоть одна из половинок этого понятия выглядит крайне обиженной и возвращается к своей прежней теме, высказанной когда-то моими же словами юной девочке, у которой, как мне казалось, вся жизнь впереди, и заче же ей нужен такой, как я?<br />Все внешнее исчезает, и теперь меня больше всего волнует надувшаяся юная вейла, сверкающая глазами, которую, впрочем, мне удается поцеловать, не давая уйти, и вот она уже улыбается, хотя ее слова и расходятся с этой улыбкой. Мне нужно все объяснить. Я предлагаю кофе, но Ним хочет не его. Апероль у Ним будет. И все остальное, что она захочет.<br />- Как минимум, в этом.<br />Касаюсь бока ее бокала, в котором искрится рыжая жидкость. Отчего-то вспоминаю облепиховый чай - снова рыжий напиток. Заказываю себе напиток, напоминающий мне о поездке в Куршавель и о том, что там происходило, и улыбаюсь. Я все помню.<br />- Ну, очень жаль, но мои побуждения изменились. Никаких лучших побуждений, только суровый эгоизм. <br />Тяну руку и касаюсь ее руки, беру ее пальцы в свою ладонь. Нам приносят заказ, но еда стоит в стороне, Ним тянется ко мне и касается своим лбом моего - я прикрываю глаза.<br />- С самоопределением уже все закончилось. Ведь мы определились?<br />Ним верит мне, а я верю ей, и это самое главное. Я улыбаюсь, жду, что она скажет дальше, а она встает и забирается мне на руки вместо всех ответов, и поцелуй объясняет нам все, что не было сказано, но что мы и так уже знаем. <br />- Первые сорок лет в жизни мальчика самые трудные?<br />Я смеюсь, когда Ним говорит, что возраст совсем не при чем - я полностью согласен. И мы болтаем, на работу в министерство я уже не вернусь. После обеда мы гуляем по Лондону, по самому центру, смотрим на здание парламента, на Биг Бэн, обсуждаем секреты грозного Тауэра. Смотрим маггловские сувениры, отмечаем какие-то мелочи, над которыми хихикаем, и держимся за руки. И поцелуи - когда время замирает и вновь стирается все, что вовне. Хороший теплый день для нас двоих.<br />И следующий вечер мы решаем провести так же, вдвоем, чтобы никто не мешал. Ним предлагает пикник на берегу озера, и это прекрасная идея - покрывало, легкие закуски и кувшин лимонада. Я беру губами ягоду из рук Ним, когда краем глаза замечаю движение, оборачиваюсь и вижу, как прямо из озера, на берегу которого мы расположились, выходит девушка, направляясь прямо к нам. Она вышла из воды, а одежда на ней сухая. И старинная. И я скорее не вижу, а ощущаю, что у нее и у Ним есть что-то общее. А еще, от нее так и веет магией.<br />- У вас гости, или я чего-то не знаю?<br />Шепотом на ухо Ним, когда дама решительно плюхается на наше покрывало и утягивает пригоршню вишни из пиалы, как будто так и надо, и смотрит на меня, хихикая.<br />- Внучок, значит?<br />И я растерянно хлопаю глазами.<br />- Простите?..<br />Смотрю на Ним, которая хихикает, но выглядит несколько удивленно.<br />- С кем имею честь, мадам?<br />А мадам выглядит не старше, чем Ним, но я почему-то знаю, что на самом деле это не так. И смотрит она весело, и говорит, хихикая, но при всем этом я чувствую, что перед нами не человек, и Ним знает ответ на мой последний вопрос, это точно.<br />- Не познакомишь нас, Ним? <br />Это что-то необычное и странное, но свидание, на которое мы умудрились вырваться, явно испорчено, ведь дама не собирается уходить. Я тяну Ним к себе, когда наша гостья вновь тянется за порцией черешни, чтобы еле заметко задать вопрос:<br />- Что мм... Происходит? Ты знаешь?</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 20 Jun 2021 23:13:20 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57124#p57124 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57115#p57115 <p>Наверное, должны были быть вопросы. Сомнения, удивление, попытки разобраться, что к чему. Ведь все случилось быстро – библиотека, виски, и сразу поцелуи, о которых раньше речи не шло. Но, когда постоянно слышишь, что ты недостаточно хорош, наверное, отчаянно хочешь услышать, что достаточно, и не хочешь сомневаться, когда случается что-то хорошее. Хочешь просто верить и позволить новому случиться.<br />Внутри растекается приятное тепло, и теплом хочется делиться, не выпуская Рин из объятий, слушая ее голос и продолжая касаться, легко выводя по коже пальцами невидимый узор. Перебирая пряди волос – кончики еще влажные после купания, касаясь, они заставляют мурашки разбегаться по коже, так же, как совсем недавно разбегались мурашки иного толка. Рин переворачивается и смотрит в глаза, спрашивает о камине. Да, конечно, путь в мои комнаты открыт ей всегда. Она будет приходить, и я буду приходить к ней. Это не какая-то ошибка. И поцелуй подтверждает это.<br />Только долго оставаться в мире комнат нельзя. Нужно выходить, чтобы вновь оказаться в зале, снова видеть все то, от чего хотелось уйти, только теперь, даже находясь здесь, этот мир, эти люди, все кажется каким-то далеким. Ищешь среди людей одно лицо, вспоминаешь, как губы касались губ, как сбивалось дыхание, и все остальное остается где-то за этим. Покер, традиции… Игра в этот вечер у меня не выходит, и только Рин знает, почему я сегодня играю так плохо. Повезет в любви?<br />Пока мне не везет получить слишком огромное, слишком трудоемкое задание. Если всем окружающим я могу сказать что-то коротко, то отцу не высказать многое у меня не выйдет, а некоторые вещи вслух лучше не озвучивать. Но таковы правила волшебной игры, что желание победителя – закон. Я иду к отцу, и даже не представляю, что сейчас случится. За мной следует Рин, понимая, что так просто этот номер может не пройти. Впрочем, мне почти удается выйти сухим из воды. Мы снова в моих комнатах, и кроме нас никого здесь нет. Рин еще говорит об отце, почти хвалит меня, я пожимаю плечами.<br />- Что бы то ни было, сказанного не отменить, ни Дарону, ни мне. Но при гостях в доме ничего не случится. Выносить из избы сор для Розье слишком ужасно. – Я беру ее за руку и тяну из кресла к себе, обнимая. – Спасибо, что была там со мной и помогла смягчить.<br />Ночь накрывает замок, и выбираться из моих комнат до утра нам уже не придется.<br />Наши встречи мы учимся обговаривать, блокноты и заколдованные страницы, открывающие тайну никому, кроме нас. Мы держим их в секрете – пока, думаю, временно, просто оставаясь друг с другом и ловя это время, наслаждаясь им. Только провести получается не всех. Ним с хитрым взглядом прыгает на кровать, подпирает голову руками и с любопытством спрашивает без долгих вступлений: «Что с Фоули?». Она всегда видела меня насквозь, и здесь я не могу соврать. Рассказывая об этом Рин, я думаю, что она может быть не в восторге, но она спокойна, и это тоже вселяет надежду. Все идет хорошо. Пока Рин в обговоренное время не пропадает, и я беспокоюсь, делая шаг в камин. Что-то наверняка случилось, она предупредила бы, если планы вдруг поменялись. Кажется, я прихожу вовремя.<br />Раньше я думал, что с моим отцом сложно жить? Рана на руке Рин, к которой она относится как к неизбежности, шокирует, а она шутит, припоминая карты. <br />- Ничего смешного тут нет.<br />Помогаю с обработкой руки, когда она упоминает имя старшего брата. Дарон самый взрослый из всех Фоули и прикрывает младших перед отцом. Мне становится жутко, и я боюсь, что сами Дарону мы помочь не сможем, тут нужна сила побольше. Я знаю, какая это сила. Ним не нужно просить дважды, и она быстро берется за дело, помогая всем, кто нуждается в помощи. Рин удивленно смотрит – Ним прекрасно ориентируется в замке и совершенно невозмутимо себя ведет. Это ее брат причитает, выдавая очевидные советы, и максимум помощи от которого – носить сумку с зельями, мазями и порошками, которую Ним прихватила из дома. Ним молодец.<br />- Сам иногда задаюсь вопросами, откуда она знает все.<br />Мы следуем в комнату Дарона, старший из Фоули выглядит гораздо хуже всех младших вместе взятых. Тут не выдерживает даже моя сестра.<br />- Можно считать, что ловил?<br />Быстро смотрю на Рин. Говорить, что случилось, не нужно, Ним все понимает без объяснений. Я помогаю, делаю то, что она говорит. Приподнимаю Дарона, когда она быстро снимает с него одежду и осматривает, а потом выдает вердикт и план лечения. Мы остаемся у Фоули на всю ночь, за Дароном нужно присматривать. А Рин объясняет, почему им приходится все это терпеть.<br />- Это еще несколько лет… <br />Я обнимаю Рин, она самая младшая, и, пока ей не станет семнадцать, такие случаи будут повторяться снова и снова.<br />- Рин, наш замок всегда открыт для вас. Ты знаешь, как можно прийти. А дружба отцов… мы придумаем что-нибудь.<br />Придумаем, как укрыть Фоули и от Розье-старшего, который, конечно, поставит в известность о месте нахождения детей их отца, по чистой и благородной старой дружбе. Я ежусь, когда Ним говорит, что в замке Фоули холодно. Мне кажется, что речь не только о температуре воздуха, но братья и сестра умеют не обращать внимание на плохое вокруг и находят хорошее, держась все вместе. А моя сестра первая занимает кровать и кутается в пару одеял. Рин устала после тренировки, ей тоже необходимо отдохнуть.<br />- Я буду первым дежурным.<br />И я не собираюсь будить кого-то из них, рассчитывая быть на дежурстве первым и последним. Правда, когда я открываю глаза, я понимаю, что все вышло не так. Запоздало я соображаю, что Рин во сне обнимала, и я не остался в долгу, мне было тепло, и глаза закрылись сами собой.<br />- Дежурить у меня не вышло? <br />Спрашиваю Рин шепотом, опасаясь разбудить ее старшего брата, но он уже не спит, и явно не ожидал проснуться в окружении сразу трех человек, появление многих из которых совсем не является ожидаемым. А еще, ему явно лучше, наши старания не прошли даром. И теперь его интересует даже не аншлаг в его спальне, а его внешний вид. А Рин тянет меня к себе и ворчит, тыкая в ворох одеял, под которым прячется Ним, и я думаю, что тоже больше хотел бы проснуться не в комнатах Дарона на диване, но не оставить же сестру одну. Я и так оставил ее, заснув. Только сестра за словом в карман не лезет, это тоже стоит узнать. Их с Дароном пикировка – четырнадцатилетняя девочка, поставившая взрослого аврора на ноги, с утра разряжает обстановку. Мне нравится, что в этом замке смеются, и нравится, что они, правда, умеют не задерживаться на плохом. <br />- Пойдемте на завтрак к нам? Отец уже ушел, дома мама, а эльфы всегда пекут круассаны впрок. И нет, у нас есть не только круассаны и эклеры, мы еще иногда мажем масло на багет.<br />Я смеюсь. Нужно только захватить двух других братьев Фоули, мама будет рада гостям. А я буду рад тому, что они все целы и не под одной крышей с их отцом. Ну и свежие круассаны еще никому не вредили.<br />А потом в один из дней Рин появляется из камина в моих комнатах, но говорит, что сегодня в них мы не останемся, и мне нужно срочно придумать, куда я могу отлучиться из дома на несколько дней. <br />- Что ты задумала? Ммм?<br />А она уже открывает мой шкаф и командует, чтобы я шевелился быстрее. Мне кажется, единственный, кто может поддержать меня вне замка – дедушка из Франции, с которым я и пытаюсь связаться через камин, а позади Рин разводит бурную деятельность. Дедушка сперва хмурится, а потом видит ее манипуляции с моими вещами и расплывается в улыбке. Дедушка настоящий француз, без капли английской крови.<br />- Значит, ты на несколько дней едешь навестить дедушку, да, внук? Точно в слове «дедушка» не перепутал буквы?<br />Дедушка специально говорит это громко и на английском, с акцентом и подбирая слова - Рин точно услышит. Я качаю головой и легко краснею.<br />- Официально – нет, все буквы на месте.<br />Дедушка хохочет и говорит, что с радостью расскажет родителям, как мы с ним дегустировали молодое вино во Франции, и добавляет уже на французском, что, насколько он видит, - взгляд мне куда-то за спину, - игра стоит свеч. <br />- Grand-p&#232;re, c'est impoli.<br />И дедушка интересуется, что же я считаю невежливым, - говорить на другом языке при даме? - и не стоит ли тогда ему сказать то же на английском языке? <br />В это время от шкафа доносится шокированный возглас Анейрин, которая удивляется, что у меня в шкафу игрушки, а дедушка, вновь переходя на английский, говорит, что игрушки стоит прятать лучше, если я не хочу, чтобы их находила девушка, но у Рин, правда, в руках игрушка, мягкая. Я быстро сворачиваю этот французский во всех смыслах разговор. <br />- Что? Это тот пингвин, я не могу его выбросить. Он мне дорог.<br />Я краснею, до меня с запозданием доходит, что дедушка имел в виду, и почему он исчез из камина с отрешенным «Эван…», а у меня на кровати уже целая горка одежды. Что-то теплое.<br />- Так что ты задумала? Куда мы едем? <br /><br /></p> <p>Я безумно рад, что наш год как раз выпал на турнир, и в то же время я ужасно переживаю из-за того, что Рин собирается участвовать в нем. Как было бы здорово просто быть вместе, вместе наблюдать за попытками трех чемпионов завладеть кубком огня, делать ставки на победителей, строить догадки о испытаниях, с которыми участникам предстоит столкнуться. Но для Рин такой вариант невозможен – если она берется делать что-то, то она идет до конца, и ей важно участие и важна победа. Это сейчас главное для нее. И поэтому все это будет проходить через меня. И я буду помогать – во всех возможных смыслах, чтобы трудности обходили ее стороной. Я вспоминаю ее короткие ответы в блокноте, и меня греет мысль о том, что после полных занятиями и тренировками дней она находила время, чтобы прочитать мои не особенно, наверное, умные, мысли, обыкновенные рассказы, которые вряд ли способны впечатлить. И поделиться чем-то своим, дать обратную связь. «Я тоже думаю о тебе». Я скучал. И теперь я могу держать Рин за руку, сидеть с ней рядом, видеть ее. И мы вместе можем строить планы о том, как привести ее к победе. Ведь, если Фоули во что-то такое ввязываются, они должны стать первыми, никакие другие варианты их не устроят. Два брата Рин – тому доказательство. <br />А тренировки у них, правда, серьезнее некуда. Когда летом я говорил о том, что не понимаю, зачем их школе так много суровых правил, я, наверное, не представлял всей полной картины мира. И мне хочется смягчить ту картину, в которой Рин живет, но здесь она против. У озера полотенце она еще принимает, но мои дальнейшие попытки ее согреть воспринимает против.<br />- Все равно я не понимаю.<br />Прячу палочку, позволяя Рин вернуть температуру октябрьского вечера обратно. <br />- И при чем здесь толпа? Толпа сейчас сама согреется от бодрой пробежки к замку, но… - Могу лишь вздохнуть. – А насчет церберов, все возможно, если хорошо поискать. На самом деле, как бы ни выглядел замок, в нем остается достаточно тайн, и это говорится не для красного словца.<br />Впрочем, мы ко многому привычны. Я качаю головой, у нас совсем разное понятие того, как должно происходить обучение в школе. Наверное, поэтому братья Рин и выигрывали каждый свой турнир, что в Дурмстранге подход совсем другой, да и у них отношение к этому соревнованию другое. Но жизнь не должна превращаться в погоню за достижениями, в жизни должен быть баланс. И есть способ его привнести даже здесь. Правда, стоит нам исчезнуть с глаз долой, я не выдерживаю. Поцелуй, но очень быстрый, Рин говорит о том, что о ходе явно не только мне известно.<br />- Да, но сейчас здесь никого нет… - И она говорит, что скучала, но хочет найти более безопасное место, а я как раз знаю такое. – Идем!<br />Я веду ее за руку, а после толкаю кажущуюся знакомой дверь. Стоит нам переступить порог, Рин тянется за поцелуем уже сама.<br />- Комната открывается только тем, кому она на самом деле нужна. Сюда никто не войдет, пока мы внутри. – А Рин тянет к камину. – А я рассчитываю на эту комнату.<br />И она вновь целует, говоря о том, что нужно быть аккуратнее, незаметнее, и вопрос, который возникает сам собой, стирается, стоит кончикам волос скользнуть по моей коже вслед за пальцами, стягивающими ткань. «Зачем?..»<br />Но пока вопрос не в этом. На следующий день Рин кидает свое имя в Кубок, остается лишь ждать. Все, кто приехал из других школ, поступают также. Многие мои однокурсники тоже пытают счастье, а я отправляю в камин письма от отца, не читая. Ей-богу, отец еще никогда не проявлял к моей персоне так много внимания, как в этот год. Зато в письмах мамы встревоженность, которую я успеваю погасить, сообщая, что уговоры на меня не действуют. Мама спрашивает про Фоули, и я пишу, что все хорошо, все устроились, жизнь входит в свое неторопливое русло. У Рин снова много тренировок, у ее братьев тоже. И я вижу, что эти тренировки собирают зрителей, Ним с интересом наблюдает, перекидываясь словами с Северусом. Правда, наблюдать интереснее за девочками-зеваками, которые явно приходят не поучиться боевой магии, а поглазеть на симпатичных мальчиков постарше. Ну а я думаю о том, что такие тренировки внутри семьи для них не редкость. И вспоминаю раны, которые мы с Ним приходили заживлять, после «тренировок» с отцом. Мой отец только заваливает меня письмами, а против них у меня есть простой прием. На самом деле, в этом я везунчик. А вот Фоули… У Фоули есть только они, старшие братья Рин и она сама, тесно связаны. Такая общность на фоне человека, который лишь требовал, наказывал, как будто желая научить, но на самом деле развлекаясь, и не заботясь ни о чем, предоставляя детей самих себе, когда они были ему не интересны. Играя то с одной игрушкой, то вспоминая про другую. Мой отец разочарован, но и только.<br />У нас странные семьи. У всех чистокровных волшебников, которые так любят держать лицо, найдутся свои скелеты в шкафах, но и они не удивят никого из этого круга. Лицо, фасад, скрывающий внутренних демонов. Если бы не гонка за чистотой крови, может быть, многие из этих домашних тиранов с потухшими глазами были бы чуточку счастливее? Может быть и их дети стали бы счастливее, зная, что родители на самом деле любят друг друга, а их принимают любыми, не прикидывая, что тот или иной отпрыск должен преумножить, какие решения принимать, как царапаться, доказывая всем и каждому, а главное, собственным родителям, что он чего-то стоит. Что его есть, за что если не любить, то хотя бы считаться с ним и принимать за равного себе.<br />В полумраке выручай-комнаты Рин откидывает волосы от лица, садясь, заглядывая в камин. Я поднимаюсь вслед, обнимая ее за плечи, располагаю как бы оперев ее на себя и тянусь, целую в щеку, а затем в плечо. Мы все одинокие дети, которые хотят быть значимыми для кого-то не за что-то, а просто так, потому что мы есть. Завтра станут известны имена тех, кто принимает участие в турнире от трех школ.<br />- Я буду с тобой, Рин. Что бы ни было на этом турнире, вся возможная помощь, все, что я могу дать… И после тоже.<br />А после Кубок выдает ее имя, и начинается новое время. Больше нет ожидания, теперь уже непосредственно бой. И первое испытание – мне кажется, неужели, нас подслушали? – то, о чем говорила когда-то Рин. Трибуны, команды, символика школ. Музыка. Праздник. Все это пробирает меня до костей. Мне хочется кричать: «Вы что, идиоты? Они рискуют жизнями, и ради чего?», но я вижу Рин, которая смотрит вперед, она все уже давно решила, и я молчу, просто готовясь к роли зрителя, который не сможет ничего изменить. Первое задание зрителям представляют в тот же момент, что и участникам. Огромные трехголовые псы, у каждого на ошейнике ключ, который нужно забрать. Без ключа будет нечего делать на втором задании, если хочешь продолжать, ты не имеешь права на ошибку. И, мне кажется, что я почти слышу голос Рин: «Наш учитель говорит, что церберы – очаровательные носики». Да, целых три огромных очаровательных носика на каждого из участников соревнований. <br />Когда все заканчивается, братья первыми спешат поздравить с победой сестру. У них сразу начинается обсуждение того, что получилось добыть, и как следует применить предмет для следующего испытания. Мы с Ним подходим следом, я едва успеваю быстро обнять Рин, когда ее уводят на интервью, Ним рассматривает ключ, который висел на ошейнике гигантского трехголового пса, а я смотрю в сторону журналистов. Рин обычно очень коротко отвечает на все вопросы и не вызывает желания расспрашивать себя долго. Но тут она, усмехнувшись, в ответ на вопрос о том, чего бы ей хотелось, если абстрагироваться от турнира, выдает очень необычное желание. Я смеюсь. <br />- Все, сегодня выходной, никаких тренировок! – Угрожающе смотрю на кузенов и на саму Рин, а то знаю я их. – И про этот ключ на сегодня забудьте. Будем отмечать! <br />Мы с Ним договорились со школьными эльфами на тему закусок и того, чем можно отмечать победу. Точнее, договаривалась Ним, а я стоял рядом и улыбался, но все равно, нас было двое. И мы старались. Следующее состязание через месяц, и нужно искать к нему подсказки. Но пока я хочу, чтобы они все отвлеклись от напряжения и просто отдохнули.<br />- А ты, правда, хотела бы цербера? После всего, что между вами сегодня было?<br />И я думаю, что не будь этого турнира, не будь волнений и опасностей, не будь всего плохого, что он с собой несет, не было бы и хорошего. Не было бы возможности для Рин побыть с братьями во время учебного года. Не было бы ее в нашем замке. И мы не могли бы быть рядом на расстоянии вытянутой руки. Или намного ближе.<br /><br /></p> <p>Можно очень долго бежать от чего-то, надеясь, что оно не достанет. Можно всю жизнь закрывать на правду газа. Можно вдруг получить эту правду и не знать, что с ней делать. Кому от моей правды станет лучше? Кого она вообще может волновать, кроме меня?<br />Моя правда – это мои чувства. Мои эмоции, которые раздирают, но которые я, как истинный представитель высшего общества, научился прятать. «Слезы – это нормально, Эван» - говорит мама трехлетнему мне, которого долго воспитывал на эту тему отец. «Чувствовать – это хорошо».<br />Я не могу приказать себе не чувствовать того, что я чувствую, я не настолько хорош в иллюзиях, чтобы убеждений хватило на долго. Рано или поздно все негативное: обида, непонимание, злость, - все уходит, оставляя лишь правду. Правда не уходит никогда. Правда окружает меня – запахом духов, музыкой, смехом, голосами. Мыслями, что роятся в моей голове. Теперь она всегда рядом.<br />Теперь со мной рядом Рин – ногами на кресле, вопросом о поздравлениях, подарком на Рождество. Очень красиво. Снитч хранит память. Снитч знает правду и не даст ее позабыть. Мой подарок намного проще, но Рин благодарит, касаясь губами уголка губ, и от касания как будто электрический ток разбегается по телу, искра. Жалеет ли она о чем-то? Или она идет вперед, не смотря назад, создавая свое будущее таким, каким она хочет его видеть? Принимая предложения, которые будет ей на руку и проходя мимо мальчишек, которые слишком много о себе возомнили? Я не успеваю спросить – нас зовут играть. Рождество, праздник, игры. Веселье и смех. В карты мне отчего-то везет. Рин, следующая за мной, не привыкшая подолгу оставаться в долгу, тоже первым делом обращает внимание на запах. Она хорошо его знает, это запах ее.<br />- Почему «стал»? – Самоирония – наше все. – Этот запах всегда со мной.<br />Рин смеется. Она давно не была в этих комнатах, но хорошо их знает. А я задаю свой вопрос. Не очень честно, я выиграл, магические карты связывают, заставляя отвечать. Но я спрашиваю не в рамках желания. Это вопрос, который я бы задал еще в библиотеке, если бы нас не прервали. Рин, однако, отвечает. И я невольно думаю, что в ответе слишком много слов. На самом деле, все просто – да или нет. Но ни одно из этих слов не звучит в итоге. Звучит выбор. Звучат доводы. Звучит приоритет. Цели, интересы, взгляды – будущее. Рин выбирает свое будущее таким. А я делаю шаг и обнимаю ее. Будущее, которое она видит, не рядом со мной. Я обнимаю и чувствую аромат – тот же, что витает в комнате, ее духи. Ее аромат.<br />И она вдруг легко говорит, что вообще, Блеку стоит посочувствовать. Что уж я-то знаю ее характер, и вряд ли мечтал всю жизнь его терпеть.<br />- Откуда ты знаешь, о чем я всю жизнь мечтал?<br />Если даже я не знал этого. Точнее, знал, но пытался спрятать. А знала ли она? Знает ли теперь? Рин целует меня, и я не могу и не хочу этому противостоять. Когда я открываю глаза, Рин рядом нет. Но есть записка, тяну за листок, и по пергаменту скользит кулон. Я читаю слова, строчки прыгают, и сильнее сжимаю кулон в руке. Выбор сделан, она решила. А я остался один.</p> <p>Время идет, но оно не лечит. Оно учит, как лучше прятать эмоции и не портить жизнь людям, которые все расставили по местам. Кулон с кельтским древом лежит в верхнем ящике моего стола, и иногда по вечерам я вытаскиваю его, задумавшись, кручу в руках. Золотой снитч лежит рядом, и я время от времени наполняю его воспоминаниями. Я начинаю с детства. Когда у меня еще были две сестры, и нас, малышей, оставляли под присмотром старшего брата Фоули.&#160; Когда мы проказничали, а ему приходилось держать перед взрослыми ответ. Потом школьное. Как мы с Ним и Северусом попадали в приключения, как я отобрался в сборную команду факультета по квиддичу, и мы в первый раз выиграли матч. Я как будто под лупой рассматриваю свою жизнь, внося такие маленькие эпизоды в волшебную память. Я как будто стараюсь понять, кто же я есть. Я смотрю на калейдоскоп кусочков из детства, размышляя. А потом рассматриваю кулон и вношу первое воспоминание, где только мы с Рин. Пингвины в шкафу, подозрения дедушки, наше маленькое путешествие в Испанию. Мы были юны, и мы были вместе. И я бы не подумал, что все обернется так. <br />Но зато о том, как все может обернуться, думает Ним. Ним еще в Рождество рассказала, как видит этот союз. Я не поверил – разве может один человек требовать от другого отказаться от собственной мечты? Но Рин отдала Блеку кольцо, решив, что здесь им не по пути. я видел списки на зачисление, я волновался. И теперь я вновь могу подойти к Рин, но снова сказать ей невпопад.<br />- Поздравляю! Я видел списки, ты прошла. Хотя, разве ты могла не пройти?<br />Все, за что берется Рин, она выполняет отлично. На ее пальце больше нет кольца с драгоценной звездой.<br />- Мне жаль, что так вышло с Блеком.<br />Мне, правда, жаль, что человек, с которым Рин видела себя рядом, ее подвел. <br />- Знаешь, что? Пойдем выпьем кофе? По-ирландски. И там, куда я тебя отведу, еще и подают прекрасный шоколадный мусс. Ты знаешь про меня и шоколад, но он, действительно, хорош.<br />Мне хочется ее отвлечь. Я расспрашиваю про экзамены, про школу авроров, мы вспоминаем то, как она участвовала в Турнире Трех Волшебников и задания там. Мы болтаем на отвлеченные темы. И нам обоим не нужно думать о будущем. Совсем не нужно, когда после кофе мы идем гулять по Лондону, когда кому-то одному приходит идея прыгнуть с тарзанки – страховка только магией, никакой помощи извне. Видя высоту, я отказываюсь. Мне совершенно не нравится идея полета без метлы, это что-то противоестественное, а вот Рин – за. И я сдаюсь.<br />- Ты будешь меня страховать?<br />Я могу сделать это только на таком условии. И, когда воздух свистит в ушах, а земля очень быстро приближается, а потом останавливается, или это останавливается мое падение, мне кажется, что вот мы, два идиота, которые только усложняют себе жизнь. Вечером я вновь достаю кулон, рассматриваю его, кручу в пальцах и так и засыпаю с украшением, намотанным на руку. Мне нужно подумать, Рин тоже. Все просто и сложно одновременно. Я хорошо знаю себя, а она знает себя. Я не справлюсь, если история вновь повторится.<br />Я размышляю еще два дня. Кулон из ящика переезжает в мой карман, мне нравится, что он со мной, что я могу коснуться его, когда пожелаю. Мне надо решиться. А, когда я хочу сделать шаг, я вижу совсем не то, что хотел бы. Рин не ждет долго. Рин идет вперед. Я отворачиваюсь и иду назад, прячась за углом соседнего здания, пока меня не увидели. Так же по стенке вниз я сползаю, закрыв руками лицо. Что же, Рин, на этот раз страховка не выдержала, я летел слишком долго. А мне снова нужно собирать себя по кусочкам, второй раз я даже смогу сделать это быстрее, чем в предыдущий.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 06 Dec 2020 15:16:01 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57115#p57115 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57111#p57111 <p>Мысли путаются, только голос звенит в ушах. Удивленный, потрясенный, насмешливый. И я кажусь себе таким же. Потрясенным, смешным, раздавленным. Глупый мальчик Розье возомнил, что Рин Фоули его полюбила. Правда, отец бы так и сказал, мол, за что? Отец не может любить просто так. Он ищет людей, которые его цепляют чем-то, которые кажутся ему перспективными, и к ним у него интерес. А то, что не принесет практической выгоды… Возможно, только одно исключение – Ним. Правда, о выгоде тут еще можно поспорить, девочки Розье получаются гораздо лучше мальчиков, у сестры есть талант. Сестра видит дальше, чем кто-то из нас, и отец это знает. Она и его видит, Ним, она умница. И она любит меня не за что-то, не за талант, а за то, что я есть. Если бы не Ним и мама, я бы вообще сомневался, что на свете есть вот такая любовь. Но я знаю – она существует. Правда, если что-то и сможет помочь моей новой ране хотя бы не кровоточить – голос сестры.<br />Хлопок отрезвляет, встряхивает за шкирку, и все, о чем я думал до того, отступает куда-то на второй план. Хлопок из комнаты Ним, с шага я перехожу на бег, и у ее дверей оказываюсь первым. Сестра сидит на полу, а вокруг нее мелкие щепки. Она медленно оборачивается, когда я кидаюсь к ней. Осматриваю лицо, ладони.<br />- Ты не поранилась?<br />Крови я не вижу, а вижу резную ручку от волшебной палочки Ним, пошедшую трещиной, и соображаю, обломки чего разлетелись кругом.<br />- Твоя волшебная палочка? Но как она?...<br />И я обнимаю Ним, отвернув ее к себе. Помогаю подняться с пола и увожу дальше, в спальню, чтобы усадить в мягкое кресло. Все это напоминает мне другой день. Когда я так же обнимал Ним, отвернув ее лицо от страшной картины, и уводил туда, где спокойно. С моей сестренкой случилась беда.<br />Звоню в колокольчик и прошу эльфа принести нам две чашки какао, сажусь рядом с Ним с ногами на кресло и обнимаю ее, протягивая одну из чашек. Двое Розье, у обоих случилось что-то. И если у меня все понятно, то с сестрой пока не понятно ничего. Взъерошенные, растерянные, уже почти совсем взрослые, но еще как будто бы дети. Ним обнимает меня тоже и говорит, что это ничкго, она ожидала.<br />- Расскажи мне, что случилось? Все расскажи.<br />И я слушаю о магии, с которой Ним не сумела совладать.<br />- Я так понимаю, поездка в Косой переулок за новой не решит проблему?<br />Ним нужно возвращаться в школу, учиться, да и просто жить в мире волшебства, где все решается магией. Сквибы не могут использовать волшебство, у них нет вот этой искорки магии внутри. внутри моей сестры пылает пламя.&#160; <br />- Мы можем попробовать, вдруг, нужна новая палочка, более мощная сердцевина, дерево-проводник? Если объяснить все Олливандеру, он может подобрать нужное сочетание.<br />Но мне кажется, что в лавке Олливандера не окажется палочки, которая выберет Нимуэ Розье. Ее уже выбрала магия, решив, что больше ничего не нужно. <br />- Как ты сейчас себя чувствуешь? Что чувствуешь? Что за день сегодня…<br />Запускаю пальцы в волосы и ерошу из, наклонив голову вниз, встряхиваюсь, пытаюсь заставить себя думать.<br />«Ты что, перечитал французских романов, Розье?»<br />Я не читал романов, но читал о беспалочковой магии, разве что, в Британии эта магия не очень распространена. Волшебники, умеющие обходиться без палочки, здесь нечастые гости. Ним смотрит и вдруг задает вопрос про Рин. Я молчу, набрав в легкие воздух. Это непросто, сказать, констатировать случившееся. <br />- Мы расстались с Рин. Она… оказалось, что мы по-разному видим…<br />Нас. Это самое главное. Она быстро нашла альтернативу, которая не задает глупых вопросов из романов, которых, конечно, не может быть в жизни.<br />- Но сейчас не об этом речь. Нам придется идти к отцу, потому что мы вряд ли решим это сами. Если даже посох, как ты говоришь… Ты сейчас чувствуешь ее? Можешь вспомнить, что ты делала, когда палочка взорвалась в руках? Попробуй, самое простое заклинание? Вингардиум левиоса? Вот та подушка, пусть она взлетит?<br />И не на воздух – думаю я про себя. Но получить ворох перьев, если что, не так страшно, как осколки какой-нибудь вазы по сторонам.<br />- Но не сегодня. Давай-ка сегодня спать? Нужно отдохнуть. И, знаешь, сегодня с меня истории. Ты знаешь легенды, ну а я…<br />Эльфы заберут какао, соберут осколки и сложат в коробочку, которая будет ждать нас на столике. А я разберу постель сестры и уложу ее в ворох одеял, как она любит.<br />- О чем ты хочешь историю?<br />Оле Розье совершенно не способен сейчас сочинять, но он очень сильно постарается. Но Ним не просит историй, а тянет меня под одеяло. Мы так и засыпаем, как маленькие, рядом, и я понимаю, что перспектива сегодня вернуться в мои комнаты вообще-то пугает меня до чертиков. Вещи Рин, все лежит так, как и осталось, наш блокнот, ее расческа, много мелочей. Я справлюсь с этим, но сегодня сталкиваться со всем этим снова – я не выдержу. Я зажмуриваю глаза и обнимаю сестру, а она обнимает меня.<br />- Мы справимся со всем этим.<br />А иного выхода у нас и нет.<br />Новость отца интригует, но он тоже не знает, как поступить. Первое решение – пока ситуация с магией у Ним не нормализуется, никто не должен ни о чем знать. Большой и страшный секрет, дочь, и не может пользоваться магией, люди же засмеют. Если я раньше думал, что Ним для отца – исключение из правил, то теперь осознаю, что исключений для него нет. Пока отец думает, как решить возникший вопрос, мы думаем, что делать нам. Магия для Ним пока запретна, потому что может вновь выйти из-под контроля. А меня душат стены, в своих комнатах я только переодеваюсь с утра, и не могу заставить себя вернуться. Зато вчерашняя подушка попадается мне на глаза, подхватываю ее и зову Ним на прогулку. Мы выходим в сад, проходим в парк и останавливаемся в месте, которое не будет видно ни из одной точки замка. Выставляю подушку вперед.<br />- Попробуем, Ним? Я подкину подушку, а ты попробуй поймать. Без палочки. На счет три.<br />На счет три меня обдает облаком белых перьев, и Ним этому не рада. Работы у нас будет много.<br />- Давай не так. Перо. Пусть одно перо взлетит. – И я улыбаюсь, отряхивая перья с одежды. – У нас много попыток, и нам некуда спешить.<br />Целую Ним в щеку и выбираю перышко, на котором предлагаю сконцентрировать внимание. <br />- Здесь нужно совсем немного. Один, два, три?</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Wed, 21 Oct 2020 23:54:08 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57111#p57111 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57103#p57103 <p>Вы стоите на стене, говоря о путях. Ты смеёшься, называя мальчишку Старком – северным, упрямым, который умеет смотреть только прямо вперёд, - а вокруг столько путей. Для него. Ты пытаешься это ему показать.<br />Ты пытаешься это ему показать, закрыв его глаза своими ладонями. Он не прав, когда говорит о пользе, где его ждали и нет. И ты знаешь, что все на самом деле не так. Ты смотришь на него и думаешь, что на стене есть люди, которые здесь по ошибке, потому что их вынудили, заставив верить, что больше дорог нет. Здесь есть Джон.<br />- Видишь? И полезным можно быть где угодно. Лучше там, где ты сам будешь счастливым. Где ты будешь счастлив, Старк? Расскажи мне, - стоя рядом, убирая ладони. – И мальчишек много, но Джон Сноу один, и что бы ему не говорили раньше, он может выбирать. Мне кажется, тебе стоит это запомнить.<br />Мальчишке стоит запомнить это, забыв то, что говорили раньше. Тогда он сможет выбраться со стены, от которой как будто исходит безысходность. Качаешь головой, наматывая на палец кудряшку Джона, натягивая. <br />- Нет, вступая на один путь, ты всегда можешь вернуться к другому. И как ты узнаешь, кто ждет тебя, если ты не пойдёшь вперёд? И уж поверь мне, стена точно от тебя не убежит. Она – это последний вариант и путь, - дергаешь прядь волос и отпускаешь. – Так скажи мне, куда ты пойдёшь, Джон? Только ты сам можешь дать себе надежду, но как по мне – у тебя есть не надежда, а будущее, от которого ты пытаешься отказаться здесь.<br />Прищуриваешься, наблюдая за ним. Ты хочешь, чтобы он тебя услышал и понял, что его жизнь ждет его не здесь. Ты возвращаешь ему плащ, но идёшь в комплекте с ним. Обнимаешь мальчишку, когда он спрашивает, что даёт вам, дорнийцам, жизнь. Ты смеёшься, откидывая голову назад.<br />- Ничто, Джон, она уже в нас. И в тебе тоже. Просто не стоит бояться жить, даже если тебе внушали, что у тебя на это нет права. Есть. От рождения, - мальчишка тёплый.Мальчишка тёплый, эти северяне, кажется, всегда сохраняют тепло, и дело не в тёплых плащах, а в иммунитете к холоду, который с ними с рождения. Но Джон не из них, он просто кажется уютным, и дело здесь не в привычке к морозу. Ты смеёшься, шутя о плащах и свадьбах, говоря, что это совсем не твоё. Но мальчишка не согласен, возвращает тебе твои слова, а ты вспоминаешь о том, что он чудесно смущается, и решаешь попробовать добавить красок к его щекам и бросить вызов и ему, и стене, на которой вы стоите.<br />- Тогда докажи, что эта история самая правильная, а она лежит далеко не здесь, не на этой ледяной махине, - пальцами узоры.<br />Пальцами узоры по его спине. Хотелось бы пробраться под ткань, ощутить кожу, но ты чувствуешь, что мальчишка может слишком сильно смутиться и сбиться с толку, всему своё время. Вы говорите о доме, ты слушаешь и улыбаешься – мальчишка любит эту землю, говорит, что любит замок.<br />- Любить можно, но то, что ты любишь, не обязательно дом. Дом – это место, где ты свободен, и ты его найдёшь. Или построишь свой. На этой земле, если захочешь. Но главное, в нем будут не стены, а люди, к которым ты захочешь вернуться, которые будут поддерживать и любить тебя, никогда не покидая, это и есть дом, - узоры по шее пальцами,  не убирая рук, пока капюшоны защищают от ветра. – Но это все еще на других путях, не здесь. Здесь никогда не будет дома, Джон. А где-то он тебя ждет.<br />Мальчишка, хоть и упрямый… волк, но умный, ты видишь это, поэтому ему нужно дать время подумать над всем услышанным. Пока он провожает тебя в комнаты, ты втаскиваешь его внутрь, слыша о том, что стена – место преступников, сам знает, ты молчишь, лишь прищуриваешься, думая о том, что картина в его голове должна сложиться. Просишь помочь с тяжелой одеждой, чтобы выйти в привычном тебе платье. На щеках Джона румянец, ему идёт, думаешь ты. И он очень хороший мальчишка, который собрался охранять, когда охрана и так у дверей, но тебе совершенно не хочется, чтобы он уходил.<br />Тебе совершенно не хочется, чтобы он уходил. Ты ставишь на ковёр вино и фрукты, садишься и целуешь белого волка в нос.<br />- Он же милый, - подмигивая Призраку. – И я ему доверяю. Как и тебе. <br />Подмигивая волку, который тоже с вами, а его человек говорит, что вино сегодня ему не положено. Ты прищуриваешься, делаешь глоток, тянешься к нему и целуешь. <br />- В любом виде не положено, м? Или только в бокале? – играешь.<br />Играешь, думая, что смущение – это что-то новое и очень милое, а потом знакомишь Джона Сноу с фруктами, привезёнными с собой. Ему нравятся названия, а еще его интересует звук – показываешь браслет, не закрывая его после тканью, а рука тянется за другим фруктом.<br />- Глаз дракона. Попробуй один хотя бы, они сладкие, - чистишь и протягиваешь ему, но не даёшь в руки, к губам. — Да, как будто давным давно знакомы…<br />Как будто давным давно, думаешь ты, и не понятно, при чем здесь стена. Он ведёт рукой по браслетам и по коже, но после ее убирает.<br />- Джон, не стоит убирать руки, если не просят это делать, знаешь? – прищурившись.<br />Прищурившись, слышишь вопрос о доме. Ты любишь Дорн, это лучшее место в мире, но важно даже не это.<br />- Первое, что я думаю? Отец и сёстры, семья, мои люди, которые каждый день выходят на рыночную площадь, - в первую очередь дом – это люди.<br />Дом – это люди, ты говорила ему. И Дорн – это дом не из-за пустыни и фруктов, а из-за большой и маленькой семьи. Маленькая – Мартеллы, большая – все дорнийцы, какими бы они не были, вы всегда умели решать проблемы внутри своей земли. И ты рассказываешь.<br />И ты рассказываешь о людях, о пустыне, воде, как в ней живут, о портах и торговцах, знакомя мальчишку с твоей землей. Но пора спать.<br />Пора спать, ты тянешь мальчишку к постели, говоря, что места вам хватит обоим, а еще вместе теплее. Он шутит про еду в ответ, а ты пользуешься замешательством и накидываешь на вас одеяло. Улыбаешься довольно, смотря на него, а мальчишка говорит о службе и о том, что обетов пока нет. <br />- А с какой мыслью ты уйдёшь со стены без своих клятв? С какой мыслью ты уйдёшь к дому? – проводишь пальцами по его ключицам. – Уже уважаю, Старк. Знаешь, мало кто будет лежать в одной постели с девушкой и… просто охранять ее. Даже если девушка предпочла бы совсем другой вариант. <br />Волк прыгает к вам на кровать, внимательно смотрит, а потом решает спать рядом, ты смеёшься, слыша его критику в адрес охраны.<br />- Но мне нравится, как ты охраняешь, охранник лучший. И будет нравиться еще больше… поцелуй меня? – наматывая на пальцы пряди его волос и ощущая губы на губах.<br />Поцелуй на губах, после ты выводишь узоры, забираясь ладонью под ткань рубашки, чувствуя на кончиках пальцев тепло. И наблюдаешь за его реакцией, а потом тянешься, прикусывая кожу на его шее, мальчишка вспоминает про обещание не есть его. Ты правда обещала. <br />Ты правда обещала, но вкладывала в это совсем другой смысл. Интересно, понимает ли это Джон? Прищуриваешься.<br />- Да, обещала, но попытки тебя съесть могли бы быть увлекательными, - целуешь в щеку.<br />Целуешь в щеку, продолжая узоры на его коже, то поднимаясь вверх, то спускаясь ниже, думая, остановит ли он руку. И под ладонью чувствуешь напряжение, как только говоришь о его матери.<br />-В дорне многие знают эту историю, скажи, когда захочешь, чтобы я рассказала…<br /> Мальчишка хочет поговорить о ней потом. Киваешь головкой, обещая, что сейчас ничего не скажешь. И с узорами по коже вы засыпаете.<br />Засыпаете. Утром ты просыпаешься и, открыв глаза раньше Джона, решаешь сделать вид, что спишь дальше. Улыбаешься, думая о том, что твоё платье где-то на полу, там же рубашка Джона, и, если бы кто-то не был северным, все могло бы быть интереснее, но… Джон – Старк, и это даже мило.<br />Мило, думаешь ты, чувствуя, как мальчишка просыпается – пальцы подрагивают, касаясь кожи, потом почти неуловимое движение. Ты наблюдаешь. <br />Ты наблюдаешь, хотя скорее чувствуешь – глаза открывать нельзя. Касания по коже, улыбаешься. Мальчишка разгадывает твой обман, ты тихо смеёшься.<br />- Наблюдательный, - приподнимаешься и целуешь его легко.<br />Целуешь его легко, а он краснеет и начинает поднимать одеяло, а ты смеёшься, наоборот, скидывая его.<br />- В комнате тепло… или ты накрываешь меня потому, что знаешь, что я вижу, что ты смотришь? – смеёшься и целуешь его еще раз. <br />Целуешь его еще раз. Ты никогда не стеснялась собственного тела, и в комнате тепло от камина, поэтому одеяло – совсем не обязательный атрибут.<br />- Но вот как это произошло… - ты указываешь на себя, - вопрос. И почему в этом случае на тебе так много одежды, тоже.<br />Тоже, только рубашка на полу. Смеёшься, устраиваясь удобнее в кольце рук, выводя по его плечам и ключицам узоры, когда он говорит о распорядке и планах.<br />- Смотря что назвать распорядком. Мне кажется, мы четко следуем ему, - пожимаешь плечами. – Он гибкий. <br />Оставляешь поцелуй на его шее, что-то напеваешь и, протянув руку, тянешь его за прядку к себе. <br />- Поцелуй меня, - уже не вопрос.<br />Уже не вопрос, но традиция с прошлого вечера, путаешься пальцами в его волосах, притягивая к себе. <br />- Без снов. А тебе что снилось, мм? Нет, за стену позже, сначала я собираюсь сходить с тобой в ваши богорощи, хоть за стеной, хоть после нее, мне нравятся эти деревья, - встаёшь.<br />Встаёшь и думаешь, что мальчишка все же совершенно чудесно краснеет, наклоняешься к нему и смеёшься.<br />- А еще, говорят, где-то есть горячие источники… я бы с удовольствием отдохнула там, - начинаешь одеваться в тяжелые одежды.<br />Тяжелые одежды, когда с ними закончено, наклоняешься к Призраку и целуешь его в нос, тоже доброе утро.<br />- Завтрак мы проспали, пойдёмте, найдём что-то по пути.<br />Но выходите вы не сразу, Джон признаётся в том, что бантик исчез по его вине, а ты снова хохочешь, подходишь к нему и обнимаешь.<br />- Так ты обманул меня, м… - прищурившись, смотришь в глаза. – Все должно быть честно, знаешь? На тебе правда было слишком много одежды, а все остальное пустяк.<br />Подумаешь, бантик, берёшь его за руку и тянешь из комнаты, по пути переговариваете с Обарой, которая уже тренируется с дозорными, а ты им даже сочувствуешь. Но недолго, ведь намного важнее планы. <br />Планы. По пути перекусив, вы отправляетесь к красным деревьям, красиво, думаешь ты, ходя мимо, касаясь ладонями белых стволов. Мальчишка рассказывает истории, северные и мрачные, ты слушаешь. Магия здесь дышит.<br />- Но вы, северяне, совсем не умеете молиться, знаешь? – пожимаешь плечами.<br />Пожимаешь плечами, думая о том, что, к сожалению, сейчас мало кто знает, что лучшая молитва – это жить, а не стоять на коленях и говорить. Но ты научишь…<br />Научишь мальчишку, думаешь ты, берёшь в руки горсть снега и, не слепив снежок, кидаешь в него. Следующим уже летит слепленный шар из снега, а второй волку, который начинает играть в снегу и ты смеёшься.<br />Смеёшься в их святилище, северном, холодном, красном, чёрном и белом, но тебе нравится. Теперь это похоже на то, что должно быть. Вы любите жизнь. Убегаешь от мальчишки, закидывая его снегом, пока не сталкиваетесь с ним, падая. А волк подпрыгивает и сбивает снежную шапку с веток, прямо на вас, смешно отряхивается, и ты смеёшься.<br />- Выиграл Призрак, - тянешься и целуешь волка в нос. – Самый хороший волк, мм.<br />А потом возвращаешься на место, удобно устраиваясь на Джоне, смотришь на него, прищурив глаза.<br />- Вот это и есть молиться, ммм… - касаешься ладонью его лица и встаёшь.<br />Встаёшь, тянешь его за руку – на земле холодно, и снег тоже не тёплый уж точно. Отряхиваешь вас, смотришь еще раз на деревья, и замечаешь, что уже начинает темнеть.<br />Начинает темнеть, а пока вы доходите до стены, по пути гуляя и играя с волком, совсем темно. Ты тащишь Джона в комнату Обары, где собираются все свои, наливаешь ему вина под многозначительное «Значит, Джон» от сестры, после посиделок берёшь его за руку и ведёшь в те комнаты, которые выделены тебе.<br />- Ты же собираешься меня мм… охранять? – смеёшься.<br />Смеёшься, закрывая дверь на щеколды. Призрак разваливается на ковре у камина, зевая, засыпая. А ты переодеваешься в легкое платье, но не завязываешь бантики на плечах, а идёшь к Джону, придерживая их.<br />Придерживая их, просишь помочь, вручая завязки ему, внимательно наблюдая за мальчишкой. Мальчишка отпускает ленты, ткань падает к ногам, ты улыбаешься и делаешь шаг к нему, оставляя позади платье на полу.<br />- Но ты же помнишь, что тогда все должно быть честно, мм? – тянешь руки, снимая с него всю одежду.<br />Снимая с него одежду, касаешься кожи, где-то задерживая прикосновение, а потом берёшь за руку и тянешь в сторону постели.<br />- Хочешь, я тебя поцелую, мм? – но мальчишка целует сам.<br />Целует сам, ты обнимаешь его, прижимая к себе, чувствуя кожей, скользишь руками, когда поцелуй заканчивается. Но ты целуешь еще раз, и дорожка поцелуев вниз, по шее и ключице, ниже, в поцелуях время теряется.<br />Время теряется, а просыпаешься ты снова раньше, смотришь на Джона, который мирно спит, выбираешься из кольца его рук, укрывая. Есть дело… мальчишка твой, он не принадлежит стене и чёрному.<br />Чёрному, которого так много на его одежде. А у тебя есть пуговицы-солнца и кусок бархата. Шить ты не любишь, как твоя сестра, но умеешь – отец настаивал, чтобы вы учились всему, вам нравилось. Первыми на одежде мальчишки меняются пуговицы. Дальше манжеты. Волк приоткрывает глаза, подбирается к тебе и кладёт морду на колени.<br />- Проснулся? Доброе утро, - целуешь его в нос.<br />Целуешь его в нос, он даёт тебе мысль. По синему бархату контуром вышиваешь серебряного волка, который бежит, и быстро заполняешь стежками, не самая тонкая техника, зато быстро. Серебро по синему – красиво, думаешь ты. Призрак лениво наблюдает. Закончив, ты проводишь ладонью по белой шерсти, думая, что вот кто самый милый… носик. И смеёшься этой мысли.<br />- Да, ты – милый носик, - перебираешь шерсть.<br />Перебираешь шерсть, откладывая иголку, думаешь о том, что скоро вы все поедете домой. Но пока еще есть дни, чтобы познакомиться с севером тебе, а им попрощаться. </p> <p> <br /> <br /> <br />Дни на севере заканчиваются, пора плыть на самый юг, пора возвращаться домой. И ты этому рада, там семья.<br />Там семья, солнце и пустыня, там то, что для тебя близкое и родное. На корабле ты напеваешь старую колыбельную, держа Джона за руку, думая, что и он возвращается домой, даже если этого дома не знал до этого. Там никого не будет интересовать…<br />Там никого не будет интересовать, что его родители не были женаты. В твоём мире смотрят на то, какой человек сам. А Джон Сноу хороший мальчишка, пусть и… очень северный.<br />Очень северный мальчишка едет на юг. Дом. <br />Дом, по которому ты скучаешь, где вся твоя семья, которую ты безумно любишь. Которая станет семьей Джону, думаешь ты, когда вы стоите на палубе под одним плащом, когда Обара снова растягивает себе под нос «Значит, Джон». Ты закатываешь глаза.<br />Закатываешь глаза, не реагируя на сестру, но быстро реагируя на слова капитана о том, какие каюты за пассажирами, хватаешь мальчишку и скрываешься с ним и волками за одной из дверей, закрывая ее на задвижку. Смеёшься, смотря на него.<br />- Или ты хотел ночевать с Сэмом или… Обарой? Или Деймоном? Знаешь, он ммм… спал с моим отцом, так что мальчишки его очень даже интересуют, а тебя он признаёт миленьким,  –  шутишь, но при этом говоришь правду, желая смутить мальчишку, треплешь по волосам.<br />Треплешь по волосам, а потом волков по шерсти. Они сворачиваются клубком и не очень доверяют всей конструкции корабля, но быстро привыкают к ней, тем более их люди рядом. Скидываешь плащ – в каютах тепло.<br />Тепло, как и везде и во всем, что принадлежит Дорну. А скоро станет жарко, пустыня, ее жар поглощают все. Ты с сомнением смотришь на одежду Джона.<br />Ты с сомнением смотришь на одежду Джона, зная, что даже самая тонкая шерсть в пустыне – это убийство.  В один из дней в дороге ты зовёшь к вам Деймона с комплектом его одежды, а с ним приходят остальные. Видимо, поглазеть на то, что происходит. <br />Происходит то, что одежда Сэнда Джону мала – свободное движение плечами, и треснет по швам. Ты качаешь головой, а потом все смеются над словами Сэма. Смех над собой – дар, друг мальчишки им обладает, главное, что все веселятся беззлобно. Обара продолжает шутить, но уже над Деймоном, намекая на его успехи где-то… и на неудачи, связанные с нехваткой времени на другую активность. Ты смеёшься, открывая голову назад, а Сэнд говорит, что зато он красивый. Новая волна смеха.<br />- Можешь стать некрасивым и не годным для покоев принцессы, если будешь забывать о других ммм… развлечениях, - сквозь смех. <br />Сквозь смех, когда они уходят, оставляя тебя и Джона одних в каюте с одеждой Деймона, которую ты попросила оставить. Шить ты не любитель, как Тиена, но иногда это необходимо. Каждая из вас умеет, даже Обара сможет что-то пришить, если ей будет нужно, и маленькая Лореза, хоть ей всего пять лет.   Джон обнимает тебя.<br />Джон обнимает тебя, улыбаешься, легко целуя его, когда он говорит, что старая одежда еще послужит. Мальчишка милый, а ты смеёшься тихо, когда слышишь о комплиментах от твоей сестры. <br />- Ты знаешь, как бывает холодно на севере за стеной, так, что без плащей не обойтись даже вам, тем, кто пытается геройствовать и ходить без капюшона, - читай как просто северянам, дома вы ведёте себя точно также. – Настолько же жарко на юге, где пустыня сжигает все, что плохо укрыто. И даже самая тонкая шерсть не подойдёт.<br />Целуешь его в нос и смеёшься, проводя ладонями по плечам, ключицам, рукам. Думая, что синий шёлк у тебя тоже есть, платок с вышивкой золотом, который можно пустить на вставки. Одежда как раз синяя, Деймон предпочитает другие цвета – оранжевые. <br />- Раздевайся немедленно, - делая шаг назад и беря в руки ленту. <br />Делая шаг назад и беря в руки ленту, которую  крутишь между пальцами нетерпеливо, когда Джон зависает.<br />- Ну же! Я не могу ждать, - пока есть мысль.<br />Пока есть мысль, как быстро и аккуратно сделать вставки. Джон краснеет, стягивая одежду, это мило, но сегодня ты подходишь, быстро снимаешь мерки лентой, что-то говоришь сама себе, но объятия отвлекают, и он прав – без ткани можно обойтись.<br />Можно обойтись касаниями и поцелуями и пробыть в каюте до вечера, лишь потом выйти на палубу. Еще прохладно. Костюм перешит, но все еще север. <br />Север кругом, но теплеет медленно, а друг Джона в самом начале плавания приобретает зелёный оттенок, за что получает беззлобные подтрунивания от Обары и флягу с водой.  Мальчишка рядом, они давно разговаривают, думаешь ты, но ты пришла на важную для тебя часть – он говорит о том, что впереди много путей. Довольно улыбаешься.<br />Довольно улыбаешься, подходя к нему со спины, обнимая и слыша другую часть фразы, которая тебе не очень нравится – Джон должен научиться понимать, что он замечательный, и ценят его именно за это.<br />- И этого более чем достаточно, - привстаешь на носочки и целуешь его в щеку.<br />Целуешь его в щеку, говорите втроём, а волки гуляют по палубе – дышат, прежде чем снова уйти в каюту и свернуться пушистыми клубочками. Им не хватает земли.<br />Им не хватает земли, но скоро станет жарко, зато ночи в пустыне холодные, пространства много, а в Копье вы сможете обеспечить холод и тень ставнями и каменными полами и стенами, фонтанами внутри комнат. В замке всегда прохладно.<br />В замке всегда прохладно, ваши архитекторы знают, как строить, думаешь ты, но сначала надо будет добраться до него. Уходите к себе, когда темнеет. Целуешь волков, подобравшихся ближе к постели, в носы, они сонно сворачиваются клубком, а затем гасишь последнюю свечу. Обнимаешь мальчишку, вырисовывая рисунок на его плече, утыкаешься носом ему в шею и целуешь. А Джон говорит.<br />А Джон говорит о вещах, дорогах, но главное о том, что любит. Ты улыбаешься, меняя положение и нависая над мальчишкой в полной темноте. Он предлагает то, что для вас, дорнийцев, совсем не важно, в отличие от северян – брак. <br />- Люблю тебя, - касаешься губами его губ.<br />Касаешься губами его губ, теряя время, но знаешь, что Джон – мальчишка северный, он не оставит второй вопрос. <br />- Ты – мой северный мальчика, у нас одна дорога, - еще один поцелуй. – Но остальное позже, в своё время… мы еще поговорим об этом.<br />Целуешь его, в этот раз не разрывая поцелуй для слов, иногда они совсем не важны. В Дорне, думаешь ты, совсем не важен поход в септу, тем более тем, кто свободен от многого, а вы свободны, ведь снега и песка в этом мире так много, но только в Дорне те, кто носят в своих именах их, не ограничены ничем. Улыбаешься.<br />Улыбаешься, когда путь подходит к концу, помогая Джону с его новым костюмом. Смеёшься, обходя вокруг него.<br />- Да, женский костюм ты пока освоил лучше, чем мужской, - обнимая его.<br />Обнимая его, мальчишке идёт шёлк, пусть ему и не привычно. И по темно-синему шёлку также белый волк, тебе нравится. Вы специально пришвартовываетесь вечером, чтобы волкам было комфортно идти до замка. Люди вокруг смеются, веселятся, а под ногами песок. Ты улыбаешься, чувствуя запах специй и вина, фруктов, слыша звон. И тянешь Джона за руку к Солнечному копью, Обара уже ушла вперёд.<br />- Завтра мы сходим на праздник, каждый вечер люди собираются, -  в зале вас ждут.<br />В зале вас ждут, вы быстро объясняете, кто люди, которые с вами, но самых маленьких членов семьи больше интересуют волки, которые стоят рядом. Но пока они просто посматривают на них, а Лореза говорит, что они милые, прежде чем с разбега прыгнуть на руки к Джону. Твоя сестра, думаешь ты, и смеёшься.<br />- Значит, Джон, - говорит отец, полностью повторяя слова Обары, обводя мальчишку взглядом с ног до головы и бьет его по плечу.<br />Бьет его по плечу, а ты прищуриваешься, зная, что может быть дальше. Отец очень любит пошутить.<br />- Если будет пугать тестом отца не бойся, все заканчивается только вином. Но лучше не пей, - шепотом на ухо.<br />Шепотом на ухо мальчишке, опуская руки на головы волков, почесывая шерсть. Много запахов, людей, всего. Им тяжело.<br />- Я отведу их в наши комнаты, а завтра вы все познакомитесь, хорошо? – детям.<br />Детям, которые тут же вешаются на новоприбывших, когда ты уходишь на десять минут с волками, чтобы оставить их в тихой комнате. Им надо привыкнуть к атмосфере, запахам и звукам, а потом оказаться в кругу людей. Возвращаешься, улыбаясь, в зал с подушками, девушки приносят вино, а отец протягивает огромный кубок Джону с явным дорнийским «ну ты меня уважаешь?», от которого не в одном кабаке теневого городка периодически начинаются драки. Но это дом. Тут другой оттенок, но не менее интересно наблюдать. Обнимаешь Элию, проходящую мимо, что-то шепчешь ей, когда вы обе идёте к подушкам и остальной семье.<br /> <br /> <br /> </p> <p>Север снова вокруг. Снега, меха, тяжелые плащи. Что касается одежды, то ты бы, без сомнений предпочла легкий шёлк. Что касается края — дом. Но это место —часть джона, уже только за это ты любишь север, но далеко не всех людей, которые здесь есть. <br />Далеко не всех людей, которые здесь есть.  Мачеха Джона, которая отыгрывалась на мальчишке, потому что не могла ничего сказать мужу, не вызывает ничего, кроме возмущения и недобрых чувств. Сильная, казалось бы, женщина, но разве может сильный человек злиться на невиновного ни в чем ребёнка? А его брат? Который не пытался остановить и не пустить на стену, хотя прекрасно понимал, что это — похороны заживо? Но он хотя бы рад Джону. Но ты любишь почти сразу младших братьев, которые искренне рады. Их не испортил мир и догмы матери. Малыши.<br />Малыши, хоть один уже прикован к постели, словно старик. Но любопытный, внимательный мальчишка не теряет надежды и хочет много знать. Ваша дорога снова привела вас на Север, в их дом, замок, который не стал Джону домом.<br />Не стал Джону домом, поэтому он оказался в ужасном месте – чёрном замке. Хорошо, что ваши дороги рано стали одной. Все, как и говорит Джон, было бы именно так – рано или поздно, но хорошо, что как можно раньше это случилось.<br />Случилось, и ты, думая об этом, смотришь в окно старой комнаты Джона. Север, снега и красные деревья, которые тебе нравятся. Красные с белым.<br />Красные с белым, а Джон говорит, что что-то в жизни не выбирают, что он их всех любит и рад. Ты фыркаешь, думаю о том, что мальчишка до невозможности хороший.<br />— Северный мальчишка, — опираешься на него спиной. <br />Опираешься на него спиной, думая, что нельзя вазе всегда прощать, но это его семья, поэтому решаешь промолчать. <br />Промолчать, пока думаешь дальше о том, что здесь время застыло, но здесь есть что-то особенное — старое и древнее. Мальчишка спрашивает, ты молчишь, чувствуя, как он распускает ленты, волосы падают по плечам. Улыбаешься.<br />Улыбаешься, это для не важно, все эти правила и традиции, которые совсем не нужны в твоей стране. Но что изменится? Ничто. Ты его любишь.<br />— Да, — улыбаешься, — и мы привезём с собой северное дерево. Часть твоего старого дома будет в новом.<br />Ленты падают на пол, мальчишка говорит, что любит тебя, а ты шепчешь эти слова в ответ, целуя его. Все остальное ждёт до утра.<br />Утро на севере начинается с первых  лучей морозного солнца. Здесь светлеет позже, но ты бы не отказалась от ставней, как дома. Но возможность наблюдать спящего Джона тебе безумно нравится. Наклоняешься и целуешь мальчишку.<br />— Как у Вас, на севере, относятся к опозданиям?  — щуришься.<br />Щуришься, и думаешь, что отдаётся относиться к этому хорошо, потому что ты пока не собираешься вставать. К середине завтрака вы выходите, все уже на месте. Целуешь младших мальчишек в щеки, улыбаешься Роббу и киваешь мачехе Джона — что бы не говорил последний, ты не намерена всех любить и прощать. Но они — его семья, нужно перемирие. Режешь яблочко на части, раздавая по долькам волкам и целуя их в носы, а мальчишкам под столом передаёшь кусочки лукума. Улыбаешься.<br />Улыбаешься, зная, что Джон хочет сказать семье, но все меняется с появлением мейстерзингерский с письмом. Мачеха Джона бледнеет, хмурится, а потом рассказывает новости из ее дома.<br />Новости из ее дома не из радостных, отваляй придётся умолчать. И хоть Кетлин Старк не вызывает в тебе симпатии, ты понимаешь: отец — святое. Джон ориентируется быстро.<br />Джон ориентируются быстро, понимая, что младшего мальчишку нужно увести. Вы уходите во двор с Риконом, отвлекая его и его волка игрой в снегу. Ты достаёшь еще лукум, рассказывая мальчишке историю и целуя его и Джона в носы.<br />— Вы же тоже волки, а всем волкам положен поцелуй в носик.<br />Мальчик быстро соглашается и смеётся. Подмигиваешь Джону и берёшь его за руку, когда мальчишка виснет с другой стороны на его другой руке. Он что-то рассказывает, когда приходит его мать. <br />Его мать не хочет забрать ребёнка, а хочет поговорить с Джоном. Ты думаешь, идти ли с ним, а потом переглядываешься с белым волком, и вы оба остаётесь с младшим мальчиком и чёрным волком играть. Ты веришь Призраку, а раз он чувствует, что с вашим мальчишкой все будет хорошо, значит, это истина.<br />Истина в том, что чтобы что-то понять, кому-то требуется что-то потерять. И если Джон подаёт все, обнимая мачеху в ответ, ты щуришься. Хорошо, что она поняла, плохо, что так поздно. Но ты едва заметно киваешь женщине, когда Джон походит к вам, снова целуешь Волков и мальчишек в носики, пока Рикон рассказывает, что все играли.<br />— Нам было весело, но в следующий раз мы будем играть в снежки вместе, — добавляешь ты.<br />Добавляешь ты, кутая мальчика в плащ, прежде чем его забирает мать. Потом обнимаешь Джона, накидываешь на него капюшон, как на стене.<br />— Морозоустойчивый Старк, — улыбаешься. — Братьям с тобой очень повезло.<br />Мальчишка тёплый, им всем повезло с Джоном, только поняли некоторые это слишком поздно. Что ж, повезло и с тем, что он им все простил. <br />— Добрый северный мальчишка. Даже слишком, — качаешь головой.<br />Качаешь головой, слушая его рассказ о разговоре с мачехой. Словами вину не загладишь. Но пусть… попробует. <br />— Это твоё место, соглашайся. Бран прикован к постели, Рикон — маленький волчонок, а тебя послушают. Не знаю, видишь ты или нет, но люди тебя любят, как бы ты не говорил, что ты не Старк, — это видно. — Ты — волк.<br />Целуешь в нос мальчишку, смеёшься, и, наклоняясь, набираешь горсть снега и кидаешь в него, убегая за дерево с красными листьями. <br /><br /></p> <p>Джон совершенно точно Старк, думаешь ты. И дело вовсе не в том, что он хлопает глазами или мило краснеет, а в том, что он совершенно не умеет лгать. Глаза, жесты, все выдает. В целом ты считаешь, что ему нужно научиться, но при этом рада, что он говорит правду.<br />Говорит правду, особенно семье. Но сейчас он молчит, глаза отводит, пытается перевести тему на что угодно, подчеркивая, что он не Старк. Ты закатываешь глаза, слушая его неразборчивое бурчание, и понимаешь, что случилось что-то серьезное.<br />- Да на тебе даже пробу негде ставить, - фыркаешь.<br />Фыраешь и щуришься. Точно серьезное, раз молчит, думает, не говорить. Но почему? С любыми новостями, - или почти любыми, - можно справиться. Главное сказать.<br />- Почему ты не хочешь говорить? - и этот вопрос беспокоит тебя больше всего.<br />И этот вопрос беспокоит тебя больше всего. Он пытается отвлечь, а ты начинаешь злиться, думая, что вот бы взять что-то и треснуть его. Но тогда точно не скажет... пока не очнется. Глубоко вздыхаешь и раздраженно смотришь.<br />- Старк, говори.<br />Устраиваешься сверху, прижимаешь его руки к постели, требуя. И предлагая сделку. Маленькую и такую важную для него, а для тебя ничего не меняющую, зато его северное сознание точно будет довольно.<br />Будет довольно, думаешь ты. Но оказывается, что у мальчишки из-за открывшейся информации совсем другой взгляд на мир, который не устраивает тебя. Ты возмущаешься, спрашивая, считает ли он, что, если бы все было наоборот, то решение должно было бы быть таким. Рычишь.<br />- Настоящий северный идиот! - идешь к выходу.<br />Идешь к выходу, думая о том, что Джон - глупый северный мальчишка, который все еще не понимает, где и что правильно, а где глупость, которую ему внушали с детства. Северный идиот спохватывается и бежит звать септона. Вот бы из вредности сказать нет, но потом у мальчишки вообще случится диссонанс, нужно немного умерить злость. Ты зла на него.<br />- Дерево! - точно глупый мальчишка.<br />Глупый мальчишка, который забыл про часть его дома, которая должна там быть.&#160; Соседство чардрева со статуями богов септону не нравится, не смотря на то, что он только проснулся, но он сдерживается, решая, что лучше все закончить быстро. Служитель веры спрашивает о согласии, вы рычите, церемония начинается.<br />Начинается, ты чувствуешь, как ладонь Джона сжимает руку, но не делаешь этого же в ответ - слишком зла, хотя ладонь не забираешь. Когда все закончено, возвращаетесь к себе, ты садишься рядом с Призраком и целуешь его в нос.<br />- Твой человек - самый глупый северный мальчишка, - получаешь в ответ укоризненное ур и тык носом.<br />Тык носом - поцелуй в нос, волк всегда знал, как смягчить все углы. И теперь, когда Джон больше не глупит, хочется помолчать и подумать о новостях, пережить их, теперь на это есть время. Касаешься кулона с солнцем и копьем, задумчиво гладишь Призрака по шерсти, и думаешь, что мир не такой, как кажется.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sun, 26 Jul 2020 19:05:38 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57103#p57103 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57102#p57102 <p>Если кто-то считает, что выходцы с Севера не переносят температуру чуть выше нуля, зеленые листья на деревьях и цветы на полях навевают на них тоску, а с наступлением холодов им больше ничего и не надо, кроме как выбраться на мороз и сидеть в сугробе, то они пали жертвой стереотипов о суровых северянах в мехах, неотесанных деревенщинах, застрявших в своих льдах и отморозивших там мозги. На самом деле Север учит не любить зиму, не наслаждаться морозом и не подставлять летящему снегу лицо. Север показывает, как важно сохранять тепло. Как важно поддерживать его у себя внутри и делиться им с другими. Север учит тому, что один человек не выживает, замерзает в снегах, не в силах в одиночку бороться со стихией. Но вместе люди сильнее, разбивают лагерь, собирают хворост, греются у огня. Одинокий волк умирает – говорили когда-то предки Старков. А стая живет.<br />И в нашей стае сейчас я, мама и Призрак. Другие Старки далеко, да и мама не станет просить помощи, она слишком гордая, и с обидами будет справляться сама. По крайней мере, пока. Пока ей хочется отсидеться в покое и не отвлекаться на телефонные звонки братьев. А еще ей хочется уберечь от публичных разбирательств меня. Был бы я совершеннолетний, было бы совсем другое дело. А теперь мама беспокоится, что, если отец захочет, он сумеет сделать так, чтобы нам жилось не так хорошо, как мы бы хотели. А я даже права голоса не буду иметь, если его юристы возьмутся за дело, скажем, попытаясь отсудить право опеки надо мной. Мама боится этого, хотя никогда не говорит. Но я вижу в ее долгих взглядах обеспокоенность, в ее участившихся касаниях обострившееся чувство беспокойства. И я тоже думаю, что мы, даже оборвав все связи, не можем быть уверенными в своей защищенности. Северяне прямолинейны и никогда не выигрывали в престолы. Но кроме Севера положиться нам не на кого.<br />Но мир не такой, как мы могли бы думать. Мама учила меня тому, что плохие люди на моем пути – лишь исключение, миру всегда нужно давать шанс, а не искать закономерность и рисовать картину одним цветом. Правда, мама не видела, что такой человек всегда был с ней рядом, или видела, но не хотела верить. Но вот сейчас совершенно случайно я толкаю дверь кафе, и мир открывается для меня с совсем другой стороны. Мир, где обнимают за плечи, целуют в носы и ведут согреться двух замерзших и, как ни крути, а таких одиноких детей. Детей, которые не умеют врать, но боятся раскрыться, потому что тогда этот мир может рухнуть, едва зародившись. И я молчу, осознавая, кто та женщина, проводившая меня в отдельную комнату для своих, и кто та девочка, что сидит в наушниках у окна. Я знаю их имена, а они мое нет. Мне это не нравится, но мне не хватает смелости раскрыться.<br />Я мнусь, не зная, что делать, а вот Призрака приглашать два раза не надо, и поцелуи в носик ему очень нравятся. Волк подает лапу, как будто сообщая, что не красотой единой, и моя сестра по отцу понимает намек. Я фыркаю под нос. Из нас двоих Призрак явно более общительный и компанейский.<br />- Если бы Призрак давал мне лапу по каждой команде, он был бы еще больше, чем сейчас. – Подхожу ближе, чешу волка и присматриваюсь к движению на шее Рейнис. – Но поцелуи в нос работают лучше, чем кусочек чего-то вкусного.<br />Призрак лакает теплое молоко, и до меня тоже доходит, что слова других о том, как мы замерзли и устали – неспроста. Дракончик соскальзывает в шерсть Призрака, и я рассматриваю его, удивляясь, и тяну руку.<br />- Можно?<br />Маленькое, но обещающее стать огромным существо, смотрит на меня красными огоньками глаз, и я думаю, что этим они похожи.<br />- Призрак малыш, но иногда тоже смотрит вот так, как будто знает больше, просто не может сказать. – Очень осторожно касаюсь спинки дракончика, он позволяет это прикосновение, но потом переключает внимание на волка. Взгляды красных глаз встречаются.<br />- Валар тоже совсем малыш, но станет намного больше. Драконы очень редкие, как вы встретились?<br />Мне кажется, что это именно тот самый вопрос. Дракона не покупают в зоомагазине, с ним сводит судьба. Так же как и с Призраком, мне кажется, здесь есть какая-то своя история.<br />Мы встретились с Призраком тогда, когда настало время, а Рейнис встретилась с драконом тогда, когда этот момент должен был наступить. И мы с Рейнис встретились тоже в самый верный момент? У нас было столько вариантов повстречаться, и столько же – никогда не пересечься, но произошло все вот так. Она говорит, что мне надо согреться и устраивает меня в кресле с ногами, мои ботинки ставит к огню, и я думаю, что бы она сделала, узнав, кого к ней привела ее мама? Мне начинает казаться, что я о чем-то не знаю. А Рейнис тоже спрашивает меня о волке. Рассказываю о том, как гостил у родственников на Севере, и как мы нашли там щенков. А вот дальше вопрос о ее маме… И я не знаю, что отвечать.<br />- Валар не хочет расти, ему нравится лежать ожерельем на шее?<br />Я улыбаюсь, глядя на то, как дракон и лютоволк, свернувшись в черно-белый клубок, мирно засыпают. Свирепые представители своих видов, прошедшие сквозь века. Рейнис дает мне чашку глинтвейна, но решает, что этот напиток не пойдет, не успеваю ничего возразить – она выбегает и возвращается с чашками, от которых пахнет иначе. Опускаю глаза и грею руки о чашку.<br />- Спасибо, но, правда, не стоило, мы согреемся, и пойдем.<br />Хотя и будет ужасно жаль расставаться, только познакомившись. Я смотрю, как Рейнис делает глоток из чашки, наклоняя голову, и на ее волосах бликует неяркий свет. Она очень красивая. <br />- Ты очень красивая. <br />Говорю я и прячусь за чашкой с глинтвейном. Горячее вино и специи, солнечные дорнийские фрукты. Тепло разливается внутри, заставляя думать медленнее, а тело – держаться расслабленнее. Мне совсем не хочется ограничивать себя в словах, но страх еще со мной. Глинтвейн здесь не помощник.<br />- Очень вкусно! И пирог я такой даже нигде не видел. Если мы не увидимся, передай, пожалуйста, леди Ланнистер огромное спасибо, за все.<br />Мы засиделись. Но истории рассказываем, как старые знакомые, которые давно не виделись, и спешат пересказать все, что каждый пропустил за время своего отсутствия. Рейнис то и дело кидает взгляд на экран телефона, и в какой-то момент переворачивает, протягивает его мне, и я скольжу взглядом по строчкам.<br />Я не сразу понимаю, что столько символов, больших букв, восклицательных знаков – все это про меня. А еще – что мое молчание о том, кто я есть, оказалось ненужным. Я возвращаю ей телефон, мучительно краснея.<br />- Джон… Все близкие зовут меня Джоном, только отец и бабушка не делают так. – если это я выдал на автомате, то остальная информация как раз успела улечься за это время. – Но мы думали, что вы не хотите общения! Отец так говорил…<br />Отец много чего говорил, когда хотел, и, как мы знаем, не всегда говорил нам с мамой правду. Интересно, вообще, какая часть его слов в итоге правдива?<br />- Я очень боялся, что, узнав, кто я, ты не захочешь больше со мной…<br />А она говорит про какие-то бумаги, про которые я могу лишь хлопнуть глазами, когда вдруг дверь распахивается и грохает об стену, и в комнату влетает ураган, который сметает меня в объятие, отпускает и выливает целый поток слов. Я лишь хлопаю глазами снова и снова, улыбаюсь, видя, что брат рад мне, оборачиваюсь на Рейнис, которая отошла куда-то в сторону, и я делаю шаг к ней, тяну брата, которого тоже раньше ни разу не видел, обнимаю их обоих и негромко выговариваю:<br />- Простите. Я ничего не знал. И вы тоже не знали. Моя мама всегда хотела, чтобы мы общались, только верила в то, что ваша мама против, и…<br />И в итоге мы: я, Рейнис, Эйгон, Валар и Призрак, сидим впятером и забываем про время. А, когда часы попадаются на глаза, я хватаюсь за голову.<br />- Мама меня наверняка потеряла. Надо идти, а то последний поезд в метро…<br />Но мы поедем не на метро. Рейнис за рулем, мы с Эйгоном едем на заднем сидении (кажется, брат так впечатлен, что просто не готов меня отпустить, восклицательные знаки были не просто так), а впереди Призрак. Правда, выясняется, что водит Рейнис… Быстро.<br />- Ты поэтому не захотел вперед? – Наклоняюсь к Эйгону и смеюсь, когда вижу, как счастливый Призрак высовывает мордочку в открываемое Рейнис окно, и ничего, что зима.<br />Что-то горячее касается моей руки. Вздрагиваю, но быстро соображаю, что это дракончик, который не хочет мириться со сквозняками. Валар взбирается по рукаву и ныряет мне под свитер, и я осторожно придерживаю рукой горячий комочек, чтобы он не соскользнул. Даже самые удивительные сущесва на земле могут быть уязвимыми. А дома встревоженная мама замирает, с удивлением рассматривая прибывшую компанию. Рейнис решительно входит первая, давая указания, что делать.<br />Уже скоро мы вновь встречаемся с леди Ланнистер, Элией, и я могу лично поблагодарить ее за заботу, за все. А маму уводят для разговора Рейнис и Тайвин Ланнистер. Эйгон говорит, что близнецы спят, и у них есть еще время, а вот с утра весь дом точно будет на ушах – мальчишки захотят стрясти с нового обретенного брата все долги за долгое отсутствие его в их жизнях, и спрашивает, не буду ли я против, если меня положат спать в его комнате, а не гостевой спальне. И я совсем не буду. Но я волнуюсь, о чем там разговор у мамы. Захожу в ее спальню, прежде чем отправиться на боковую. Мама растеряна, говорит, что ничего н знала. И я вижу, что она злится. Злится на отца, который так долго врал, переворачивая жизни, считая, что лучше других знает, кому и что делать. <br />- Тайвин Ланнистер обещал помочь нам в суде.<br />И мама крепко обнимает меня, как мне кажется, выдыхая с облегчением.<br />Утром я встаю рано, на новом месте мне не спится, да и вчерашний день переполнил впечатлениями. Эйгон крепко спит, а я не хочу больше лежать, встаю, и Призрак уже у двери – мы выходим на прогулку, а потом я оказываюсь на чужой кухне. Леди Элия входит следом, здороваюсь, но мне приходит мысль. Я прошу показать, где можно взять ингредиенты для завтрака, а на возможные протесты говорю сразу, что дома всегда готовлю я, и я это очень люблю, и мне хочется тоже сделать что-то для них. Честно говоря, я волнуюсь, когда ставлю турку на плиту и достаю сковородку. Но стопочка панкейков выходит ровной, когда люди начинают подтягиваться к завтраку. Я ставлю еще одну порцию кофе, и слышу восторг наконец продравшего глаза Эйгона, поливающего свои панкейки нутеллой. Входит Рейнис, и я улыбаюсь. Почему-то мне кажется, что ей понравятся легкие сливки и фрукты.<br />- Угадал? – Ставлю перед ней тарелочку. – С Эйгоном получился пролет, я налил ему сгущенку.<br />Эйгон заявляет, что сгущенка и нутелла сочетаются прекрасно, и вообще, кашу маслом не испортишь. Фыркаю, брат, оказывается, сладкоежка. Возвращаюсь к турке, над которой нельзя утрачивать бдительность.<br />- А кофе какой ты любишь?</p> <p>Так случается, что твоя вроде бы стабильная и предрешенная наперед жизнь вдруг делает резкий поворот. Сначала ты пугаешься – как, неужели, привычный уклад, в котором ты вырос, ломается, то, что казалось крепким и постоянным, рушится, и совсем непонятно, что будет впереди. Когда ты ребенок, от тебя ничего не зависит, в мире решают взрослые. Но не всегда взрослые относятся к детям как к неразумным существам. Мама всегда считалась со мной. Она всегда спрашивала, всегда слышала ответы и помогала мне учиться судить о вещах самому, а не повторять чужие слова. Мама растила меня так, чтобы я не был зависим от среды. Я очень надеюсь, что ее не подвожу.<br />А отец никогда не спрашивал. Он как раз был из тех, кто считает, что всегда знает лучше. У него был образ идеальной семьи, которую он хотел построить, но он не хотел видеть в нас с мамой настоящих людей, витая где-то в мире своих фантазий, где он самый лучший, самый продвинутый и лучше всех знает, как следует поступать. Мама всегда принимала мой выбор, отец же не оставлял мне его.<br />Позже я узнал, что это касалось не только того, в какую школу мне идти и в какие секции записаться. Отец не мог выбирать, с кем мне дружить, не мог заставить меня полюбить людей, которые мне неприятны, а их – полюбить человека, который видит то, чем вызваны попытки, насквозь. В школе друзей у меня не было. Короткие поездки на Север становились отдушиной. И животные, общение с которыми компенсировало то, какими людьми окружал меня отец. Дома животных держать мне было запрещено, но заниматься конным спортом отец разрешил. Даже по первости приходил на соревнования, правда, я казался ему недостаточно амбициозным, наверное, в его голове идеальный сын собирает все кубки и купается в лучах славы. А мы с лошадьми делали то, что нравится нам обоим, и никто не заставлял делать то, что мы не хотим, ни меня, ни их. Такие соревнования отцу быстро наскучили. Но как их любила мама! У нее с собой всегда было угощение для лошадок, она гладила им шеи и вся светилась. Мы любили это время и эти занятия. А потом появился Призрак, который должен был быть со мной… А дальше много чего еще появилось, узналось, раскрылось… Я не колебался ни секунды, хотя, знаю, если бы я сказал, что хочу видеться с отцом, мама приняла бы и это. Но я не хотел. Ни капли.<br />Теперь я знаю, что отец решил за меня, что я не должен видеть сестру и брата. И сейчас, глядя на хохочущего Эйгона, на смеющуюся Рейнис, на младших детей Элии, которые сразу же меня записали в братья, пусть мы и не связаны узами крови напрямую, я невольно думаю, что было бы, расти мы вместе. И что было бы, продолжайся все так, как было, еще долгие годы. Они хотели познакомиться со мной, они звонили отцу – а это стоило им многого. А меня с ранних лет растили с мыслью, что им хорошо без меня, и я думал, что, правда, разве можно подумать, что кто-то стал бы добиваться встречи со мной, разбившим, как ни крути, их семью. Их стабильный уверенный мир тоже распался на части, только случилось все намного раньше. Раньше, чем кто-то стал выбирать их круг общения и пытаться выкинуть за порог их самых близких друзей. Впрочем, выкинуть меня же получилось. Но мы сумели найти друг друга. Кто-то скажет, что вмешался случай. Другие верят в судьбу. А я думаю, что есть что-то волшебное, какая-то своя магия, не знаю, севера, или юга, которая всегда держала нас вместе, чтобы в нужный момент я не прошел мило дверей кафе, и попался Элии Ланнистер на глаза. Мама хотела большую семью, и она ее получила. Теперь нас много. Мы семья.<br />Джейхейрис Таргариен, зовущийся Джоном, имя тоже выбрал отец, не слушая пожеланий мамы. Я не против его, но Джон мне ближе. И, наверное, рассматривая кудрявого синеглазого мальчишку в зеркале, я думал, что от Таргариенов у меня ничего нет, да только сейчас понимаю, что это не совсем так. Когда мы с Рейнис встретились, я помню свою первую мысль – какая она красивая. Дочь Элии, моя сестра – но все это после, а первая мысль – вот эта. Задумчивая девочка в наушниках склонилась над бумагами. Ее мир тоже изменился, когда мы с Призраком зашли в то кафе. <br />И мой мир никогда не станет прежним, потому что чем больше мы общаемся, тем сильнее я понимаю, что то впечатление никуда не делось. И мало этого – как будто бы оно растет с каждым днем. Я люблю их всех, но сердце замирает, когда Рейнис треплет меня по волосам, касается руки, обнимает, прощаясь. А я как будто бы еще чувствую ее прикосновения, задерживаю объятия – почти не отдавая себе в этом отчета. Я смотрю на витрины магазинов и думаю, что из того, что там продается, понравилось бы ей. Я знаю, что она любит фрукты и глинтвейн, черный кофе с корицей без сахара. Обожает животных, Валирию и валирийский, историю и необычные места. Летом мы с мамой думали поехать на Север, но расставаться мне категорически не хочется. Но захочется ли им поехать с нами?<br />А пока мне не хочется расходиться по спальням, хотя родители Рейнис уже говорят, что мы все засиделись. В их доме в Кастерли всегда много гостей, посиделки могут продолжаться до утра, но близнецы уже клюют носом, а держатся лишь потому, что старшие еще сидят, и им интересно, они тоже хотят быть как взрослые. Детям надо подавать здравый пример. Наконец, заснувших мальчишек уносят, Эйгон тоже широко зевает и уходит чистить зубы, Рейнис, наверное собирается последовать его примеру, но у нее на коленях голова Призрака, а в шерсти черный дракончик. Рейнис не хочет будить малышей и пытается вытащить из волос шпильки, которые я случайно увидел, когда искал подарок Эйгону на день рождения и подарил ей просто так. Вырезанные из кости цветы на длинных ножках все еще держат уже расслабленный узел черных волос. Я подхожу сзади, отводя ее руки. Лепестки запутались в прядях, самой с этим не справиться быстро.<br />- Не очень удобная форма оказалась?<br />Я касаюсь волос и скольжу по ним кончиками пальцев, находя место, где шпилька запуталась, но не спешу ее высвобождать. <br />- Я не думал, что они могут путаться, прости. Я помогу.<br />Выпутывать лепестки не так сложно, когда видишь всю картину сразу, и я разбираю прядь за прядью, как будто зависая над этим занятием. Мне кажется, позови меня кто-нибудь, ответа бы не получил. Отвожу каждую прядь и опускаю ее Рейнис по плечам, смотрю на блики. Мне нравится, что нет никого, кто может нас прервать. Но вечно это длиться не может, заколка у меня в руках.<br />- Рейнис, мы с мамой всегда летом ездим к Старкам, на Север. На пару недель, но сейчас у нас нет границ. <br />Кручу палочку в пальцах и откладываю ее, тянусь за гребнем – Рейнис собирала узел и помогала себе им. Неспешно веду по черному шелку у меня в руках, пальцами задевая шею, наклоняясь ближе просто потому, что хочу. И вновь провожу по плечам, когда пряди разобраны волосок к волоску. Мне хочется сказать ей, что она красивая. Любая, смеющаяся, ворчащая, строгая, решительная. Такая, какая есть. Я улыбаюсь, как будто бы вижу самое удивительное чудо. Границы, а есть ли они?<br />- Вы… Вы поедете с нами?<br />Я поднимаю глаза, вдруг находя наше отражение в стеклянной витрине в гостиной. Наши взгляды встречаются, и Рейнис смотрит внимательно, а я все еще вывожу узоры по ее плечам, перебирая пряди уже без всякого гребня, без всякой причины. Мне кажется, я краснею, но взгляда не отвожу.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 19 Jul 2020 01:09:51 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57102#p57102 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57098#p57098 <p>Лето медленно уходит, скоро начнётся учеба. Эйгон уже которую неделю страдает, говоря, что каникулы прошли слишком быстро, что он хочет еще побыть дома, но тут же передумывает, когда младшие братья ураганом повисают на нем и требуют внимания, ведь дальше школа, он будет занят, а они маленькие и обожают брата. Ты смеёшься.<br />Ты смеёшься, думая, что каждый новый год, пусть всего лишь учебный, несёт что-то новое. Поскольку Рейгар и, по его словам, его новая северная жена, не желают, чтобы вы общались с братом, было решено применить хитрость – вы отправитесь в школу.<br />В школу, хотя раньше учились на дому. А оставаться там или нет – выбор будет за вами. Ты думаешь об этом, читая книгу, которую посоветовал дедушка, а время летит.<br />Время летит. Настаёт время первого школьного дня, вы собираетесь, прихватываете с собой Ренли, который весело болтает и рассказывает о школе – он там учится давно, ты идёшь в его класс, а Эйгон в класс вашего брата.<br />Вашего брата, которого вы не знаете. Ты треплешь Эйгона по голове, желая удачи, а он фыркает, говоря, что все прекрасно, и бежит на урок.<br />Урок ваш проходит спокойно, вы с Ренли после болтаете, а потом ты решаешь проведать Эйгона, когда друг заговаривает с какой-то девочкой, сидящей позади вас. На половине пути в тебя влетает брат, держащий за руку мальчишку.<br />Мальчишка, который, как говорит брат, Джон, но Джейхейрис Таргариен. Формулировка так себе, думаешь ты, смотря на мальчишек.<br />Мальчишек, таких разных, но что-то неуловимо одинаковое в них. Смотришь внимательно, щурясь, как дедушка, раньше ты подражала ему, а теперь делаешь неосознанно.<br />- Хм… значит, Джон? – обнимаешь мальчишку.<br />Обнимаешь мальчишку, который совсем точно твой брат. У которого кудряшки и синие глаза, явно от матери, явно от севера. <br />- Пойдём, надо еще тебя кое с кем познакомить, - хватаешь за руки.<br />Хватаешь за руки обоих мальчишек, не давая им опомниться, ведёшь к Ренли, знакомишь их, а друг тоже хватает их в обнимание и улыбается. <br />Улыбается, но диалог прерывает звонок, ты показываешь мальчикам ладонью в строну класса, пора расходиться.<br />- Еще будет время поговорить, - перехватываешь Эйгона на секунду одного, говоришь шепотом. – Ты пока ему ничего не рассказывай, потом, пусть привыкнет к нам просто.<br />Эйгон понимающе кивает, мальчишки убегают, снова уроки, которые идут изо дня в день. Ты следишь за мальчишками. За успеваемостью, - Ренли даже сочувственно смотрит на твоих братьев (и что-то ободряюще шепчет им, а ты делаешь вид, что не видишь, но потом даёшь ему подзатыльник, напоминая о порядке), он знает правду и тоже молчит, - за едой и за мелочами. Ваша группка расходится, когда Джон хочет забежать в класс и положить что-то, а Эйгон идет за ним, потому что брат ушёл и не возвращается. А потом…<br />А потом ты слышишь возмущённый крик Эйгона, и вы с Ренли бежите вперед, чтобы понять, что происходит. Драка.<br />Драка, но ты отчего-то знаешь, что мальчишки бы не стали без причины, ты вообще не веришь, что они – зачинщики. Поэтому, пока Ренли оттаскивает Джона и Эйгона в крепкие объятия, знакомишь их одноклассников с плинтусом – хорошо, что дедушка всегда благостно относился к твоим странным увлечением.<br />- Еще раз подойдёте к ним или скажете что-то, что мне не понравится – будет хуже, - спокойно говоришь.<br />Спокойно говоришь, когда подходит учитель с директором, которые спрашивают, кто затеял драку. Ответ – Джон. <br />Джон? Ты удивленно смотришь на мальчишку, который, казалось бы, муху не обидит. Но Эйгон объясняет все. Директор что-то говорит, но тебе все равно.<br />- Позвоните Тайвину Ланнистеру. Дедушке, как попечителю школы, будет очень интересно узнать, что одноклассника его внука обижают с первого класса, а учителя ничего не предпринимают. Нехорошо, хм, - складываешь руки на груди.<br />Складываешь руки на груди, вспоминая лучший презрительный взгляд дедушки и пытаясь повторить. Вас ведут в приемную и вызывают дедушку, который, заходя, сначала хочет поговорить с вами, не смотря на все попытки директора увести его от вас подальше, чтобы он не услышал вашей версии. Но львы, как и волки, держатся вместе – стая или прайд не так важно. <br />Важно другое, даже если вы миллион раз будете не правы, дедушка поддержит вас, а потом уже выскажет все и применит взыскания. Но в этот раз вы правы.<br />Правы, но все равно за начало драки мальчики точно выслушают лекцию о правовом поле их поступка, но дома, когда все эмоции в их головах улягутся,&#160; ты знаешь.<br />Ты знаешь, дедушка говорит много умных слов и тут же их обьясняет. Эйгон тоже знает о том, что их ждёт, поэтому шепотом предупреждает Джона. Ты вздыхаешь, треплешь их обоих по волосам, шепотом говоря Джону, что дедушка очень хороший и строгий. Ренли кивает. <br />Кивает, вы все вместе поедете домой, дедушка уже позвал маму Джона. Ты хмуришься – мама Джона не хотела, чтобы вы общались, но без этого не обойтись. <br />Не обойтись, ведь кто-то из родителей Джона должен его забрать, и уж лучше это будет Лианна Старк, тем более тебе любопытно посмотреть на нее. Что это за чудо такое, из-за которого такое приключилось с мамой? Но сейчас Мама счастлива, это главное, и у вас есть младшие братишки, но все равно… обидно за Элию. И тебе очень интересно увидеть, из-за кого все. Пока нужно подождать.<br />Подождать. Мама дома хватает Джона и Эйгона, обнимает обоих, осматривает и не говорит ни слова осуждения, когда Эйгон выдаёт все, что было.<br />- Джон маму защищал, я бы сделал также! – Эйгон эмоциональный.<br />Эйгон эмоциональный, мама смеётся всегда, что это у него в дядю Оберина – он размахивает руками и не может сдержаться, если его вывести из себя. Она тихо смеётся и обнимает обоих мальчишек еще раз, целуя в щеки. <br />- Вы оба молодцы, поступили правильно, - она щурится, как будто солнце светит в окна слишком ярко, но это от улыбки.<br />От улыбки, которая всегда поддержит, а о том, что могло бы быть правильнее, расскажет дедушка, Мама знает и оставляет это ему. Вместо слов она режет апельсиновый пирог (красные дорнийские апельсины самые сочные, вы точно знаете), разливает чай в гостиной на журнальном столике, усаживает мальчишек и угощает их и дедушку, который тут же начинает свою маленькую обучающую речь, прерывающуюся…<br />Прерывающуюся отнюдь не появлением Лианны Старк, а Оберином и Тайвином, которые ураганом влетают в гостиную, практически выпадая из дверного проема и с ходу заявляют, что раз Джон тут, раз он брат, он им точно должен за шесть лет, и какие-то там обязательства, - долговые, думаешь ты в голове, - о которых говорил дедушка какому-то дядя, - очередному клиенту, - надо соблюдать. Ты смеёшься.<br />- Будущие юристы, - говорит дедушка, а мальчишки останавливаются и неуверенно соглашаются, не совсем понимая, на что подписались, а потом бегут.<br />Бегут дальше к мальчишкам старшим, но успокаиваются, когда видят пирог – все игры подождут, бесценная магия пирога с апельсинами.&#160; Ты смеёшься.<br />Ты смеёшься, устраиваясь рядом с дедушкой, наблюдая за всем этим, точно зная, что младшие идут в комплекте с вами.<br />- Ты знал, Джон? – вот это важный вопрос.<br />Важный вопрос и звонок в дверь. Мама открывает, в комнату влетает растрепанная девчонка с кудряшками и синими глазами, совсем как у Джона. Кудряшки не собраны, а у мамы всегда красивая коса. Мама всегда спокойна, а у гостьи все движения порывисты, тебе кажется, что они всегда такие. Мама хватает ее за плечи, говоря, что все хорошо, показывает мальчишек, которые пьют чай. Лианна Старк обнимает сына, а после Мама уводит ее и заваривает успокаивающий чай с все тем же волшебным пирогом. Ты щуришься.<br />- Хм… Значит, это – твоя мама, - рассматриваешь.<br />Рассматриваешь, не сказать, что добро. Ловишь движения, интонации. А потом Мама обнимает гостью крепко, тебя это удивляет. Ты и Эйгон обмениваетесь взглядами и вопросительно смотрите на дедушку, который загадочно улыбается. И пазл в твоей голове не сходится.<br />Пазл в твоей голове не сходится, и ты решаешь, что если хочешь получить ответы, точно надо допросить обвиняемого. Так же делают, да? Дедушка всегда говорит, что так. Поднимаешься с места, оставляя мальчишек, идёшь на кухню, забираешься на высокий барный стул, на котором сидела Мама до того, как пересела на сторону Лианны, чтобы обнять ее, и смотришь на обеих через стол. Тянешь руку и дергаешь Лианну за кудряшку.<br />- Ты не хотела, чтобы Джон с нами общался, - щуришься.<br />Щуришься и смотришь реакцию. Дедушка говорил, что такой метод называется провокацией. Лианна Старк делает хлоп глазами. И пазл окончательно разъезжается.<br />- Сколько тебе лет вообще? – она не выглядит как мама.<br />Совсем не как мама. Мама старше, думаешь ты, а вот гостья скорее могла бы быть ее младшей сестрой. Ты складываешь руки на груди, а потом вздыхаешь и достаёшь из кармана ленту, протягивая Лианне, она несколько раз с лица убирала волосы, мешают, думаешь ты. А лента синяя. <br /><br /></p> <p>Ты любишь север с самой первой поездки, когда Элия собрала вас всех, чтобы ехать вместе с Лианной, пока дедушка готовил ее документы для развода. Логика была проста: больше людей – меньше времени для плохих мыслей.<br />Плохих мыслей сейчас нет совсем, но вы снова едете всей толпой, прихватывая с собой Тиену, но без мамы. Тоже все просто – Мама хочет побыть с папой, небольшой отпуск от детей, а Тиену потому, что вы не так давно поговорили с Роббом, ты решила помочь хорошему северному мальчику и подсказать, что сделать, чтобы обратить совсем другое внимание кузины на себя, а не дружеское, которое и так у него есть. А Тиена в свою очередь прихватывает Квентина. Толпа настоящая.<br />Настоящая, вас север встречает тишиной и красными листьями деревьев, которые тебе так нравятся. Их кора всегда тёплая и белая, красивое сочетание. Вы высаживаетесь с микроавтобуса-такси, заказанного заранее, прямо у Винтерфелла. Тетя Эшара с семьей ждут вас рядом с замком, Призрак урчит еще до того, как открывается дверь – чувствует стаю.<br />Стаю, которая выросла, и оказывается рядом быстрее, чем люди, в пару прыжков. Ты умиляешься, смотря на стаю и садишься прямо на землю, не зима же.<br />- Садись, или малыши снесут, - хихикаешь, - и другим скажи.<br />Хихикаешь и тянешь Джона вниз, но другим сказать уже невозможно, стая здесь, Призрак смешивается с братьями и сёстрами, ты достаёшь из-за спины Джона, - он милый, тяжелые вещи не даёт носить, -&#160; рюкзак с яблочками, ставя его между собой и Джоном, раздаёшь и целуешь в носики, не забывая, что у белого волка всегда дополнительный поцелуй и дополнительное яблочко. Но это большая тайна. <br />Тайна, которую знают трое – ты, Джон и сам Призрак. Стая поприветствовала всех и убежала гулять в богорощу. Ты смеёшься, вставая и поправляя волосы. <br />- Малыши подросли, но все такие же носики, - встаёшь.<br />Встаёшь, вы идёте внутрь замка дружной компанией. Начинаются каникулы, вечера сменяются другими, вы с Роббом планируете его свидание с Тиеной, подбирая нужное место. В этот вечер вы тоже сидите в дали от всех в гостиной, место уже есть, осталось все подготовить. Ты чешешь ветра и смеёшься, смотря на старшего из детей Старков, который жутко нервничает и просит помочь все красиво расставить, чтобы он ничего не перепутал. Смеёшься и говоришь, что поможешь, только если он покружит. Смех.<br />Смех, а потом ты, Призрак, Робб и Серый ветер идёте все устраивать. Когда все готово, возвращаетесь довольными, у Старка все еще глаза бегающие, он бежит искать Тиену и звать ее, - ты ей уже сообщила, чтобы была готова, но не сказала, что гулять идёте не вы, а она и Робб. Хотя кузина – умная девушка, наверняка догадалась после ее годичной переписки со Старком, что будет что-то дальше. Вы же с Призраком идёте к Джону. <br />К Джону, Призрак довольно урчит, подставляя мордочку и спину, чтобы мальчишка почесал его. Ты смеёшься, наблюдая за тем, как волк после приветствия разваливается на пледе с волками, который пришлось брать с собой, потому что без него Призрак наотрез отказывался выходить из дома, мотивируя это ур и тык лапой в волка, мол, волк нарисован, я – волк, вы же с чемоданами, я тоже. <br />- Мы пришли, - смеёшься.<br />Смеёшься, а Джон задаёт вопросы, ответы на которые очевидны, от того они кажутся такими странными. <br />- Гуляли, с Роббом и волками. Ты в порядке? – белый волк встаёт.<br />Белый волк встаёт и тыкается мордочкой в бедро, как бы говоря, мол, ну ты же понимаешь, что происходит, даже если Джон не очень умеет объяснять. Но ты не понимаешь и целуешь взрослого щенка в носик и чешешь за ушком.<br />- Малыш, самый-самый любимый волк, - достаёшь из кармана лакомства.<br />Достаёшь из кармана лакомства, там всегда много яблок, сушеных трахей или сердец, это любят носики. Джон дальше спрашивает, вопрос все более странные.<br />- Конечно, он же твой брат, - и значит, что твой тоже. – Джон, ты меня беспокоишь. Ты себя точно хорошо чувствуешь? Странный мальчишка.<br />Кладёшь ладонь на лоб брата, проверяя, нет ли температуры. Мало ли смена климата, хотя Джон, не смотря на жизнь в Королевской Гавани, все же Старк.<br />Старк, но Джейхейрис странно мнётся, он точно сегодня совсем непонятный, целует, как будто в щеку, но поцелуй съезжает. И ты задаешься вопросами.<br />Вопросами. Джон плохо себя чувствует и поцелуй соскользнул со щеки? Или недоскользнул? Ты думаешь спросить, но голос Арьи зовёт вас, а в комнату вбегает Нимерия, втягивая носиком воздух, чувствуя угощения в карманах, одно из которых получает. Вечер проходит в гостиной в кругу всех.<br />Вечер проходит в гостиной в кругу всех, носики вокруг, получают свою порцию вкусняшек и внимания, а Санса записывает рецепт печеночного печенья. Наступает ночь.<br />Наступает ночь. Ты читаешь допоздна, а потом решаешь, что нужно расставить все ночки над и, пока все не стало мучительно неловко. Встаёшь и идёшь к Джону. <br />Идёшь к Джону, чтобы поговорить. Открываешь дверь, мальчишка не спит, а волк поднимает голову, урчит и снова дремлет, но тебе кажется, что наблюдает.<br />- И что это было? <br />Забираешься на кровать к Джону, скрещиваешь ноги, и смотришь на мальчишку, который переспрашивает, а ты закатываешь глаза – жалкая отмазка на тему непонимания, он все знает, ты видишь.<br />Ты видишь, а мальчишка меняет тему, говоря о бессоннице. Фыркаешь, качая головой. Такой приём тоже не сработает.<br />- Ты тоже не спишь, и давай не будем менять тему, иначе потом, если не поговорить, станет неловко, а нам этого не нужно, - мальчишка натягивает на тебя одеяло.<br />Мальчишка натягивает на тебя одеяло, задерживая руки на плечах. Джон всегда был заботливым и трогательным мальчишкой. Он поправляет прядь волос.<br />Он поправляет прядь волос, ты тихо смеёшься – Джон, будучи маленьким, всегда касался кончика волос или дарил цветок или заколку в волосы.<br />- Иногда мне кажется, что мой младший брат – фетишист, - щуришься.<br />Щуришься и смотришь внимательно, снова закатывая глаза. Как объяснить мальчишке, что он не объяснил, а как раз все запутал? <br />- Вы, Старки, считаете, что все объяснили, когда создали лабиринт. Это, видимо, семейное, - вспоминаешь.<br />Вспоминаешь, как Лианна говорила про Эртура и хихикаешь, точно семейное. Но успокаиваешься, снова внимательно наблюдая за мальчишкой.<br />Мальчишкой, который все же даёт ответ, целуя. Недоскользнул, думаешь ты, обнимая его и слушая после.<br />- Стоп, ты подумал вот что? Я и Робб? Мог спросить, - смеёшься и перебираешь кудряшки. – Мы организовывали его свидание с Тиеной, такое, чтобы она не могла отказаться с ним встречаться.<br />Перебираешь кудряшки и целуешь мальчишку еще раз, притягивая к себе.<br />- Ты, Джон, конечно, Джейхейрис, но Старк, а теперь тебе пора засыпать, - собираешься к себе.<br />Собираешься к себе, но у Призрака совсем другая идея, ему нравится, что все вместе. Он прыгает к вам и удобно устраивается, говоря своё веское ур – никто никуда не идет, все спят. И лижет в щеку всех. Целуешь в носик волка и смеёшься.<br /><br /></p> <p>Смеёшься, когда в один из дней вы гуляете с белым волком на рассвете, а ты носишь с собой драконье яйцо, тебе снится что-то странное, а голос внутри скорлупы крепнет. Призрак тыкается мокрым носом в скорлупу и урчит. Тоже слышит.<br />Тоже слышит, думаешь ты. Ваши ранние прогулки стали традицией. В тишине богорощи, сидя на старых корнях, прислоняясь спиной к белому стволу чардрева, кажется, действительно можно услышать магию.<br />Магию вокруг и в руках, которые держат сувенир дедушки из его экспедиции в Валирию. Драконье яйцо, которому, наверное, уже сотни, если не тысячи лет. Чёрное, с красной прожилкой. Ты до сих пор не знаешь, зачем взяла его с собой, но захотелось.<br />Захотелось, думаешь ты, одной рукой поглаживая скорлупу, другой белую шерсть, напевая мелодию песни. Призрак тыкается носом и урчит, вставая.<br />Вставая и хватая аккуратно за рукав, хочет куда-то отвести, думаешь ты. Встаёшь и идёшь, ему доверяешь полностью и всегда.<br />Всегда, и ощущения тепла становятся ярче с каждым шагом глубоко в лес. А скорлупа как будто пульсирует. Ты думаешь, что тебе кажется. Но ровно до удара.<br />Ровно до удара чего-то сильного в руку. И в этот момент за ветками деревьев открывается озеро. Призрак урчит и трогает лапой горячую воду.<br />Горячую воду. Может, скорлупу надо согреть. Ты скидываешь джинсы и куртку с кофтой, ныряя. Вода обжигает. Призрак тыкается носом. <br />Призрак тыкается носом и убегает. Ты даже не думаешь, как выберешься, знаешь, что волк вернётся. И чувствуешь, что волк ушёл за своим человеком, приведёт сюда. А ощущение магии заполняет, убирая все звуки вокруг.<br />Убирая все звуки вокруг, кроме ударов в скорлупу. Яйцо трескается , когда ты приподнимаешь его из воды. Еще один удар…<br />Еще один удар, скорлупа разваливается на две части. Ловишь одну и откидываешь на берег. Во второй видишь маленькое чудо.<br />Маленькое чудо – чёрный дракон, который смотрит на тебя своими красными глазами и шипит, а потом делает ур, а ты не знаешь, что делать.<br />Не знаешь, что делать, зато знает и чувствует дракон, забираясь по ткани майки на шею, удобно устраиваясь и закрывая глаза, перед этим тыкая носом, как бы намекая, что скоро захочет есть. Касаешься ладонью чешуи, дракон крепко держится и в ближайшее время не слезет никуда, да и ты не пустишь. Улыбаешься,<br />Улыбаешься, вода горячая, но озеро неглубокое. Добираешься до большого чардрева, касаешься чешуи и думаешь, что Север все же сохранил в себе что-то, что в других землях, кроме Дорна, исчезло. Что-то своё и особенно. Или ты просто любишь две эти крайности, и тебе кажется. <br />Кажется, ты не заметила, как прошло время. Призрак возвращается не один, с ним рядом Джон. Ты перекладываешь головку дракона на спину и плывешь к ним. Волк тыкается носом в дракона, который открывает глаза и урчит в ответ. Глаза у обоих красные.<br />Красные, как листья чардрева. Ты улыбаешься, целуя белого волка в нос, а дракон снова сворачивается кольцом, запоминает тебя, а ты – его. <br />- Это – Валар, - улыбаешься. – Джон, ныряй к нам, но осторожно, вода – кипяток. <br />Улыбаешься, наклоняясь и целуя дракона, а потом еще раз Призрака в нос. Он ложится у воды, но не хочет в нее. Слишком горячо, наверное, а он любит прохладу. Ты рассказываешь тихо Джону в воде, о снах и о том, как белый волк привёл вас сюда. Большое чардрево смотрит на вас, а по коре начинают течь красные слезы. Легенды в этом месте оживают.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sat, 30 May 2020 23:21:31 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57098#p57098 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57096#p57096 <p>Я не знаю, как так получается. Передо мной никогда не было примера, как надо. А перед кем он был? Все счастливые семьи счастливы одинаково, а каждая несчастливая несчастлива по-своему. Священные 28 тому пример. Я знаю, что мама при отце никогда не улыбается, а он улыбается ли вовсе, потому что хочет? Я не могу вспомнить, чтобы он улыбнулся мне просто так. Зато мама постоянно мне улыбалась. И Ним всегда улыбалась и старалась меня поддержать. Даже если мне требовался пинок, и она его давала, она делала это не так, как отец. Она делала это для меня, а не ради своей выгоды. Я это точно знаю. И это ещё одна причина, почему я считаю, что женщины Розье намного лучше. Может быть, им приходится делать все, что в их силах, потому что мы, мужчины, не можем справиться? Может быть, мы сами заставляем их меняться и становиться примерами для подражания на многие годы вперёд?<br />У меня нет примера того, как должно быть, но я точно знаю, как быть не должно. Я не хочу, чтобы моя семья была искусственной, вынужденный сожительством людей, которых объединили в силу желания кого-то, а не их самих. Я не могу заставить себя полюбить и не могу заставить свою невесту сделать то же, но я хочу, чтобы мы оба попробовали дать шанс друг другу. Я не хочу отрицать такую возможность, хочу попытаться. Главное, чтобы моя невеста дала мне её.<br />Моя невеста на свадьбе выходит к гостям в чёрном платье. Мне кажется, я слышу, как среди гостей раздаётся лёгкий шепоток. Она очень красивая, Анейрин Фоули, но явно шепчутся не об этом, да и шорох быстро стихает. Люди здесь умеют держать лицо, настоящие эмоции друг друга читают только близкие. Я вижу, как огорчена мама, и мне кажется, что огорчена она сразу за обоих новобрачных. А вот отец, кажется, не уверен, то ли смеяться, то ли радоваться победе - такой маленький бунт, не меняющий сути. Ним смотрит задумчиво, а сама Фоули безмятежна.<br />- Ты очень красивая.<br />Это правда, и цвет платья не играет особой роли. Я тоже в чёрном, только жениху отчего-то это позволено традициями, так пускай будет позволено и невесте. <br />Получится ли у неё меня услышать?<br />Несколько комнат в замке отданы новой семье. Семья, правда, не чувствует себя таковой. Мы устраиваем свой быт как можем, а я думаю, какие примеры были у неё. Я не очень много знаю о ней. Разные школы, мы не росли вместе. Но однозначно я могу сказать, что сейчас ей куда тяжелее. Я в замке, в котором вырос, а она в незнакомом месте в окружении чужих людей. И эти люди ей не нравятся. Вспоминаю вилку в ноге и хмурюсь, от той встречи остался шрам. Она тоже, конечно, не забыла. <br />- Рин, если тебе что-то нужно, пожалуйста, говори. И не обращай внимания на моего отца. Он бывает груб, но ты это знаешь и так. И его лицо на свадьбе ты видела.<br />Пока все, что я могу, это обеспечить ей минимальный комфорт под нашей крышей. Хотя бы комфорт, и только. А она делает ко мне шаг и целует, тянет за ткань одежды. Сердце подпрыгивает в груди. Чёрное платье ведь выразило отношение к этой свадьбе без слов.<br />- Не делай того, чего не хочешь. <br />Говорю совсем тихо, едва отстраняясь, но обнимаю, я должен спросить. А Рин тянется снова, и это же ответ. Шанс, который я ждал, он, выходит, есть?<br />Утро неминуемо настаёт, сколько ни проси его задержаться. И с ним движение Рин рядом, она проснулась, встаёт. <br />- Доброе утро... <br />Я тянусь, чтобы её вернуть назад и поцеловать, а она уворачивается и начинает собираться, молча, ни капли тепла. Что происходит? То, что я вчера напридумывал себе идеальный мир. В моем мире люди хотят того же, что и я, и, хоть путь и далёк, готовы работать, зная, какая награда придёт нам в случае успеха, и оба стараются его достичь. Моя жена старается получить от брака хоть какой-то плюс. Но разве это семья? Я чувствую себя полным кретином, понимая, что для неё это ничто. И чувствую боль, я поверил. Как же так?<br />Цветы как повод выйти и спокойно подумать о том, что теперь делать. Я ставлю букет гортензий на стол, замечаю взгляд Анейрин, она наблюдает. Мы ничего не знаем друг о друге, совсем мало знаем. Нам нужно поговорить. И не только о нас &#8211; нам нужно разговаривать, много, обо всем, высказывая мысли, высказывая понимание жизни каждого из нас. Знакомясь, становясь друг для друга&#8230; Кем-то. Если мужем и женой мы уже стали, опережая все прочие этапы развития отношений, даже нормальное простое знакомство. Я зову Рин выйти со мной в сад.<br />- Мне кажется, что в жизни каждого человека должно быть что-то настоящее. Для меня этот сад, наверное, одна из таких настоящих вещей. Мы живем в мире, где все вокруг слишком хорошо претворяются. А здесь претворяться не надо, здесь можно просто быть самим собой, узнавать что-то, делать своими руками что-то, что может лишь отдавать. Просто так.<br />Я наблюдаю за тем, как Рин осматривает сад, как будто бы прислушивается к тому, что за его пределами. Это дом, в котором ей предстоит жить. Нам нужно понять, как мы хотим жить в нем.<br />- Бумаги, дела, наследование, все важно, но все это где-то не здесь. А здесь сад и немного покоя. Старая магия, как говорит моя сестра. И магия - не всегда то, что можно сделать посредством волшебной палочки.<br />И я не про невербальную магию сейчас говорю.<br />- А что для тебя настоящее?<br />Ответа, видимо, я еще пока не заслужил, меня отправляют к бумагам и даже обещают помощь. Спускают с небес на землю. Помни, мол, Эван, мир, в котором мы живем. От него не убежишь. Я и не бегу от мира. Я просто хочу немного его поменять, хотя бы для себя и тех, кто мне близок, хотя бы в тех сферах, которые зависят от меня.<br />- О них я не забуду. &#8211; Я смотрю на Рин без улыбки. &#8211; Спасибо за помощь.<br />Вечером мы снова в наших комнатах, она снова, как и вчера, тянется ко мне.<br />- Рин, нам нужно поговорить.<br />Поцелуй заставляет меня замолчать, руки сами касаются ее, она очень красива, и я слишком хорошо помню прошлую ночь, но и утро я помню тоже.<br />- Рин&#8230; Утром ты тоже сбежишь и ничего не скажешь, как будто этого вечера не было?<br />Ответ не вселяет мне оптимизма, а пытаться говорить мне становится сложнее, она не дает мне продолжать. Кажется, разговаривать о смысле жизни она точно не считает нужным. Руки ныряют под ткань рубашки, стягивают ее с меня, и где-то в глубине голос говорит мне прекратить попытки, закрыть глаза&#8230; Я ловлю ее за ладони, смотрю в глаза.<br />- Рин. Послушай меня.<br />И я говорю. И о том, что настоящего в нашей жизни мало. И о том, что только от нас зависит, что мы сможем сделать таковым. И о том, что наш брак может оказаться самым настоящим из того, что у нас есть, нужно лишь допустить до себя эту мысль, попытаться попробовать, услышать друг друга и понять. И что мне важно не просто оказаться с ней в постели, а по сути при этом вести с ней две жизни параллельно друг другу, пересекаясь только на время здесь. Что я хочу попытаться стать для нее семьей, и что прошу ее допустить и до себя такую возможность.<br />Говорить мне сложно, поэтому мне приходится отстраниться, и, пока я произношу весь своей текст, я смотрю на нее, но не могу разобрать эмоции. Я просто жду, что будет. Она меня услышала?<br />Кивок и новый поцелуй не дают мне понять ответ на свой мысленный вопрос. Точнее, я просто теряюсь в мыслях. Я высказал все, что я думаю, и&#8230; Утром Рин снова не хочет моих объятий. Она не хочет задерживаться в постели, она не хочет чужих касаний, все как в прошлый раз. И позволить мне приблизиться к себе она тоже не хочет. Она собирается, подходит к тумбочке, на которой стоит букет белых тюльпанов, чтобы взять волшебную палочку, не глядя, и я ловлю ее и целую, и она не против, а очень за. Когда мы потом собираемся на работу за пять минут, Рин смеется, кидая мне мои вещи, а я не знаю, что думать и, кажется, мне нужен совет.<br />Моя сестра умеет слушать и понимать. Она заваривает чай, но не видит проблемы. По ее мнению, бывают намного более печальные случаи, а начинаться все может по-разному, и не предскажешь, во что все перейдет. Я роняю голову на руки, пытаясь объяснить свои собственные чувства. Ка будто мои слов аи мои дела идут вразрез, как будто я сам не верю в то, чего хочу.<br />- А я, правда, хочу не того, как ты это называешь.<br /> Не противны друг другу физически. Да уж, так опоздания войдут в нашу жизнь и прочно там задержатся, но за ними ничего стоить по-прежнему ничего не будет. Не противны. Я смотрю на сестру &#8211; звучит не очень. Слишком прагматично, слишком фальшиво. А она треплет меня по волосам, называя слишком романтичным, и подливает еще чай. <br />- Романтика в браке&#8230; Какой моветон.<br />По-моему, совет мне не помог. А Ним улыбается и говорит, что еще до свадьбы они с Рин говорили обо мне. И говорит дальше, что еще не все потеряно.<br />- Я просто чувствую себя самого фальшивым, Ним.<br />Целую сестру в щеку, а она обнимает меня и говорит о том, что чувствует, что все закончится хорошо, а потом смотрит мне вслед, задумавшись о чем-то.<br />У каждого из нас есть что-то свое настоящее, и я лишь надеюсь, что у Ним этого настоящего больше, чем&#160; у меня. У нее есть аптека с зельями, куда она приглашает меня как-то раз заглянуть. Хочет что-то показать, говорит она. Я захожу, а она указывает потайную дверь, а за ней лестницу в подвал. Подвал аптеки? Внизу оказывается бар, и в нем множество людей.<br />- Аптека с сюрпризом, да, Ним? После работы иногда хочется и отдохнуть.<br />И не только владелице самого заведения. Узнаю среди посетителей несколько собственных коллег. Ним делает мне коктейль, а потом куда-то исчезает. Ее нет какое-то время и, стоит мне попробовать сделать глоток, а она возникает рядом, берет меня за руку с напитком и тянет куда-то сквозь людей. Я вижу впереди Анейрин и остальных из ее аврорской&#160; тройки. Отпиваю напиток, вкус у него необычный.<br />- Привет. Ним расширяет семейный бизнес.<br />В это время сестра начинает выталкивать всех, кроме Рин, из кабинки, где они обосновались, и я слышу причину &#8211; сыворотка правды в напитке. Ошалело смотрю на бокал и вижу, что у Рин точно такой же напиток.<br />- Нимуэ!<br />Но сестра закрывает дверь как раз тогда, когда бокал с коктейлем летит ей вслед. Не мой бокал. Оборачиваюсь на Рин, которая теперь осталась без напитка. И отпиваю из своего бокала еще глоток.<br />- А что, уже все равно выпили.<br />Ставлю стакан на столик и слышу резкие слова. Моя супруга недовольна.<br />- Ты сама знаешь, почему, ты аврор. &#8211; Она просит меня либо открыть дверь, либо уже сесть и не мельтешить перед ней. &#8211; И я тоже? Чем же? Я не подмешивал тебе сыворотку правды в напиток. Я тоже ничего про нее не знал, это не сговор, если ты так думаешь.<br />Сажусь напротив нее и беру стакан, отпиваю. Недопитые напитки тех, кто вышел, теперь все в одном стакане. У нас стакан на двоих.<br />- Ним готовит зелья с творческим подходом, но сыворотка правды долго не действует. Пересидеть какое-то время, и ничего не останется, не переживай. И даже не придется больше терпеть мое общество вне спальни, кажется, раздражаю я тебя везде, кроме нее.<br />Сыворотка правды редко приносит пользу, оружие допросов, уж Рин ли не знать? Что же, получается, что мы сейчас на допросе оба, каждый допрашивает другого. Уместнее было бы помолчать, но, кажется, не наш случай.<br />- Я раздражаю, а кто-то другой не раздражает. С кем-то ты и на работе, и вне работы, допиваешь виски вот, и не раздражает же.<br />Вновь отпиваю из нашего единственного стакана на двоих и ставлю его перед ней. Она смотрит и спрашивает, что это, глупость, или ревность.<br />- И то, и другое. И Ним должна была оставить здесь больше виски, если уж поит зельем правды. &#8211; Она считает такое признание плюсом. &#8211; Отлично, рад, что нашелся хоть какой-то плюс. <br />Мне надо заткнуться, но я не могу.<br />- Знаешь, чего я не понимаю? Почему я говорю с тобой, а ты не слушаешь? Почему я хочу что-то узнать, а ты уходишь от ответов. Что, проще меня поцеловать, так муж хотя бы молчит? Думаешь, этот брак мне для этого? Рин, мои мать и отец едва научились друг с другом жить. Да, отлично, что мы хотя бы друг другу не противны, но почему ты не пробуешь, не знаю, услышать меня? Пойти мне навстречу, ну хотя бы как-то если не шагнуть навстречу, то хотя бы не убегать? Я так раздражаю? Настолько, что можно всадить мне вилку в ногу, знакомо, плавали. Или ты думаешь, что&#160; я не верю в то, что говорю тебе об этом? Объясни мне. Или ты не веришь в то, что это может получиться так, как я говорю?<br />Я перевожу дыхание, смотря на нее.<br />- Ты мне не доверяешь. Но почему тогда возможны эти ночи? Что они для тебя? Кто для тебя я?<br />Очень много вопросов и много слов. А слова не всегда нужны, когда действует зелье правды, доработанное сестрой. Я смотрю на Рин, мою жену, и делаю шаг, поцелуй &#8211; и, кажется, мы смахнули стакан на пол, но не замечаем этого. Я сам просил говорить и больше не даю такой возможности, не разрывая поцелуй, сколько у нас получается. И после мы смотрим друг на друга максимально близко. И тянемся друг к другу снова, повинуясь шквалу эмоций и не уверенные, что хотим это прекратить.<br />Мы приходим как вышли - растрепанные, взъерошенные, какие-то растерянные. Но я держу пальцы Рин в своей руке и не отпускаю, пока мы не оказываемся в наших комнатах. Отдельные комнаты для отдельной семьи, которая теперь живёт в замке. На столе гортензии, в баре бутылка виски. Наливаю два стакана янтарного напитка и протягиваю один из них ей. Наше общее имущество, личная территория, которую мы ещё пока толком не сделали своей. Потому что сами пока не стали друг другу семьёй. Но мы готовы попытаться?<br />Мы молчим, отпивая виски, а потом Рин ставит стакан на стол у букета, и я тянусь к ней, секунду мы смотрим друг на друга, как будто с первый раз должны поцеловаться, как будто до того все было не всерьёз. Мы тянемся, неловко касаясь губами губ друг друга и снова глядим друг на друга. И смеёмся. Фыркаем себе под нос, и я тяну её к себе, а она путается пальцами в моих волосах, прижимая ближе, и поцелуй, медленный и вдумчивый, позволяет не захлебнуться в своих эмоциях, а почувствовать, что чувствует другой, осторожно касаясь, знакомясь так, не теряясь во всем, а находя себя вновь. <br /><br /></p> <p>Прежде всего нас учат дисциплине. Неявно, но, глядя на родителей, мы смотрим, как должны вести себя. Мы узнаем, каково наше место и как подобает ему соответствовать. После нас становится понятна еще одна задача &#8211; мы должны быть милы и приятны для того, чтобы расположить к себе, чтобы вызывать доверие, чтобы люди доверялись нам сами. Но при этом мы не должны доверять никому. Мы должны хорошо понимать, что скрывается в мире за улыбкой и за каким словом следует совсем не то, что оно обозначает обычно. Жизнь в высшем свете магического общества требует многого от тех, кто в него входит и одаривает входящих соответствующе. По крайней мере, так гласит теория. Никогда не относился к любителям теоретических предметов, честно говоря. <br />Я никогда не слышал, чтобы моя мама кричала. Мама всегда тиха и спокойна, но я знаю, что она многое видит и умеет сделать так, чтобы ее интересы учитывались в семье. Отец же представляется мне идущим напрямик, но он знает, что эмоции только затмевают разум. Его эмоции он старается держать под контролем. Сестра знает, с кем может быть искренней, а с остальными она просто потрясающе по-розьешному мила. Нет никого более обаятельного и очаровательного, чем Нимуэ, когда ей что-то нужно. Ну а я держу все в себе, уходя вовнутрь, и там ищу успокоения. Хороший мальчик из хорошей семьи, и только. Дешевый образ, скажу я прямо, но что имеем.<br />Кажется, это удивляет Рин больше всего. Слова снова проходят мимо нее, она слишком поражена, она слышит тон. И наверняка до этого момента она считала, что такого тона услышать от хорошего мальчика из хорошей семьи, ставшего ее мужем, ей не придется. Но что я могу &#8211; все люди слабы. А я слаб настолько, что меня аж трясет &#8211; от ее пренебрежительного отношения к собственной безопасности и попытки показать, будто ничего не случилось. Смертельное заклинание в миллиметре, которое отсекло прядь волос &#8211; это что, ничего? Я не способен контролировать эмоции в такой момент. Мои родители никогда не выносят сор из избы, хотя я прекрасно знаю, как нелегко им было вместе ужиться, да и сейчас жить вместе. Но мы с Рин на своей территории в нашем крыле, здесь нет чужих, только я и она, а, если и есть кто-то где-то, об этом я думаю меньше всего. Вопрос заставляет меня прекратить тираду и перевести дух. А Рин неожиданно переводит тему на моего отца.<br />- Считаешь, что я стал бы кричать на него, узнав, что он рискует жизнью вопреки всему здравому смыслу, и еще смеется над этим?<br />Причем я не уверен, что ответ, который вертится на языке, окажется правильным, но это мысль на периферии сознания быстро уходит, гораздо важнее мне Рин. Обнимаю ее, проводя по прядям, ставшим короче. И у меня какое-то чувство вторжения, как будто что-то злое коснулось того, что мне дорого.<br />- Потому что его не волнует, что думаю я? &#8211; Теперь уже искреннее. &#8211; И при чем здесь отец? И, вроде бы, я очень много из того, что думаю, только что сказал.<br />Очень много слов, которые дошли до адресата как-то иначе. Рин полагается на дар, я же пытаюсь объяснить, что не бывает всесильной магии, и на любую найдется другая. Рин морщится и уходит в ванную, погружаясь в воду, а я отчего-то робею, может быть, дело в своей вспышке, может быть, потому что вдруг думаю, что понимаю, отчего так завелся. Мир, в котором заклинание пролетело чуть ближе, а дар не помог&#8230; Мир, в котором я ее потерял.<br />Да, наша свадьба не предвещала ничего подобного, я не был в восторге от идеи, невеста тоже, и всем это показала, обещая мне веселую жизнь. Изначально все пошло не так, но потом начало налаживаться, мы стали пытаться идти в одном направлении и узнавать друг друга с разных сторон. Медленно, но верно, как-то все дошло до места, в котором мы сейчас. Я у кромки ванной, в которой Рин уходит под воду, выныривает и вместе с брызгами дает мне обещание, что все будет хорошо.<br />- С тебя слово, Рин. Не пугай меня больше так сильно.<br />Касание пальчика к носу, такое детское и милое, заставляет мои губы дернуться в улыбке. Я ловлю ее мизинец своим и перекрещиваю&#160; - клятва, как в детстве. И кто сказал, что магии в ней меньше, чем в каком-нибудь непреложном обете?<br />- Ты обещаешь не рисковать почем зря? И не считать себя неуязвимой? И не лезть к опасностям, когда можно избежать их?<br />Я смотрю на нее серьезно, демонстрируя сцепленные мизинцы. Она смеется и дает слово, а после в меня снова летят брызги воды, и она ныряет, чтобы вынырнуть и выйти из воды, обернувшись тканью, а после откинув. А я еще думаю, что эта клятва очень важна для меня, и она сама тоже. И как она может удивляться тем, что я кричу, понимая, что смерть прошла от нее в прямом смысле в волоске. В пряди волос.<br />А она говорит о маслах, о чем-то таком вновь другом и несерьезном, как будто все, что сейчас произошло, осталось где-то далеко позади. А мне хочется дотронуться. Наоборот, закутать и спрятать, укрыть, унести и никому никогда не отдать, чтобы никто даже пальцем, даже волшебным словом не посмел причинить ей вред. Я кутаю Рин в полотенце и несу в спальню, уж не знаю, как сильно она разочарована, или нет, но укладываю на постель, она что-то говорит о моем смущении и о браке, а потом с иронией замечает, что не съест меня. Возвожу глаза к потолку, силясь сквозь камень разглядеть небо, наверняка уже совсем черное, усыпанное яркими звездами, как бывает в местах, далеких от больших городов.<br />- Я ей об одном, а она про другое. Ложись. Но учти, что вряд ли я прекрасный массажист. Всего лишь чуть лучше, чем оратор.<br /><br /></p> <p>Наверное, глупо задаваться вопросом, что с этим миром не так, когда сам находишься в облике собственной жены, а она в твоем. Но вот ты только думаешь, что все получается, и вдруг вот этот странный эксперимент сестры случайно показывает, что все может лишь только так казаться. Рин смеялась, целовала в лифте перед работой, а тут, на работе, ее беззастенчиво касается человек, с которым она&#8230; На касание которого ее тело отзывается, и я не могу успокоиться. Просто во Франции, вдали от всего этого, Рин казалась счастливой. Мне казалось, что ей нравится то, что было там, нравилось быть там со мной, она была искренней. Она хохотала, она дразнила и шутила, она была рядом. Она целовала и отзывалась на мои прикосновения, тянулась ко мне. Я объективно знаю по поцелую в лифте, что она чувствует, когда ее целую я. И как она хочет, чтобы я ее целовал, это тоже она показала. Только вот это все касается нам, и я никогда бы не подумал, что сейчас снова сюда окажется втянутым еще кто-то. Кому-то позволено вот такое прикосновение к ноге Рин, и это не только я. Сцены, мелодрамы и выяснение отношений, совсем по-французски &#8211; закатила бы Рин глаза. Но вопрос сам вырывается почти первым делом, когда я вижу ее &#8211; в своем облике &#8211; не могу его остановить. Но это и к лучшему. Пусть она скажет мне прямо все, что думает, и не сыворотка правды станет этому причиной.<br />Рин выгоняет испанцев (они всего за половину дня научились ходить по струнке и складывают пергаменты стопкой на краю стола) и просит от меня предысторию моего вопроса, а мне кажется, что вопрос и без предыстории я могу задать и получить на него ответ. Какая разница, что тому послужило причиной?<br />-&#160; Какая разница, что сказал Дарон? И случилось ли что-то. &#8211; Я беру в руки чашку (удивительно, обычно это моя прерогатива &#8211; угощать напитками у себя в кабинете, а здесь как будто и кабинет уже не мой, и я здесь на приеме, на встрече) и смотрю на Рин, кофе мне не хочется. &#8211; Разве это играет роль?<br />Рин не получив ответа, достраивает цепочку мыслей, как и обещала. Ей не приходится долго ломать голову, догадывается она очень быстро и повторяет прикосновение, я ставлю чашку на столик и гневно вскидываю голову, ловлю ее руку и отпускаю.<br />- И что, ты скажешь, что это нормально?<br />Две вещи смущают, не только касание, но и отзыв&#8230; А она фыркает и задает вопрос про ревность. Ревную ли я?<br />- Да! &#8211; Нет, блин, она что, считает, что&#160; мне совершенно безразлично, что бывший моей жены считает нормальным мило погладить ее по коленочке, пока никто не видит? А она, кажется, не видит состава преступления вообще. &#8211; Вот именно! Приятно. Рин, это твое тело. <br />Тыкаю пальцем себе в гораздо более выдающуюся грудь, а она возвращает руку и продолжает касаться, как бы подчеркивая свой вопрос, на который ответ она знает.<br />- И да, я ревную. И не понимаю. <br />И я расстроен и не знаю, что делать, а ответа на мой вопрос все еще нет, как ни бывало.<br />И Рин качает головой и тянет меня, а расстановка сил у нас сейчас не в мою пользу, и я теряю равновесие. Хорошо еще, что кофе успел поставить на столик. Рин вздыхает о дне и брате, гвоорит, что&#160; я с каких-то пор ему нравлюсь.<br />- Вряд ли с тех пор как поменялся обликом с его сестрой и пришел под ее видом на ее работу?<br />Я ворчу по инерции, пока Рин объясняет, что хорошее можно найти во всем, если захотеть. Захотеть. Чем-то напоминает мне мои собственные слова, сказанные когда-то. Поднимаю на нее глаза, смотрю в свои, но выражение моих глаз каким-то образом повторяет ее выражение. Глаза не обмануть. И никакое оборотное зелье не проведет того, кто на самом деле хорошо знает человека, которого пытается изображать кто-то другой, даже по таким мелочам, которые вдруг оказываются очень важными. Я слушаю, и она проводит по моей (ее) щеке пальцами, и от этого касания уголки губ сами собой хотят приподняться вверх. Почему-то оно кажется теплым, хоть и такое простое. Она говорит о хорошем и, наконец, отвечает на мой вопрос, называя мужем и спрашивая, не упустила ли что-то она?<br />И я думаю о том, чего она еще не знает. Что я не говорил ей о том, что уже понял. Но она целует меня-себя снова, и опять все странно, но, если закрыть глаза&#8230; то можно не заметить, как открывается дверь в кабинет уж как минимум. Зато у нас образовывается неделя и сразу же две законного отпуска и подозрения уже нескольких человек в нашей совместной с Рин адекватности, но разве это играет значение, когда явных бонусов от подобных «странностей» только больше? Я фыркаю, когда за начальником закрывается дверь.<br />- Значит, Эймунду нравится Ним, Дарон в курсе и ты в курсе, но он трогает по коленке тебя, а ты&#8230;<br />Я смотрю на Рин с сомнением, периодически указывая в разные направления, как будто означенные люди находятся где-то здесь, и я указываю в их сторону.<br /> - Знаешь, звучит совсем не очень. &#8211; Склоняю голову и внимательно на нее смотрю, а потом тянусь и так же провожу по ее лицу кончиками пальцев. &#8211; А вот две недели отпуска звучат намного лучше. Ты&#8230; собиралась с ним поговорить? Про привычки? &#8211; И я улыбаюсь. &#8211; Да,&#160; я твой муж, а ты моя&#8230;<br />И прерванный на самом интересном месте поцелуй уж точно требует продолжения, а фраза&#8230; Иногда не обязательно говорить, чтобы объяснить, что имеешь в виду.<br />Рин напоминает о зелье и о том, что, раз работа на сегодня, видимо, закончилась досрочно, нам нужен новый план. И спрашивает про удар, фыркая снова. <br />- Я старался. &#8211; Пожимаю плечами, поглядывая на собственный кулак. &#8211; Скажем так, от всей души. А день... Да уж, день тот еще. Но ты говоришь, что ото дня ничего не зависит?<br />Обнимаю Рин, которая все еще меня выше. <br />- Знаешь, вот к обуви, к юбке, к волосам, ко всему этому я мало-мальски привык, но разница в росте&#8230; А еще ммм, вот то, что ты дала в коробке, в этом точно невозможно ходить, Рин, но красиво, но дышать&#8230;<br />Рин тянет руку, уводя куда-то. Трансгрессируя нас обоих в новое для меня место. Осматриваюсь в полупустой квартире и оборачиваюсь на Рин.<br />- Значит, вот здесь ты собиралась прятаться от меня? &#8211; Я тянусь к ней и касаюсь все еще своего лица. &#8211; А в итоге меня же сюда привела, ммм&#8230; Не пожалеешь?<br />Мне бы хотелось, чтобы действие зелья закончилось прямо сейчас. Чтобы я снова вырос и мог притянуть к себе Рин привычным уже жестом и поцеловать, правда, зная, новое, немного иначе.&#160; Попробовать что-то другое и увидеть эмоции не на своем лице, а на ее. А пока я могу приподняться на цыпочки и закрыть глаза, только представляя это. Улыбаюсь.<br />- Так что в итоге это место для нас, чтобы сбежать от остальной семьи? &#8211; Оглядываюсь и тяну Рин вглубь квартиры, к высоким окнам, рассматривая необжитое помещение, но уже вижу, каким уютным оно может стать. &#8211; Две недели? Мм&#8230; Ты слишком скромного мнения о моих способностях. Правда, я чувствую, что мы придумаем, чем заняться, кроме поиска шкафчика в прихожую, и время может пролететь незаметно и, ммм&#8230; Если бы не моя сестра с ее зельем&#8230;<br />Кидаю на Рин взгляд из-под ресниц. Кокетливый взгляд снизу вверх, и пальцами веду линию по скулам вниз вдоль ворота свитера, в который она меня нарядила. <br />- Тебе точно нравится этот свитер? Не хочу показаться самовлюбленным, но мне кажется, что без него мм&#8230; Точно лучше.<br />Я прикрываю глаза и негромко смеюсь.<br />- День слишком странный. Очень. &#8211; Тянусь к ней и обнимаю. &#8211; Знаешь, что нам нужно?<br />Вещей здесь нет, кровать, наспех укрытая покрывалом, камин, все, что я успел увидеть. Очень много пространства и вечер, опускающийся на город. За нашим окном загорается все больше огней. Я делаю взмах волшебной палочкой, и начинает играть музыка. Негромкая мелодия окутывает нас и заполняет комнату, подталкивает нас друг к другу. Я тянусь к Рин и кладу руки ей (все еще в своем облике) на талию, в ритме музыки начинаю двигаться и утягивать ее за собой.<br />- Две недели только для нас в убежище, где никто не будет искать. &#8211; Мурлычу ей на ухо. &#8211; Мне нравится мысль. &#8211; Еще одно незаметное движение палочкой, и гаснет свет, только за окнами остаются огни вечернего города. &#8211; А так даже может показаться, что зелья нет. Хотя бы не нужно все время закрывать глаза&#8230;<br />Я тянусь, чтобы вновь ее поцеловать, и все странности дня кажутся чем-то не столь уж значительным, ведь мы это мы, а все изменения временны. <br />Утром я просыпаюсь, но еще какое-то время не открываю глаза. Я чувствую руки Рин, чувствую свои, обнимающие ее. Осторожно, чтобы не разбудить, веду пальцами по ее спине вверх и улыбаюсь, зная, что увижу, когда открою глаза. Рин спит, от движения она двигает плечами во сне, я останавливаю движение и, приоткрывая глаза, тянусь, чтобы поцеловать ее в волосы. Темные, прямые, отрезанные до плеч. Все вернулось на круги своя. Очень странный день закончился, но только мы на новом месте, и дело даже не в квартире, в которой еще никто не обживался. Благодаря смене обликов мы узнали важное и ответили на вопросы, каждый на вопросы другого, но и на свои. Я выбираюсь из постели как можно более аккуратно и ищу в квартире кухню, надеясь, что она обустроена как надо. Домовиков здесь нет, и дом стоит в маггловской части города, хотя явно вокруг квартиры все окружено магией, жилище аврора, как никак. Еды в кухне нет, но из окна с панорамным видом я запросто могу увидеть пекарню в доме напротив. Уже на выходе я соображаю, что галлеоны в мире за пределами квартиры вряд ли прокатят. Заклятие «конфундус» запросто выйдет мне боком, так что остается использовать только то, чем меня наделила матушка (и природа, и моя собственная). Я открываю дверь кафе, небрежно откидывая волосы назад и чуть рассеянно улыбаясь. Эмитировать французский акцент я умею хорошо.<br />- Здр&#8217;авствуйте&#8230;<br />У меня мало времени, чтобы долго разыгрывать спектакль, так что придется играть укороченную версию с применением всей имеющейся тяжелой артиллерии. Улыбка становится шире, взгляд одухотвореннее. Быстро провожу рекогносцировку, переводя взгляд с молодого человека на барной стойкой на девушку, убирающую со столика посуду. Бить будем на поражение &#8211; решаю я. История о буквально вчера вечером приехавшем к девушке французе, который хочет порадовать любимую, а деньги еще не поменял (если хочешь врать, оставь максимум правды, но надели ее нужными в данный момент подробностями) захватывает обоих, жестикуляция, улыбки, доверительный тон, одухотворенный вид. В общем, меня собирают под честное слово, а парень, когда я в сотый раз говорю свое «мерси», подмигивает и говорит, мол, не нужно так сильно давить на слово «девушка», здесь, в Британии, люди свободны любить, кого хотят. Я делаю ресницами хлоп, соображая, что, кажется, только дополняет соображения парня, который мне подмигивает, а официантка приоткрывает дверь. Ним бы аплодировала &#8211; думаю я, спеша обратно к Рин. Правда, последний эффект вышел непреднамеренно, мне еще есть, к чему взять у сестры мастер-класс.<br />Так что, когда Рин просыпается, у меня уже есть свежий кофе и круассаны, джем и фрукты, и, поставив все это на столик рядом, я опускаюсь на постель к Рин.<br />- Доброе утро&#8230; - Целую ее, весь порядочный Лондон уже подумывает об обеде, а мы только просыпаемся. &#8211;&#160; Рад видеть тебя, а не свою физиономию, знаешь, так мне нравится гораздо больше. И нам нужно купить кофе, чай, и запас каких-то продуктов, которые могут храниться подольше и&#8230; <br />Еще один поцелуй не заставляет себя ждать. Делать покупки мы еще успеем, к тому же, многие из них можно совершать, не вылезая из постели, службы доставки никто не отменял.<br />&#8212; А пока нас выручит кафе напротив. Выручило. Правда, магловских денег у меня нет, но пришлось подключить генетическое умение уговаривать людей. &#8212; Гены вейлы в крови, сестра, которая умеет всем нравиться себе на пользу, я тоже так могу, если очень надо. &#8212;Только я так хотел раздобыть нам завтрак в постель, что, кажется, слегка перестарался, и половина сотрудников кафе считает, что я гей... Который обещал занести деньги попозже. &#8211; Вручаю ей кофе, фыркая, и забираюсь рядом под одеяло, обнимая. &#8211; Расскажи об этой квартире? Ты купила квартиру, думая, что свадьбы не будет, и она оставалась у тебя, как место, где ты сможешь быть одна, твое место, где никто не найдет? Почему здесь так мало всего?Смею робко надеяться, что причина в том, что место для описанных мной целей так и не пришлось использовать. Бросаю на нее осторожный взгляд, думая над этим.<br />- Ты когда-нибудь сбегала сюда? У тебя было место, чтобы, ну&#8230; Надоедливый муж не чирикал над ухом, его сестра не пыталась ставить очередной эксперимент, стены замка Розье не давили.<br />Показать квартиру мне &#8211; как признаться, что всегда имела запасной вариант, а теперь он не нужен. Теперь это наша тайна, а не только ее. Это очень личное, то, чем Рин поделилась со мной, и куда впустила меня вчера. Тоже новое место, в прямом, и в переносном смысле.<br />- Ты думала, какой хочешь видеть квартиру? &#8211; Я улыбаюсь, рассматривая, как Рин держит стаканчик с кофе, как подносит к губам и делает глоток. &#8211; Мне почему-то кажется, что вензеля и ангелочки &#8211; не наш вариант, но, если ты, кончено, хочешь, мы всегда можем уточнить у дедушки, где он брал все эти балдахины и скульптуры и позолоту&#8230;<br />Начинаю смеяться и падаю на подушки, вспоминая сюрприз, который дедушка устроил приехавшему в гости внуку и его жене. Оборачиваюсь на Рин, касаясь ее спины костяшками пальцев, ведя линию вниз. Она больше не передергивает плечами и можно не бояться ее разбудить. <br />- Окна здесь фантастические. И очень много воздуха. Это здорово.<br /></p> <p>Непогодой &#8211; а именно так встречает нас зеленый остров, - жителей Корнуолла не испугать. Меня гораздо больше тревожит другая встреча. Портал переносит нас на вершину холма, невысокого, остров вообще не очень славен рельефом, покрытого вереском, а внизу белыми обрывками лежит туман. Там, в тумане, угадываются очертания крыши, старинного дома семьи МакКиннон, сложенного из серого камня. Крыша во мху, ветви деревьев раскинулись над оградой. И приятный теплый свет в окнах. Гостей ждут.<br />Ждут внуков, ждут их друзей. Сдается мне, что Ним тоже ждут, а вот меня &#8211; не уверен. Если на нашей свадьбе Рин бунтовала, выйдя к гостям в черном платье, то ирландская сторона ее семьи заявила свой протест громче, просто не явившись. Гордые ирландцы не продают своих, а чем еще они могли посчитать нашу свадьбу, кроме этого? И, если уж отменить решенное никто не сумел, они просто решили не принимать в этом никакого участия. Как будто у Рин и вовсе нет никакого мужа. Как будто нет нашего брака, нет нас. Так что не думаю, что моему визиту здесь обрадуются. Хотел бы я заявить, что мне все равно, но нет. Эти люди, к которым мы приехали &#8211; семья Рин. Моя семья. <br />Все, кто приехал, уже уверенно шагают к дому. Рин искренне рада, я знаю, здесь она могла наконец-то скрыться от своего отца и чувствовать настоящую жизнь, хоть и всего ничего по сравнению с остальным временем у них в замке. И я улыбаюсь, пытаясь не показывать, что волнуюсь. В конце концов, я есть, и рано или поздно и МакКиннонам пришлось бы взглянуть в глаза правде, даже если она для них оскорбительна. <br />Мы спускаемся по каменистой дорожке и проходим в ворота из камня и настоящих живых ветвей старого дуба. Касаюсь дерева, непроизвольный жест, как будто хочу почувствовать это место, стать ему ближе. Дерево теплое, оно живет много лет. Оно хранит память, и этот день останется в его памяти, как и много веков до того. Дерево запомнит меня. Нас.<br />Нас встречают. Встречает Марлин, обнимает кузенов, улыбается Ним, приветствует меня. А за ней целая толпа других людей, знакомых, и нет, много голосов, смех, радостные возгласы. Я как будто оказываюсь в водовороте, но не знаю, куда грести, и стою на месте, как дурак. Так можно и утонуть. Я могу только улыбаться и говорить слова приветствия, быть вежливым. Кто-то кивает мне, но отворачивается, переключая внимание на другого, а кто-то идет прямо на меня, но проходит мимо, чтобы хлопнуть по спине Эймунда, он здесь среди своих. Ищу глазами Рин &#8211; она как раз подбегает к дедушке, который сперва осматривает ее с ног до головы, а потом хохочет и заключает в крепкие объятия. Улыбаюсь искренне. Такая радость, это здорово. Марлин не теряется, подводит меня к сестрам и братьям. Кого-то из них я помню по школе, кого-то вижу впервые. Все перемешивается, и водоворот заносит всех в дом.<br />В доме потрескивает камин, пахнет вкусной едой, и общий гомон стихает. И я с удивлением понимаю, что я первый раз в таком доме. Я впервые в гостях в семье, а не на светском приеме, где все играют по заранее понятным правилам. Здесь правил не будет, потому что не будет игры. И я знаю, что, несмотря на то, что все делают вид, что на меня не смотрят, за мной следят. Оценивают, сравнивают, размышляют, делают выводы, только им одним известные. Я давно усвоил, что как ни старайся, нравиться всем не будешь, но я не хочу, чтобы выводы были поспешны. Я хочу, чтобы эти люди узнали меня, попробовали дать мне шанс. Рин ведь дала.<br />Дала спустя время &#8211; подсказывает мне память, и я фыркаю себе под нос, ищу ее взглядом в толпе. Ирландцы гордые и рубят с плеча. Если Ним говорила, что Розье вода, то МакКинноны &#8211; самый настоящий огонь. Казалось бы, невозможное сочетание, а поди ж ты. Рядом со мной оказываются Ним и Дарон. Другая фамилия, но частица этого самого огня есть в нем. Он сам представляет нас главе семьи. Дедушка Рин смотрит на обоих внимательно. <br />- Очень рад познакомиться, мистер МакКиннон, Рин много о Вас говорила.<br />Я единственный, с кем он не знаком. Но он знаком с Ним, и сестра всегда знает лучше, как сгладить углы или скрыть любую неловкость. Она вспоминает что-то, что было с ней здесь, переводит тему на наш замок и наше детство, глядит на меня с улыбкой.<br />- Да, Эван?<br />С улыбкой «да не стой ты столбом, глупый брат, скажи уже что-нибудь».<br />- Да, когда Ним возвращалась, у нее всегда была куча историй и очень много идей, которые нужно было осуществить. <br />И всегда много друзей, во всех частях света. Нет ни одного места, где была бы моя сестра и не обзавелась дружественными связями. Я не такой. <br />- Мне всегда казалось, что здесь живет настоящая свобода, и теперь я вижу, что так оно и есть.<br />- Жизнь здесь настоящая. &#8211; Обрывает меня мистер МакКиннон. &#8211; Ну, пойдемте к столу, обед стынет.<br />Рин оказывается рядом и просит быть со мной полегче. Дедушка что-то хмыкает, кто-то закатывает глаза. Мы уходим к столу и занимаем свои места, я между Рин и Марлин, очень спокойное место.&#160; Нахожу ее руку под столом, чтобы привлечь внимание.<br />- Не надо. Все нормально, просто они в первый раз меня видят. &#8211; Я не хочу, чтобы что-то портило Рин настроение. &#8211; Не беспокойся, я не пропаду.<br />Но, говоря откровенно, мне до невозможности приятно было услышать, что она меня защищает. И слова Рин согревают после холодной мороси с улицы намного лучше, чем любой камин.<br />Меня видят в первый раз, но подумать обо мне успели многое. Я был тем, кто дал согласие на так возмутивший МакКиннонов брак, и я, в отличие от всех остальных, нездешний. Я не тот, кого они хотели бы видеть на этом месте, у них в головах был совсем другой план, почти решенный, а тут появился я со своей покорностью обстоятельствам, разрушивший его. И пусть сейчас Рин просит быть со мной полегче, для них это вряд ли что-то меняет. Точнее, наверное, поменяет, только должно пройти время. Но сколько времени &#8211; вот вопрос.<br />- Послушай, к тому, что кто-то мной недоволен, я привык.<br />Хочу пошутить, но шутка выходит какой-то странной, кривой, и Рин не нравится. Знаю не понаслышке, а по собственной ноге, на которую она наступает мне с чувством. Улыбаюсь, кидая на нее смешливый взгляд.<br />- Хорошо, что не вилку. Не злись. Все будет в порядке.<br />Глажу ее пальцы под столом, но начинается застолье, и руку Рин мне приходится отпустить. Еда в Ирландии простая, но сытная и вкусная, домашняя еда. А виски, про который Рин тоже много рассказывала, правда очень хорош. Я привык к крепким напиткам и знаю свою меру. Но только когда Рин отходит, и на ее место садится ее дедушка, вопрос о норме, кажется, переходит на второй план. Со мной хотят поговорить, и больше не о погоде. И я начинаю первым.<br />- Я понимаю, вам кажется, что все из-за меня.<br />Что я не на своем месте, что ничего не сделал, чтобы этого избежать. Что не спорил и не пытался бунтовать, а сделал свадьбу возможной. Рин говорила мне то же самое. И сейчас ее дедушка говорит. Он прав, ему плевать на любые обстоятельства, когда его внучке намеренно портят жизнь. И он не хочет слушать никаких возражений, он уверен, что могли бы быть другие возможности.<br />- Может, и так, но у нас есть вот эта возможность.<br />С шумом ставлю стакан на стол, янтарная жидкость едва не выплескивается на скатерть. Сколько раз нам уже подливали? Совершенно не помню.<br />- И я ценю то, что она есть. И что Рин дала ее. Возможность. Мне.<br />Большой глоток из стакана как будто придает мне сил.<br />- Я люблю Рин.<br />Мне кажется, что мы с мистером МакКинноном остались одни, и вокруг нет никого. Он смеется, оборачиваясь, смотря куда-то. Там фигуры людей, все перемещаются, снова водоворот, а я куда-то гребу, не понимая, куда меня вынесет.<br />- Ты любишь мою внучку? А она об этом знает?<br />Отвожу глаза, рассматривая виски в стакане. Жидкость как будто густая, наклонишь, окрашивает стекло и медленно стекает вниз тонким слоем жидкого янтаря. Нужно найти для Рин кулон такого цвета. Медовый и прозрачный камень с золотистыми искорками внутри. Там живет огонь. <br />- Мне должно быть плевать на все твои обстоятельства, ты знаешь? Она моя внучка.<br />И к моему огромному удивлению, хлопает меня по спине и уходит. И я уже не понимаю, что реально, это, или то, что я, кажется, сказал то, что не должен был говорить. <br />Голос Рин, дескать, снова виски, и снова без нее, доносится откуда-то издалека. Я развожу руками.<br />- Мы с твоим дедушкой&#8230; Поговорили. Не знаю только, поняли ли друг друга. Но надеюсь, что да.<br />А она смеется и треплет меня по волосам, тянет куда-то идти.<br />- Куда?<br />Иду послушно, уже не очень улавливая смысл ее слов. Понимаю только, что, кажется, поддался на провокацию.<br />- Рин, он меня напоил. &#8211; Плетусь за ней, осознавая свое мироощущение в этот момент. &#8211; Вышло что-то странное, странный такой&#8230; разговор. Совсем. Прости, если я&#8230;<br />Моей головы касается подушка, и мир пропадает до следующего утра. А утро напоминает мне утро другого дня.<br />- В следующий раз напомни мне больше никогда не пить с твоим дедушкой.<br />Отчего-то мне кажется, что следующему разу быть.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Mon, 24 Feb 2020 00:48:03 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57096#p57096 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57090#p57090 <p>Легкость, с которой дорнийцы относятся к жизни, наверное, кажется удивительной для всех остальных, кто живет по в настоящий момент другую сторону Узкого моря. Но только Дорн знает, что эта легкость на самом деле – самая крепкая связь, самая могучая сила, ведущая нас вперед. Уехать из дома, чтобы с радостью снова ступить на родной берег. Чтобы, сравнивая все увиденные в путешествии краски, вновь убедиться в том, что дома они ярче в тысячи раз. И снова быть готовыми сорваться с места. <br />Легкость, открытость к новому. Места, еда, впечатления. И способность принимать себя и свои желания такими, какие они есть. И других людей принимать точно так же. Не стремиться переделать, но знать, что они рядом, соглашаться с их привычками, которые могут показаться странными, лишь бы не приносили вреда им самим. Бывают исключения из правил, но в целом у каждого дорнийца есть голова на плечах, и он ей дорожит. Но хочет, чтобы это «дорожение» не стояло на пути его желаниям жить. Жить ярко и так, как хочешь, это ли не главная особенность Дорна? И если зависеть, то только от тех, от кого зависеть ты хочешь – от тех, кто тебе важен.<br />Наша семья важна, важно поручение отца, ответственная миссия, с которой мы едем в Волантис, я и Ним. Важно, чтобы мы не были раскрыты, поэтому мы придумываем на ходу, и наша игра обрастает подробностями, слово за слово, и в глазах новых знакомых, которые нужны, чтобы дать нам самое надежное алиби, уже рисуется картинка. Но дело не в ней, не в картинке, которую мы хотим изобразить, ничего не имея за ней. Дети одного отца, которые иногда слишком внимательно и слишком долго смотрят друг на друга, иногда думая, что все могло быть иначе, если бы не… Даже в Дорне есть рамки, которые люди не позволяют себе разрушить. Кто-то должен стать первым?<br />Пока мы придумываем легенду, но вписываем в нее то, что нам хочется сделать на самом деле. Мне хочется – я знаю, - не ради легенды коснуться шеи Ним губами, не ради нее взять ее за руку, а наша история позволяет делать все, не пробуя это скрыть. Ним же… Она могла бы прекратить все, ведь даже за странно возникшее в голове имя я получил тычок под ребра, но она не делает этого. Она опирается на меня, когда я ее обнимаю, выводит узор у меня по ноге, когда мы в театре, и, кажется, за происходящим на сцене не следим мы оба, и не потому, что в&#160; это время где-то на другом конце города происходит то, ради чего на этот раз мы сюда приехали. Все дело в нас? И я знаю себя, знаю, чего я хочу. Теперь я могу облечь это в слова. Но мне нужен ответ. Мы достаточно долго молчали. Пан или пропал.<br />Уже на корабле, когда нас двое, и не нужно больше играть, я вновь заговариваю о том, что услышал. <br />- Ммм… Мне больше нравится только первая часть. И вторая ее не отрицает. – Обнимаю ее пока еще легко, шутливый тон, который скоро должен стать серьезным. Она поймет, что я не шучу. – Не знаю, говорят же, что моя мать с Севера. Северные корни. Так что не ты привезла меня сувениром, а отец. Для тебя.<br />Для нее темноволосый мальчишка, к которому не липнет загар, так же, как и к ней. Для нее младший брат, который вырос и мечтает о многом. Для нее человек, который обнимает сильнее, вдыхая аромат ее волос, когда она так близко.<br />- Имена мы еще успеем придумать, Ним. Много имен…<br />Говорю, наклоняясь к ней и касаясь губами ее губ. Вопрос, чтобы окончательно понять, чего хотим мы оба. И она тянется ко мне, и поцелуй, который был сначала осторожным, становится таким, какой он есть – долгожданным. <br />- Но что-то можно?<br />Я улыбаюсь, не выпуская ее из объятий, прерываясь только, чтобы вдохнуть и сказать эту фразу, прежде чем снова поцеловать, забывая, где мы, кто мы есть и зачем мы здесь оказались. Впереди у нас целая жизнь, которую, мне кажется, нам суждено разделить… Но пока другой корабль виднеется впереди, и нам придется временно разорвать объятия и доделать дело, которое кажется уже совсем не таким важным, но отца подвести нельзя.<br />В каюте Ним разворачивает сверток, и перед нами меч, валирийская сталь, такой красивый и редкий, настоящее сокровище и самый верный помощник в умелых руках. В Дорне в почете чаще оказывается другое оружие, но мечом владеть учатся все. Я, наверное, странный, но я выбрал меч своим оружием, несмотря на это. Меч, который мы забрали, как родной ложится в ладонь.<br />- Самый лучший меч, что мне приходилось держать в руках.<br />Я делаю пару движений кистью и смотрю, как играют на стали знаменитые темные полосы. Красиво. <br />- Понимаю, почему за такие мечи такая драка, но не понимаю, как можно держать их на стенке, как будто украшение. Меч должен служить, быть продолжением руки и быть готовым прийти владельцу на помощь. А иначе это уже и не меч как будто.<br />А Ним говорит, что меч для меня. Оборачиваюсь на нее, положив оружие обратно.<br />- Но он стоит целое состояние. Это прекрасный меч, но я… Я не лучший мечник в Вестеросе, чтобы им владеть.<br />Я растерянно хлопаю глазами, а Ним подходит и целует, и меч уходит куда-то далеко. Гербы? Состояние? Задание отца? Ним рядом, вот, что самое главное. Она говорит о ткани, и я фыркаю, вновь касаюсь губами ее шеи и провожу рукой по кромке ворота ее платья, поднимаясь к плечам, к лямкам, которые хочется стянуть.<br />- Эту ткань открывать мне нравится намного больше. Мое сокровище – ты…<br />Она и то, что мы поняли, благодаря этой поездке. Мы обрели гораздо больше, чем меч из валирийскрй стали. Меч просто меч. А важно – она и я.<br />Дом встречает нас жаром пустыни, смехом на улицах и запахами специй. Завернутый в ткань меч висит у меня за спиной, а мы идем с Ним, держать за руки, и привычный порт кажется каким-то не таким. Мы уезжали отсюда с одними мыслями, а возвращаемся с другими.<br />- Мне кажется, мы выиграли у отца. Ну, если не выиграли, то хорошо развили семейные традиции. Конечно, это не первая дочь в четырнадцать, но тоже мм… Неожиданно. Или ты думаешь, он знал про все? Думал, что рано или поздно?<br />Может быть, да, может, для отца мы станем сюрпризом. Но я знаю одно – он не встанет против нас. Отец любит нас и, даже если он бывает не согласен, принимает нас теми, кто мы есть. А мы выбрали путь.<br />- Сувенир с Севера. Я твой, а ты моя.<br />Мне кажется, эта история и эти фразы останутся с нами на всю жизнь, как и история, случившаяся в Волантисе. И это здорово. Мы оба любим их. <br />Сувенир с Севера, однако, любит юг. В один из вечеров, когда спадает жара, мы с Ним берем лошадей и скачем вдоль берега дальше от Солнечного копья. Мы не едем в Водные сады, я хочу оказаться где-то, где не будет совсем никого, кроме нас. Пляж, закрытый скалами со всех сторон, прячет нас от посторонних взглядов, позволяя побыть вдвоем. Солнце опускается в воду, когда мы пробираемся на побережье. У меня в сумке фрукты, я достаю вино и разрезаю красный апельсин. Сок течет по рукам, когда я протягиваю Ним кусочек.<br />- Здесь очень тихо. – Только шуршание волн о берег и то, как лошади переступают с ноги на ногу, разрушают тишину. – Я люблю дом, но иногда хочется вот такого… Смотри, что у меня есть.<br />Достаю мешочек и выкатываю на ладонь белые шарики, от которых разносится сладкий запах.<br />- Вот настоящий сувенир с Севера. Попробуем? Я сам еще не.<br />За сладкой твердой оболочкой оказывается горькая ягода. Я смотрю на Ним удивленно, когда раскусываю первую, а потом смеюсь.<br />- У этих северян даже конфета чудная. Но что-то в этом сочетании есть.<br />Ним тянет меня за прядь волос, и я тянусь к ней. В небе загораются первые звезды, а мы совсем не обращаем на них внимание.<br />Я иду по белому песку и слышу, как он хрустит под ногами. Моря нет, а есть только бесконечный пляж. Я слышу хруст и понимаю, что на много лиг вокруг никого, кроме меня, здесь нет. Я останавливаюсь, оборачиваюсь вокруг своей оси, проверяя, но никого не вижу. Внезапно, моей щеки касается что-то холодное. Подношу руку и вижу – вода. С неба начинают падать холодные хлопья, которые очень быстро прекращаются в воду, я стою, но знаю, что мне нужно идти вперед. Там, впереди, кто-то зовет меня. Хруст песка становится другим, когда я делаю шаг, смотрю под ноги и вижу, что это уже не песок…<br />- Снег.<br />Я открываю глаза одновременно со словом, которое выдыхаю, и не уверен, что произнес его только во сне. В небе мириады звезд, и песок – настоящий песок. Откуда здесь взяться снегу? А еще мое движение, кажется, разбудило Ним. Обнимаю ее, целуя в волосы, не давая совсем проснуться.<br />- Странный сон приснился, все эти северные сладости виноваты. Спи.<br />Целую ее легко и прижимаю к себе, закрывая глаза. Правда, сон почему-то не отпускает. И то ощущение, будто меня зовут, еще со мной.<br /></p> <p>Теперь я знаю, каким бывает снег, каким холодным ветер, каким пустынным лес. Черно-белый мир, и я в нем чужак, бредущий на зов, не разбирающий дороги. Чужак, но в то же время какая-то часть меня как будто жила здесь давным-давно. И я быстро учусь. Быстро вспоминаю дорогу, быстро прохожу привычную уже часть пути, чтобы каждый раз открыть новый и новый кусочек. Иногда мне удается пройти вперед много, иногда я просыпаюсь, не закончив и знакомый уже отрезок. Как будто я живу на два мира, только один из них – в мире сна.<br />Мне это не нравится. Мне не нравится не понимать каких-то вещей и чувствовать себя фигуркой в чьих-то играх. Я знаю, кто я, где мой дом – здесь, где никогда не увидят снега, а ветер дышит огнем. Но, закрывая глаза, я уже не становлюсь настолько во всем уверенным. Иду как потерянный в лабиринте не моего мира, желая найти того, кто меня сюда притащил, думая, что, наконец-то, пойму, для чего, и это все прекратится. Я хочу этого и одновременно страшусь, но не подаю вида, стараясь относиться ко снам легче. Сны это сны. Первый раз ветка бьет меня по лицу через три месяца после того первого сна на берегу моря.<br />Я просыпаюсь, и от моего движения просыпается Ним. Я рассказываю ей, а вскоре она уже без рассказов все понимает. Я не хочу тревожить своими снами тех, кого люблю, но разве их проведешь улыбкой и «это только сон», когда они видят, как все происходит? Не нужно утаивать, лучше говорить – ведь мы выбрали друг друга и одну дорогу на двоих. На моей стороне попадаются замерзшие льдины. <br />Ним рядом, когда я просыпаюсь. Я еще как будто полностью не пришел в себя после сна, когда она отводит мою руку от лица, когда спрашивает, оставляет поцелуи. Я ловлю ее ладонь и целую кончики пальцев. Начинаю говорить.<br />- Зацепил ветку и получил от нее. - Улыбаюсь одними губами. Во сне, а все еще чувствую, как она хлестнула меня по лицу. - Ты знаешь, что так тоже бывает.<br />Да, только в этот раз все сильнее, намного сильнее. Наконец понимаю, что&#160; в комнате горит свеча, что подушка из-под моей головы вытащена и отброшена, что Ним смотрит мне в глаза, опираясь на меня, и ждет, что я скажу дальше. Тянусь к ней и целую, касаюсь ее лба своим.<br />- Ты не спала? Я тебя разбудил, или…?<br />Или она караулила мой сон, опасаясь того, что это опять начнется.<br />- Ним, эти сны не предугадать. Поверь мне, ты узнаешь, если я снова что-то увижу.<br />Как бы мне ни хотелось, чтобы этого не случалось. Заставлять о себе беспокоиться, да еще и будить…<br />- Магия… - Повторяю за ней это слово. В Дорне живут свободно и верят в то, что всякое может случиться на свете. Отец тоже считает, что это не просто сны, хоть и не называет их этим словом. Наш отец не любит непроверенной информации.<br />- Я сам не пойду ни к какой магии кроме твоей.<br />Прижимаю ее к себе, заставляя не опираться на меня, а лечь, опустить голову, и начинаю перебирать ее волосы. Говорю дальше, теперь уже то, о чем я подумал после. О том, что, оказывается, найти зовущего не означает все понять. И вздыхаю. <br />- Я думал, что все пойму, но стало только сложнее.<br />Ним слышит это и встает с постели. Покидает мои объятия – я смотрю удивленно.<br />- Куда ты?<br />Она зовет меня, не объясняя. Останавливаемся лишь в дверях, поцелуй – Ним тоже не хотела вылезать из постели и идти куда-то, но, видимо, ее план важнее возможности побыть за дверями нашей комнаты. Я тоже накидываю одежду, и мы идем к отцу. Ночь, но мы говорим вчетвером – Эллария тоже там, - о снах, я еще раз пересказываю то, что уже рассказал Ним. А она говорит, что нам нужно ехать. Удивленно поднимаю голову, вскинув взгляд.<br />- Ехать на Север? Из-за снов? Никто даже не знает, есть ли это место, которое мне снится, на самом деле, а, если да, что белый волк будет там. И что это вообще волк.<br />Перевожу взгляд на каждого по очереди, осознавая, что звучу неубедительно, пытаясь уговорить не только самого себя, но и всех, кто сейчас слушал рассказ. Отец сообщает, что мы придумали все вовремя – даже корабль на Север, который нам заберет, до завтрашнего дня в порту. Завтра мы отправимся в далекий путь. Так, как мы любим, спонтанно, без груды вещей. Но без каких-то вещей нам в этом путешествии не обойтись.<br />- Плащи… - Ним прижимается, и я обнимаю ее, притягивая для поцелуя. – Ох, Север большой, и где мы будем искать это место? Может, оно вообще за Стеной? Говорят, что там живут великаны, огромные слоны, покрытые шерстью и чудовища, каких не видывал мир. Не самое желанное место из тех, где мы бывали, мне намного больше понравился бы Браавос или тот же Волантис.<br />Сейчас, когда за окнами привычная пустыня, а меховых плащей еще нет в наших сумках, есть время, чтобы передумать. В здравом уме для того, чтобы отдохнуть и повеселиться, люди туда не ездят.<br />- Подумаешь, сны. Ним, подумай. Мы будем искать иголку в стоге сена, только и всего.<br />Но почему-то я думаю, что мы найдем подсказки. Возможно, во сне я увижу новую дорогу. Вздыхаю снова и тяну Ним за собой обратно к постели, провожу ладонями по плечам, скидывая халат, в котором она выходила и снова целую ее.<br />- Найдем, и что потом?<br />Вопрос остается без ответа, потому что никто не знает. Зато мы знаем, что у нас есть остаток этой ночи, несколько часов покоя перед долгой дорогой. Луна постепенно уступает место другому светилу, тому, которое на нашем гербе протыкает копье.<br />Плащ непривычно давит на плечи и сковывает движения. Не удивительно, что я в таком путался, цеплялся и скатывался под откосы крутых спусков вниз. Но плащ защищает от ветра и снега лучше чем что-либо другое, а снег, как говорят моряки, может выпадать даже здесь, в Белой Гавани. Сейчас еще осень, но плащи нам нужны. Мы привыкли к югу, и здесь все кажется более холодным, чем, возможно, оно на самом деле есть.<br />Север охвачен войной. Старший сын Эддарда Старка после казни отца надел на голову корону королей зимы и созвал знамена. Везде неразбериха, а нестабильность – время для того, чтобы из подполья показались те, кто обычно скрывался, чувствуя безнаказанность. Мы представляемся торговцами и смотрим по сторонам. В гостинице мы смотрим карту, прикидывая план. Меня начинают беспокоить сомнения. Ни одного сна за всю дорогу. Никаких ощущений, намеков, смутных чувств. Все глухо.<br />- Может быть, он про нас забыл?<br />Улыбаюсь и обнимаю Ним, но мне невесело. Иголка в стоге – то самое чувство. И как будто я не справляюсь с порученным мне заданием. <br />- Пройдем выше по реке. Встречным будем говорить, что едем в Винтерфелл. Во сне на земле был снег, а здесь его нет, еще слишком южно, нам нужно продолжать путь на север. Или ты считаешь, что королевский тракт безопаснее? Но тогда нам нужны лошади.<br />Возможно, это решение будет вернее, мы не будем ни от кого зависеть, ни от людей, которые ведут корабль вверх по реке Белый нож, ни от ее русла, с которого не свернуть. Но зато у нас будет теплая каюта и меньше шансов натолкнуться на какой-то сброд у дороги. Но сбродом может оказаться команда корабля…<br />- Почему, когда сны нужны, их нет, как это возможно? Нам нужна подсказка, вот теперь она нужна в самом деле, а нам ее не дают. Неужели того, что я видел, достаточно? Не будем же мы спрашивать у каждого, не видел ли он большого белого волка?<br />Я падаю на кровать и прикрываю рукой глаза. Абсурдность ситуации меня поражает.<br />- Волки… Волки есть в Винтерфелле, у детей Старков, может быть, это намек? Может быть разгадка всего – Винтерфелл?<br />Выбора у нас нет. Мы берем лошадей, выбирая свободу передвижения, ведь мы не знаем, когда нам может понадобиться свернуть. Движемся осторожно, останавливаясь в деревнях у дороги. Говорим, что едем в Винтерфелл, и сами держим путь туда, хотя заезжать с визитами в великие дома нам хочется меньше всего. Первые снежинки мы видим в сутках до родового гнезда Старков, там же, наконец, видим лес. Я останавливаю лошадь и вглядываюсь в деревья. Нет, это не то место, но впервые я понимаю, что мы на верном пути. Это чувство появляется само, и мое лицо светлеет.<br />- Ним, все не зря. Я не знаю, почему, но чувствую… Нам нужно проехать еще немного.<br />Во сне моя лошадь бредет навстречу огромной стене из снега и льда. Немного не получится. Но теперь мы знаем цель.<br />Уже подъезжая, когда знаменитая Стена появляется перед нами, мы оба приостанавливаем лошадей. Снежинки ложатся нам на плечи, мы ужасно устали от казалось бы бесконечного пути. Левее мы видим что-то напоминающее дым из труб – нам говорили, что городок, который зовут кротовым, расположился совсем к ней рядом. Но что-то подсказывает мне, что нам нужно не туда, а к главному замку Дозора. В Черном замке есть ворота, ведущие по ту сторону от Стены. Хотелось бы, чтобы они не пригодились.<br />В замке нас принимают, выделяют комнаты рядом с комнатами лорда-командующего дозором. Я понимаю, что люди, которых мы здесь встречаем, либо осужденные, которые выбрали это место как альтернативу смертной казни, либо те, кому больше некуда податься. Ну, или пришли сюда добровольно по велению сердца, жаждя стать стражем мира людей… Так это называется, да? Люди смотрят на нас, зная, что&#160; мы вольны покинуть это место, когда пожелаем, в отличие от них, раз и навсегда вычеркнутых из всего остального мира и оставленных на всеми богами забытом посту, о котором вспоминают только когда нужно очистить тюрьмы больших городов. Но нам это неважно, мы не собираемся задерживаться здесь надолго. Об этом я говорю с лордом-командующим, который спрашивает про новости с юга, которые вороны еще не успели сюда принести, он предлагает подняться на Стену, а Ним говорит, что больше хочет увидеть деревья, богорощу, и берет лошадь, выведав дорогу. Возможно, с высоты я смогу разглядеть тот лес, который прошел во сне весь вдоль и поперек? Я чувствую, что мы близко, но все равно никак не могу нащупать нить, как будто тянусь, и мне не хватает, чтобы дотянуться, одного миллиметра.<br />Когда мы с командующим возвращаемся, Ним ждет нас у основания Стены. Она выглядит взволнованной, я быстро к ней подхожу, только собираясь задать вопрос, как она заявляет мне, что влюбилась. Кажется, слова застревают в горле. Джиор Мормонт оставляет нас, и мне кажется, что он прячем улыбку. <br />- Что значит «влюбилась?» <br />Я ничего не понимаю. Описания путают меня только сильнее.<br />- Пойдем-ка в наши комнаты, ты мне все расскажешь.<br />Я хмурюсь. Не в настроении я играть в загадки и чего-то не понимать не хочу.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sat, 14 Sep 2019 23:28:24 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57090#p57090 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57089#p57089 <p>Это утро мы точно будем вспоминать &#8211; четыре часа разницы, мои попытки собраться и гораздо более успешные попытки Рейнис меня задержать. Наплевать бы на все и остаться сегодня дома, но нельзя подвести ее маму, ей нужна помощь, и праздник &#8211; наше общее дело. Приходится поспешить. Я еду в кафе раньше и занимаю свое место за барной стойкой, посетители один за другим переносятся в мир двадцатых. Неспешно приходят первые заказы, группа, которую пригласили на праздник, начинает играть, а я снова и снова кидаю взгляд на дверь, жду единственного посетителя, которому буду рад. Рейнис входит, и она в этот вечер самая красивая. Да почему в вечер, разве в вечере дело? Ко мне за стойку тем временем быстро забегает Призрак. Я удивлен, но тоже очень рад, треплю его по шерсти.<br />- Тебя встречают с фанфарами. &#8211; Отвлекающий маневр с громкой музыкой сработал, и волк с нами. &#8211; Не хотелось пропустить праздник?<br />Призрак довольно урчит, а я делаю кофе и ставлю чашечку с пирожным перед Рейнис. Спрашиваю, чего еще она бы хотела. Она предельно честна со мной. Улыбаюсь, глядя на нее из-под ресниц.<br />- Каждое утро &#8211; наше. И этот вечер тоже наш.<br />Или станет таким, когда я закончу работу. Элия обещала отпустить меня пораньше, чтобы мы с Рейнис могли оказаться по одну сторону барной стойки и стать частью праздника как гости. Пока мы по разные, только держимся за руки, а она ведет плечиком.<br />- Ты поэтому его выбрала, это платье?<br />Стянуть бы вторую, проверить, правда ли платье снимается так легко. Это можно будет сделать, но потом. Пока я захватываю лямку под ладонь и веду по руке вверх, возвращая ее на место, тянусь дальше по шее и вниз и чувствую прикосновение губ Рейнис к своей скуле. Улыбаюсь.<br />- Кофе всегда кстати. Даже, если стаканчик вдруг проливается, и кто-то чувствует себя очень неловко из-за этого и того, как потом пытается помочь.<br />Рейнис делает глоток, когда я припоминаю то, как мы познакомились. Кажется, у меня простаивают заказы, плохой я сегодня работник.<br />- Чуть-чуть, одним глазком. &#8211; Тоже смеюсь на вопрос о платьях. &#8211; Уже скоро, твоя мама обещала меня отпустить.<br />Но пока я при исполнении, а люди ждут свои напитки. Отхожу к кофемашине, делаю несколько чашек, кидаю взгляд на Рейнис &#8211; вдруг она заскучала? Но ей не дают скучать. Кто-то отчаянно старается завязать с ней разговор. Чашки снова оказываются заброшенными, когда я вижу, как какой-то парень пытается взять Рейнис за руку. Быстро оказываюсь рядом, а она еще быстрее &#8211; тянется через барную стойку, хватая меня за рукав, притягивая, и я тяну ее к себе, касаясь волос. Поцелуй, и следом еще один, грозящие прервать весь рабочий процесс.<br />- Я рад, что из всех бариста ты выбрала меня. Выбор был огромен &#8211; Со смехом указываю взглядом на своих коллег по кафе. Мы, кто тут работает, образуем странное трио, но в этом тоже фишка. Правда, выбор &#8211; вопрос интересный. &#8211; Хочу отвлекаться, кстати, знаешь, кофе кстати все-таки не всегда.<br />Когда я думал о том, что хотел бы скорее оказаться по одну с Рейнис сторону от барной стойки, не думал, что это окажется сторона персонала, но тут уже Призрак, никого из чужих, и так намного лучше. Проходя мимо, я не могу ее не коснуться, вожусь с заказами, когда чувствую прикосновение к ногам. Касание ног. Наше утро, все, что в нем было, ее слова о желаниях, все вспыхивает в памяти ярко и отражается на моем лице. Краснею и не шевелюсь, не хочу прерывать это или отходить.<br />- Звание работника месяца мне точно не грозит. &#8211; веду рукой по щиколоткам выше, разрез платья позволяет открыть ноги чуть сильнее. Нахожу браслеты, перебираю их, слышу звон. &#8211; Помогаешь мне работать? Или уйти пораньше?<br />Элия, кажется, как обычно, понимает все быстрее всех. Работа заканчивается, я целую руку Рейнис, прежде чем уйти в подсобку снять фартук.<br />- Ты обещала танец с бариста, помнишь?<br />И я помню вечер в Кастерли, когда Элия и Джейме показывали нам пример, наслаждаясь танцем и обществом друг друга.<br />Когда я возвращаюсь, играет танго. Но уже в танце мы понимаем, что людей вокруг слишком много, а мы хотели бы оказаться там, где их нет совсем.<br />- Едем домой?<br />Я шепчу Рейнис на ухо и касаюсь губами шеи, оставляя дорожку из поцелуев вниз.<br />- Пусть вечер тоже будет только наш.<br />Призрак выныривает первым в прохладу ночи. Водитель Тайвина Ланнистера ждет, открывает дверь. Волк прыгает на переднее сидение, а мы с Рейнис забираемся назад, я тяну ее к себе, чтобы поцеловать, не думая, что в машине мы не одни. Мы вообще не думаем о том, что кроме нас где-то что-то есть. Мы оба не хотим останавливаться, целуя, касаясь, кажется, будто время по разные стороны от барной стойки ужасно бездарно потрачено, а теперь мы хотим сразу все наверстать. Рейнис у меня на руках, звук рвущейся ткани где-то на отдалении, движение машины, за которым мы не следим. Мы подъезжаем к дому, совсем потеряв отсчет времени, едва имея возможность и никакого желания друг от друга оторваться. Едва приводя себя в порядок, мы спешим домой. Высокий разрез платья Рейнис оказывается вдруг еще выше.<br />- Мы порвали платье.<br />Уже дома, стоит нам закрыть дверь, мы снова тянемся, но теперь ткань больше не будет мешать, ничто не отвлечет, не полезет в голову лишняя мысль, и совсем не нужно будет никуда торопиться. Рейнис ведет плечом, и платье скользит по ней на пол, правда, очень легко.<br />- Вот, что ты имела в виду&#8230;<br />Все, что я могу сказать, прежде чем подхватить ее на руки и оставить платье лежащим там, где оно осталось. Наше утро и наш вечер. Наша жизнь.<br /><br /></p> <p>Кастерли напоминает мне мои каникулы в Винтерфелле. Тоже большой дом для большой семьи, где каждому есть место, и каждому рады. Только здесь всего больше. И дом, древний замок, и число его домочадцев, и их разных характеров, кровей, которые намешаны. Теперь к ним добавился Север &#8211; думаю я, понимая, что мы с мамой здесь не чужие, видя отношение к нам и зная наше. Понимаю, когда касаюсь теплой чешуи дракона, когда младшие братья Рейнис тянут руки и гладят Призрака. Когда Тайвин Ланнистер, глава этой огромной семьи, посвящает меня в свои маленькие уютные тайны. Волки тоже ценят тепло и дом, для них святое &#8211; их стая. Наша стая становится огромной, мы вливаемся своей стаей в новую, а новая в нашу. Рейнис тоже думает об этом.<br />- И какой у нас ближайший праздник?<br />Праздник приходит к нам сам. Двумя бокалами вина и еще одним, найденным старинным кольцом и коротким «да», звонками тем, без кого даже такой спонтанный без подготовки поступок не может случиться. Свадьба, к которой мы оба готовы, хоть мы и молоды. И обещание устроить настоящее празднование после возвращения дедушки Рейнис из Валирии. Это тоже будет здесь, в Кастерли. И Старки приедут сюда.<br />Приедут Старки, а с ними приедут их волки. Мы говорим об этом, подписывая приглашения. Дени постаралась, и мы смеемся, что на нашем празднике она тренируется, чтобы потом учесть все нюансы на своем торжестве. Рейнис пробегает глазами список гостей с Севера и с интересом спрашивает, приедут ли с моими кузенами их волки. Точнее, формулировка немного другая, и я вспоминаю, что и дракона она зовет малышом и ребенком.<br />- Носики? &#8211; Я хохочу. &#8211; Ты знаешь, ты точно единственная, кто сразу целует волков в носы.<br />Мне иногда тоже перепадают такие поцелуи. Смеюсь, что это потому, что я Джейхейрис, но Старк. Рейнис встает, чтобы взять конверты (на приглашениях от Дени странный единый узор образуют огонь и лед), и перед ней вырастает лежащий до этого спокойно себе под барной стойкой Призрак. Волк выглядит&#8230; Возмущенно, и тыкает ее носом так, что она отлетает на меня, ловлю ее, удержав, и с удивлением смотрю на Призрака.<br />- Ты что? &#8211; На вопрос Рейнис о волке только качаю головой. &#8211; Раньше такого не было никогда.<br />Призрак тянет мордочку к Рейнис и еще раз делает тык, только уже полегче.<br />- Мне кажется, мысль про другие носики ему не понравилась. <br />Рейнис тянет к волку руки, уверяя, что он &#8211; ее любимый, и всегда таким останется. Призрак верит, я знаю, но все равно тихо рычит, косясь на дверь, как будто другие носики окажутся тут с минуты на минуту и целиком завладеют нашим с Рейнис вниманием. Опускаюсь на корточки и тоже начинаю его гладить.<br />- Призрак, мы же тебя любим, ты же знаешь.<br />Растерянно улыбаюсь Рейнис поверх его головы, а она смотрит на волка и спрашивает меня обо мне самом. Ревность? Ммм&#8230;<br />- Ты же уже за меня вышла, не поздно спрашиваешь? &#8211; Я тихо смеюсь, мне нравится, что с поведения Призрака Рейнис переключается на вопрос обо мне, ведь мы две части одного целого. Но отвечаю я уже без смеха, просто продолжаю чесать Призрака и тянусь к ней, чтобы обнять. &#8211; Рейнис, я тебе доверяю. &#8211; Легко ее целую, притянув к себе. Призрак под ладонью ворочается. &#8211; А вот всяким разным мужикам&#8230;<br />Призрак все еще косится на дверь и оттесняет нас от нее.<br />- Мне кажется, мы сегодня никуда не пойдём, нас не пустят. Правда, раньше никогда такого не видел.<br />Единственное &#8211; когда Призрак обиделся на нас с Рейнис и рычал на всех, лежа в гостиной Эйгона. Теперь он действует иначе, недовольно урча, но объединяя. И дело даже не в ревности &#8211; мы оба не хотим друг без друга быть, волк это знает, и что мы его любим, тоже. Просто он думает, что за нами нужен присмотр. Ну и поцелуи в нос &#8211; его монополия. Разве что он может смириться с ними же ко мне.<br />- Зато закончим с приглашениями. Дени отрывается, выясняя все возможные подводные камни мероприятия на нас. Ты не чувствуешь себя подопытным кроликом?<br />Но Дени старается. Элия тоже, хочет, чтобы у нас был настоящий праздник, Маргери заявляет, что берется организовать для Рейнис девичник, а за мой мальчишник берется Эйгон. И я удивляюсь, как много людей стали мне настоящими друзьями за такое короткое время. Эйгон, Эртур, Геррис, Тормунд. С Северной стороны будет Робб. Рогар тоже пойдет с нами, и все периодически прикидывают, возьмет ли он с собой Лораса. Раз девичником верховодит Маргери, думаю, да, но это хоть и странно, но забавно. Эйгон ворчит, что на мальчишники не ходят парочками, а после не может больше сохранять серьезный вид и хохочет. Все вместе мы идем в бар, все хорошо, но Рейнис мне не хватает. Пробуем выяснить у Лораса, что же для Рейнис придумала его сестра, но он, неспешно потягивая мартини, лишь загадочно улыбается. Вместо него вдруг переключаем внимание на Герриса, который с удивленным «ооо!» показывает всем видео, которое ему прислала Ним. Видео из клуба, где танцуют стриптиз, вместе с его телефоном проходит круг из рук в руки.<br />- Кажется, у них веселее. &#8211; глубокомысленно заключает после просмотра Рогар.<br />Робб тянется и залпом выпивает все, что было у него в стакане, Тормунд с недоумением на лице следит за действием на видео и пихает под локоть Герриса с «Я не понял, а вот тут, это как?», и Геррис кашляет, глоток явно попал не в то гордо. Эйгон что-то строчит в телефоне, и неясно, Дени, или Маргери. Я тоже достаю телефон и пишу Рейнис «как дела?». В ответ мне приходит видео еще одного, если так можно выразиться, выступления. Что там у меня Рейнис спрашивала, ревнивый ли я?<br />- Мне Дени прислала!<br />Эйгон показывает всем телефон. Телефон звякает у Робба, он молча залпом выпивает вторую порцию коктейля, которую просит повторить еще и выпивает тут же. Тормунд громко вопрошает, глядя на экран своего телефона: «Но она же его не бьет, правда?!». Эртур держится до последнего, но, когда его телефон разражается целой серией сигналов о новых сообщениях, тоже не выдерживает.<br />- Может, поедем к ним? &#8211; Голос разума звучит снова в лице Рогара. &#8211; Раз вы так нервничаете. Правда, ехать придется долго, клуб-то в Дорне.<br />- Как, в Дорне? Когда они успели?! &#8211; Робб громко ставит какой-то уже не поддающийся счету стакан на стол так же громко, но уже совсем несвязно говорит, и явно не очень хорошо сводит одно и другое.<br />- Ага, мы там с Лорасом были. &#8211; Брат Маргери глубокомысленно вылавливает оливку и протягивает Рогару, качая головой. Геррис просто быстро жмет куда-то в телефоне почти не глядя и прячет его в карман. Кажется, все присутствующие поднимают на него выжидательные и вопросительные взгляды.<br />- Ладно, хорошо, это Дорн, да. Презентация новой рекламной компании отца Ним. &#8211; Геррис встает первым. &#8211; Что? Вы только что к ним собирались.<br />Когда мы доезжаем, совсем темнеет. Робб пытается не спать, но то и дело роняет голову то мне на плечо, то на плечо Эртуру. Геррис едет впереди, а второе такси занимают Рогар с Лорасом и Тормунд впереди. Когда мы все вываливаемся возле места, где был девичник Рейнис, нас уже ждут. Я сразу вижу Рейнис и подхожу к ней, обнимая.<br />- Кто придумал? Мы не смогли оставаться в стороне. &#8211; Оборачиваюсь на прибывшую делегацию, Эртур поддерживает Робба, Тиена смотрит на него со смесью обреченности и умиления. &#8211; Кто-то особенно. Как вы здесь? Я успел соскучиться.<br /><br /></p> <p>Мы всегда были связаны. Узами крови через одного отца, даже если никогда друг друга не видели. Стоило увидеть, и узы появились другие, пусть нам и потребовалось время, чтобы сделать желаемое реальным. Брак &#8211; это логичное течение вещей, ведь мы оба не захотим что-либо менять, мы оба уже связаны так крепко, что не представляем одного без другого. Кольцо, которое нашлось сейчас, подсказало время.<br />Мы женимся. Но вспоминаем мы старое время, когда еще ничего не было ясно, хоть все и понятно. Обнимаю Рейнис, прижимаясь щекой к ее макушке.<br />- А я думал, что стресс у тебя, когда дедушка увез тебя в Кастерли. Даже когда ты вернулась, я думал, тебе нужно время. &#8211; Фыркаю ей в волосы, все могло быть намного проще. &#8211; Давай, если кто-то из нас будет думать, что у другого вдруг стресс, он подойдет и спросит, ладно?<br />Мы тянемся друг к другу. Слишком долго друг друга не видели &#8211; целые сутки, получается. Тянемся, даже зная, что в квартире Эйгона нас ждет Призрак, который переживал не меньше нас обоих. Волк и я связаны, мои эмоции передаются ему, он уже знает, что все хорошо. Правда, это не мешает ему дуться на нас с Рейнис. Призрак всегда был самым разумным существом в нашей семье.<br />Кровать с громким треском падает&#160; самый ответственный момент, и открывается еще одна тайна &#8211; того взгляда, которым Рейнис по мне пробежала, когда я, считай, только переступивший порог ее квартиры, спросил. Фыркаю под нос и смотрю на нее из-под ресниц. Невольно краснею.<br />- А что ты думала? Ммм&#8230; Ты ждала чего-то&#8230; - Кидаю взгляд на упавшую кровать. &#8211; Такого?<br />А получила просто меня.<br />- В моей жизни был Призрак.<br />Когда она говорит, что гадала, что же такого случалось в моем прошлом, что крепкость кровати давала сбои. Теперь она знает. У меня был Призрак, и больше в моем прошлом до нее никого не было. В таком плане, в котором она подумала, до нее никого.<br />- Но мы же не скажем, что дело в Призраке? &#8211; Смеюсь. &#8211; Волки, которые точат зубы об ножки кроватей.<br />Хотя, отчего-то мне кажется, что тут дело не только в том, что у Призрака до сих пор иногда чешутся зубы. Волк не зря выбирал ботинки отца, чтобы погрызть, он знал отношение. А теперь он снова будто говорит нам, что мы &#8211; два идиота, которые зачем-то ссорятся и трепят друг другу нервы, хотя могут придумать что-то намного лучше.<br />Сегодня будет хороший вечер. Призрак еще рычит, когда Рейнис приводит его, но я знаю, что сокро он успокоится. Развожу огонь и достаю вино. Нам хочется побыть в тишине своей маленькой семьей. Рейнис кидает подушки на пол, мы садимся, опираясь на Призрака спинами &#8211; пусть он&#160; и ворчит, мы хотим быть с ним рядом.<br />- Напоминает тот вечер с монополией.<br />Я улыбаюсь. У нас уже так много планов, женитьба, ремонт. <br />- Мы тоже пили вино и, знаешь, я не должен был тебя тогда отпускать. Должен был держать крепко с самого первого дня. Если уж я сразу знал, куда класть руки&#8230; Не извиняться, а предложить тебе что-то изменить.<br />С легким звоном касаюсь ее бокала своим.<br />- Я так давно тебя люблю.<br />Мне нравится видеть улыбку у Рейнис на лице. И она тоже вспоминает тот вечер. Оказывается, еще один бокал, и все было бы по-другому. Смотрю на нее, хлопнув глазами, и молча доливаю нам обоим вина.<br />- Еще один бокал, Рейнис.<br />Зачем нам ждать? Мы выпиваем вино, я встаю и подаю ей руку. Призрак тоже оказывается на ногах.<br />- В этом городе есть круглосуточно открытая мэрия?<br />Мы же решили, разве нам нужно что-то еще? Родные будут за нас рады, и потом будет общий праздник, но пока&#8230;<br />Рейнис говорит, что знает, кто может сделать мэрию круглосуточной, а еще &#8211; без кого все равно наша свадьба не может состояться. И мне кажется, что есть еще люди, без которых мы не сможем обойтись. Моя мама. Мама Рейнис. Эйгон, наш брат. Несколько звонков, и мы выезжаем туда, куда нам говорит ехать Джейме Ланнистер. Мы оба в джинсах и майках, а встречает нас дедушка Рейнис в костюме и бабочке. Кажется, он о чем-то ворчит, отводя в сторону свою внучку, а я иду навстречу маме. Мама обнимает меня. Замечаю позади нее Эртура, который гладит Призрака, а Джейме спрашивает, все ли готовы. Элия вдевает в волосы Рейнис заколку с солнцем, пронзенным копьем, а мама дает мне коробочку с кольцом рода Старков.<br />- Если вы даже приехали в джинсах, то об этом вы точно не подумали.<br />Я обнимаю маму, смеясь.<br />- Знаешь, Рейнис говорит, что, несмотря на имя, я все равно Старк. Сегодня мы нашли кольцо Алисанны Таргариен.<br />Беру Рейнис за руку, когда она подходит, пряча коробочку до поры.<br />- Идем? &#8211; Я улыбаюсь. &#8211; Не боишься? Хотя, знаешь, если я и отпущу тебя, то только на пару минут, пока дедушка ведет тебя ко мне.<br />Переплетаю наши пальцы и выпускаю, когда рядом оказывается Тайвин. Он смотрит на меня внимательно, но мне точно видится улыбка на его лице. А дальше, после того, как все к нам подошли, все быстро. И мне кажется, что свое «да» я говорил уже много раз, только разными способами. А теперь, добавляя к кольцу Алисанны кольцо Старков Рейнис на палец, просто говорю его еще раз, признавая сразу все. Что люблю ее, что хочу прожить с ней одну жизнь на двоих. И что обе половины меня навсегда с ней. И Рейнис тоже есть, чем меня удивить. Это кольцо я уже видел. Тайвин Ланнистер загадочно улыбается, когда я с удивлением поднимаю на него взгляд, и указывает мне вперед, дескать, парень, перед тобой невеста, вот, куда надо смотреть. Едва заметно кивнув, вновь смотрю на нее, ловлю ладони, и мы переплетаем пальцы, прежде чем под объявление Джейме ее поцеловать. Вбежавшие в последний момент&#160; Эйгон и Дени несутся к нам, чтобы поздравить нас первыми.<br />Но учебу тоже никто не отменял. Мы пропускаем день, но дальше нас снова ждут пары. Правда, теперь открытие имени кажется мне совершенной ерундой. Рейнис и Эйгон теперь тоже не прячут знаки, Эйгон даже счастливо вздыхает, что можно, наконец, не красить волосы, а мы с Рейнис&#8230; Кажется, мысли у нас совсем не о том. Расходиться по аудиториям не хочется, и я&#160; думаю об этом, когда захожу к нашему с Эйгоном потоку. Слышится шепоток, я тыкаю Эйгона под ребра.<br />- Это они про тебя. Блондин, тату&#8230; Дени пора начинать волноваться.<br />Эйгон при этом делает большие испуганные глаза и говорит, что его, наоборот, начала беспокоить Дени. Симптомы и, главное, то, что они появились после того, как мы с Рейнис поженились, кажется, многое объясняют, но для Эйгона вопрос остается открытым.<br />- И я спрашиваю ее: « что случилось?», а она говорит: «Ничего», а ставит на стол посуду с таким звоном, что я понимаю, что случилось все, но, что именно&#8230;<br />Слушаю друга, не зная, как бы ему так сказать, а он с надеждой смотрит на меня, и:<br />- Джон, вот ты, женатый человек, посоветуй&#8230;<br />И я думаю, как же объяснить, что, похоже, дело как раз в том, что теперь я &#8211; он самый.<br />- Понимаешь, мне кажется, Дени думает, что&#8230;<br />В это время открывается дверь в аудиторию, и я оборачиваюсь на знакомый голос. Не Тайвин Ланнистер, Рейнис желает всем доброго утра и проходит на место за преподавательским столом. По аудитории прокатывается гул и смех, Эйгон громким шепотом спрашивает у меня, что Рейнис тут делает. Кто-то, оторвавшись от болтовни, глядя, что вместо грозного профессора пришла молодая девушка, продолжает болтать. Кто-то о чем-то шутит, по задним рядам прокатывается смех, когда Рейнис говорит, что за любой шум будет выгонять из аудитории, и это очень осложнит сдачу экзамена в будущем. Голос с заднего ряда громко интересуется:<br />- Что, Джон, экзамен автоматом?<br />- Тссс, ты забыл, Джейхейрис! &#8211; поправляет обладателя первого голоса второй.<br />Оборачиваюсь, чтобы заткнуть придурков, но Рейнис делает это быстрее, приглашая их на пересдачу сразу. Кажется, идиоты, правда, считают все шуткой и выходят, посмеиваясь. Зато после, наконец, воцаряется тишина. Люди понимают, что Рейнис здесь надолго.<br />- А Джон с ней живет&#8230; - Слышу я сочувственный шепот.<br />- Сказали же &#8211; тихо! &#8211; Мне это надоело.<br />Рейнис быстро смотрит на меня взглядом «ну и зачем ты подводишь меня под монастырь?» и отправляет посочувствовавшую мне девушку вслед за парой вышедших шутников. На третьем ряду поднимается рука и задается вопрос о моем пребывании в аудитории. Смотрю на Рейнис извиняющимся взглядом, готовый идти на выход, но, кажется, я, правда, подвожу ее под монастырь. Я остаюсь и, наконец, начинается занятие.<br />Зато после пар я снова встречаю тех первых придурков, которых Рейнис выгнала с занятия.<br />- Джейхейрис. &#8211; Гласные в моем имени растягивают нарочно. &#8211; Уже заработал себе автомат? Или ей больше нравятся пересдачи? Потому она нас туда и отправила, ммм?<br />Я останавливаюсь, зная, что на это и расчет, но, как Рейнис и сказала, я Джейхейрис, но Старк. Кроме тех двоих выходят их товарищи, их много.<br />- Джон! <br />Эйгон догоняет, нас теперь двое. Брат окидывает всю компанию взглядом и интересуется, всегда ли они так зарабатывают себе оценки.<br />- Особенно интересно, учитывая, что большинство наших преподавателей &#8211; мужчины.<br />Наши оппоненты меняются в лице, и разговор от словесного переходит в другую стадию. Где-то на периферии слышу еще один знакомый голос, который без выяснений, только гаркнув что-то типа «Э!», тоже рвется «поговорить»&#8230; После мы все сидим в нашей с Рейнис квартире, она мажет мне грозящий расцвести некрасивым сиреневым цветом глаз, Эйгон пересказывает события, а Тормунд, у которого ни царапины, пьет шестую чашку чая из тонкой фарфоровой посуды, которая в его руках кажется игрушечной. Рейнис говорит, что не стоило обращать внимание на слова идиотов.<br />- Но я же Старк, ты же знаешь. Хоть и Джейхейрис. <br />Первый удар я пропустил, не мог ожидать того, что все закончится так банально.<br />- Между прочим, дело, кажется, как раз в последнем. &#8211; Это Тормунд ставит свою тонкую чашку на блюдце. &#8211; И что у вас такие маленькие чашки? То ли дело у нас, на Севере&#8230;<br />Тормунд показывает статью в Интернете о сокращениях и сменах топ-менеджеров на предприятиях Рейгара. <br />- Ты поэтому им не нравишься. Отцы остались без постов, а тут повод помахать кулаками. Но они хлюпики.<br />У Рейнис звонит телефон, она берет трубку, а в это время хлопает дверь квартиры, вбегает Дени с «мальчики!». Она суетится, Рейнис, не прерывая разговора, усаживает ее рядом с нами, а потом, отключив разговор, говорит, что к нам едет Маргери. Кажется, разговор с ней оказался странным, Рейнис как-то чудно хихикает, рассказывая Дени, что все с нами уже в порядке, а я наклоняюсь к Эйгону, вспоминая то, что мы не договорили.<br />- Короче, мне кажется, Дени думает, что ты тоже мог бы позвать ее замуж.<br />Судя по тому, как вытягивается лицо моего брата, ему такое, правда, еще не приходило в голову.<br />- Но нам всего двадцать! &#8211; Эйгон смотрит на меня и сопоставляет два и два. &#8211; Ну, то есть, тебе тоже двадцать, но нам двадцать&#8230;<br />Я тихо смеюсь.<br />- Поговори с ней. Другого не дано.<br />Отхожу к Рейнис и обнимаю ее со спины.<br />- Сиреневый мне не к лицу? &#8211; Точно будет синяк, несмотря на все мази на свете. &#8211; Единственные следы, которые я люблю, остаются вот здесь.<br />Беру ее руку и ее пальцами касаюсь своей шеи.<br />- И пусть так и остается, да?<br /><br /></p> <p>Все странно &#8211; думаю я, взглядом поднимаясь на последний этаж дома, рассматривая окна темные и окна, в которых горит свет. Немного чудно &#8211; мамина квартира кажется такой маленькой после той, которую я считал домом, но она намного уютнее даже несмотря на то, что в ней долго не жили, в ней старая мебель и нужен ремонт. Огромные хоромы отца, где так и не стало уютно, хотя видят боги, мама очень старалась. Для меня в первую очередь, чтобы ее сыну было хорошо. Теперь мой дом здесь. Эймон не против того, чтобы в его квартире появился второй жилец, за прошлый год мы стали близкими друзьями, как братья, наверное. А Рейна в соседней квартире, в окнах которой темно. Может быть только два варианта, либо ее еще нет, либо она в квартире брата. Ну, или она дома с выключенным светом, это третий вариант.<br />Я захожу и звоню в звонок, мне открывают они оба &#8211; они меня ждали. Они беспокоятся о том, что со мной, они &#8211; моя семья. И если с Эймоном все понятно, то с Рейной мы так и не поговорили, и я не понимаю, хотя и очень хочу верить. Стоит нам остаться один на один, я спрашиваю, но грохот с кухни не дает Рейне ответить, или дает ей шанс избежать разговора, мы спешим выручать Эймона, который взялся не за то дело. Я вздыхаю, ставя турку под холодную воду, краем глаза посматривая, что делает Рейна. Проверяю руку Эймона вслед за ней &#8211; жить будет, ничего страшного не случилось. Но нас снова трое, и говорить о том, что случилось между двумя, не выйдет. Мы уже поговорили с Эймоном утром, он знает, что все как-то странно. Но я настроен серьезно, он должен понимать, что считаю в жизни важным, и что не стал бы вводить его сестру в заблуждение. И, мне кажется, что это понимает и она. Но наш разговор не клеится.<br />Я ставлю новую порцию кофе и все убираю, мы говорим о напитке, предлагаю научить справляться с туркой, но Рейна смеется, трепя по волосам сначала его, а потом меня, а я на миг зависаю, вспоминая, как ее руки касались моей головы в совсем других обстоятельствах совсем недавно, и понимаю на нее взгляд, но она быстро переключается на другие дела. А я вспоминаю, как она тянула меня за пряди и не хотела отпускать, пока квартиру заливала ночь. Кофе порывается сбежать теперь у меня, но я ловлю его вовремя, и начинаю говорить о том, где я был. О маме. О Призраке рассказать я не могу, хотя, чем дальше от меня волк, тем, мне кажется, сильнее мне его не хватает.<br />Я удивляюсь перемене. Мы втроем сидим на кухне и говорим, пьем кофе и даже не упоминанием о том, что каждый из нас знает. Мои губы помнят губы Рейны, ее кожа помнит мои руки, и я слишком хорошо знаю ощущение ее волос под пальцами, ее прикосновений к своей шее, таких что остаются следы. Неужели все дело в свете, который сейчас разгоняет темноту? Почему она ничего не говорит мне о том, что случилось? Почему ушла, оставив одного и не перезванивала, несмотря на просьбы и говорила вчера все те слова? Интересно, Эймон разговаривал с ней о том, же, о чем говорил со мной? И что она ему ответила?<br />- Я хочу, чтобы ее новая жизнь стала лучше. Моя мама еще совсем молодая, она справится. Она сейчас переживает обо мне больше, чем о себе.<br />И о Сансе &#8211; она не хочет, чтобы племянница наступила на те же грабли, даже если она поступила с ней вот так. Глупая девочка, которой напели в уши прекрасные песни, которые очень быстро станут золой. Об этом я тоже не могу рассказать друзьям и молчу, хотя очень хочется. Я обманываю, скрывая свое настоящее имя, но как быть, если Джон Сноу соответствует мне больше? Они знают меня настоящего, хотя имя и не соответствует документам &#8211; и это странно, но это так и есть. Другое имя говорит обо мне намного больше правды, чем то, которым меня зовет отец.<br />Когда Эймон отвлекается на телефон, Рейна вдруг наклоняется и шепчет про то, что у Эймона стол удобный. Я поднимаю на нее большие глаза, чувствуя, как касание к моей руке исчезает, и мои щеки обжигает румянец. <br />- Считаешь?<br />Автоматически смотрю на поверхность, где расставлены чашки, и почти физически чувствую, как покраснел, а потом поднимаю глаза, но Рейна уже просто делает глоток кофе и улыбается, не продолжая свою мысль.<br />Перед тем как разойтись по комнатам, Эймон дает мне связку ключей и быстро обнимает, желая спокойной ночи &#8211; теперь его дом полностью мой дом. Он извиняется, что только сейчас, но нужно было сделать дубликаты, а я прошу его прекратить, уверяя, что все хорошо. В гостевой спальне, которая теперь моя, я остаюсь один. Но недолго. Рейна появляется, переодевшаяся ко сну, и я делаю шаг, прежде чем что-то сказать, и обнимаю ее, касаясь волос, перебирая пряди. Я помню все хорошо, и мне очень сложно удержаться и не поцеловать ее снова, а снова повторить свои вопросы &#8211; но мне нужно знать ответы на них. Нам нужно поговорить. Поговорить и разобраться.<br />- Но после пар? Я ждал звонка весь день и успел передумать столько всего. <br />Она отступает, садясь на постели, а я смотрю на нее при свете, на светлую кожу, длинные волосы, тонкую шею, к которой так приятно прикасаться губами. Нас разделяет свет &#8211; и ткань не даст коснуться кожи, но ее просто убрать, как и свет просто выключить, чтобы остаться в темноте. Но темнота не несет с собой ясности, а мне нужна она. Потому я и спрашиваю, что происходит. А она говорит что-то совсем другое и продолжает ту же тему, что я успел услышать ночью. Она выталкивает меня в ванную, оставляя в полном раздрае.<br />- Оно никогда не останется в темноте.<br />Я говорю, глядя на свое отражение в зеркале, Рейна за дверью, и я не понимаю, почему она так говорит. Душ, а, когда я выхожу, она ждет меня в постели, одна половина кровати для меня. <br />- Что я увижу завтра?<br />Утро&#8230; Упоминание наводит меня на мысль, но пока я молчу, все еще не понимая. Рейна выключает свет, когда я ложусь рядом, и говорит о сне, обнимая. Ее пальцы по моей коже. Что это все значит.<br />- Почему ты так говоришь? Тебя смущает, что я младше? Или что друг твоего брата? <br />Я ее обнимаю и прижимаю к себе, снова перебирая пряди волос. Черный шелк скользит сквозь пальцы, и я тянусь и целую ее в волосы, теряясь в догадках. Она просила не говорить о том, что произошло вчера, точнее, она даже не хочет считать, что это случилось.<br />- Ты&#8230; Ты поэтому хочешь забыть? Считаешь, что сделала ошибку? Ведь все было хорошо&#8230; И будет хорошо. Рейна, это не ошибка, дай мне шанс.<br />Сейчас вокруг нас снова темнота, снова только мы двое. Ткани ночной рубашки не спрятать тепла тела, и я все помню и не собираюсь делать вид, что ничего не было или стараться забыть. Я тянусь и снова целую Рейну, обнимая.<br />- Я не собираюсь делать вид, что ничего не было. И оставлять все так не хочу. Я помню.<br />И снова целую, не собираясь ее отпускать. Я помню и не забуду, и, я знаю, помнит и она.<br />Уже после я вспоминаю об утре и о том, как сегодня проснулся. И думаю о будущем утре, прижимая Рейну, выводя по ее коже путанный узор. <br />- Надеюсь, завтра я не проснусь так, как сегодня, от того, что в меня прилетели мои джинсы.<br />Я смеюсь, хоть и все еще смущаюсь, представляя, как Эймон нашел все улики и сложил два и два.<br />- Не самый хороший способ проснуться, особенно если засыпал совсем с другими мыслями. Пробуждения же могут быть намного приятнее. <br />И не такими смущающими. Но, просто, я намекаю, что не хочу, чтобы Рейна сбежала снова, оставляя меня одного. Я хочу засыпать, обнимая ее, и просыпаться, чувствуя тяжесть ее головы на плече.<br />- А что ты говорила об утре?<br /></p> <p>Странные&#160; и смущающие обстоятельства знакомства с сестрой Эймона только вызывают смех у всех, кто это видит. Мне неловко, ведь я причинил эй вред, но никто не держит на меня зла, я быстро понимаю это и тоже начинаю улыбаться и шутить, а, когда мы идем в квартиру к Эймону, знаю, что обо мне заботятся. Забота, осознание ее, приятно, несмотря на шутливый тон Рейны и явные попытки Эймона избавиться от необходимости сидеть сегодня на парах. Это здорово, когда ты в семье не один &#8211; думаю я, глядя на их шутливую перепалку, в которой верх одерживает сестра. И у меня есть где-то сестра и брат &#8211; думаю вдруг, но мысль эта не успевает задержаться и развиться дальше &#8211; мы бежим обратно в университет, а после возвращаемся, у меня есть план, как порадовать друзей. Я успел понять вкусы Эймона, но не знаю вкусов его сестры &#8211; кроме смущающих шуток, мои мысли отчего-то возвращаются к рукам, касающимся меня, проверяющим возможный ожог и к волне волос, которая рассыпается по плечам и не дает отвести глаз. Правда, думать об этом нельзя. Есть кто-то, кого она любит, и тот человек надежен, она в нем уверена. Хорошо же, что у людей все в порядке. Нужно радоваться за них. Вздыхаю.<br />В духовке Эймона печется печенье. Мы болтаем, я рассказываю о себе, о маме, о том, что она не готовит, а я люблю. Варю кофе, как любит Рейна, слушаю рассказы Эймона о его неудачных попытках приготовить что-то, смеюсь. Вот такой и должна быть семья, атмосфера в доме &#8211; теплой, общей, дружеской. Рейна согласна на то, чтобы я и на ее долю варил кофе по утрам &#8211; улыбаюсь и чувствую прикосновение к моим волосам, задерживаю взгляд на сестре Эймона снова, жаль, не могу задержать ее руку, вновь неловко улыбаюсь, когда она говорит о руках.<br />- Мне нужно будет придумать какой-то новый способ?<br />Ловлю ее ладонь и, как будто задумавшись над способами кроме разлитых напитков, сжимаю пальцы легко. Эймон возвращается, угощение готово, мы сидим и смеемся, только слышу я что-то, на что внутри меня какая-то часть отзывается очень не очень. Нужно радоваться за людей &#8211; напоминаю себе я, когда вижу, что моя реакция не прошла незамеченной. Глупо, я ведь уже слышал имя и не должен удивляться, не должен и строить иллюзий. Это правда, какая ни есть. Говорю свои поздравления, а, когда Эймон выходит, осознаю, что я, похоже, открытая книга, и Рейна хорошо поняла мою реакцию. Впрочем, так даже лучше.<br />Хуже только то, что она берется меня утешать. Несмотря на руку, которая снова тянется к моим волосам, отвожу взгляд.<br />- Но этого недостаточно, верно? Не надо меня утешать, мне не нужна любая.<br />Эймон говорит по телефону в соседней комнате, с кем-то смеется, и Рейна тоже смеется, говоря о спасении.<br />- Я бы и женился.<br />Встречаюсь с Рейной глазами. Вопрос о том, где я был пару лет назад, заставляет меня улыбнуться. Она тоже думает&#160; об этом, пусть и совсем гипотетически? У Рейны есть жених, которого она любит, и не нужно пытаться вносить в это смуту, пусть даже такую, которой не суждено воплотиться в реальность. Прикосновение губ к щеке заставляет меня покраснеть.<br />- Пару лет назад? В школе. И кофе я варил намного хуже.<br />Эймон появляется, чтобы допить остатки кофе и заявить, что ему нужно бежать. Еще один счастливый человек, правда, это здорово. Рейна обнимает меня и приветствует в семье, и я улыбаюсь. Мои друзья, которые меня любят. <br />- Я рад быть в ней. И откуда ты знаешь, может быть, я тоже могу свести с ума не хуже?<br />Все-таки нет, сводить с ума &#8211; совсем не моя прерогатива. А вот Рейна, когда вновь говорит что-то про руки и советует попробовать, а после касается губами моих губ, в этом специалист. Все быстро, и кончается раньше, чем я успеваю осознать это. Я, наверное, в ступоре, смотрю на нее удивленно и хлопаю глазами, на что вновь получаю комментарий, что смущаюсь я мило. <br />- Как умею. &#8211; Все еще хлопаю глазами, пытаясь понять, что это значит.<br />Я слишком много себе позволяю. Эймона нет, Рейна говорит об играх, стоит, наверное, мне идти домой, только уходить я совсем не хочу. Собираю посуду, ставлю чашки в раковину, слушаю список.<br />- А я не играл ни во что из этого. Монополия? Звучит интересно.<br />Пока я навожу порядок, на столе появляются бокалы и вино, коробка с игрой занимает почетное место. Я кручу фигурки, пока Рейна раздает бумажные купюры и раскладывает карточки. Беру волка и вспоминаю Призрака. Жаль, что пока я не могу познакомить друзей с ним, но, думаю, это время скоро придет. Кидаю кубики, когда Рейна делает первый глоток вина, удивляясь, как меня все это миновало.<br />- Ну, вот.. &#8211; Пожимаю плечами. &#8211; Знаешь, у меня много кузенов, но мы с ними виделись в основном на каникулах, играли на улице, в мяч, бегали просто. Ну или карты. Мама учила меня играть. А еще всякие головоломки на логику. А до этих игр почему-то не доходило.<br />Тоже тянусь к бокалу и отпиваю вина.<br />- Ты ходишь. &#8211; Когда Рейна говорит, что играть просто так не интересно и предлагает ставку &#8211; желание. Я согласен. И снова делаю глоток, наблюдая, как фигурка яйца занимает определенное ей кубиками положение. &#8211; А вас много, и у вас много игр. Часто собираетесь и играете? <br />С Рейной сегодня была компания однокурсников.<br />- Почему ты взяла такую фигурку? Там корона, железный трон&#8230;<br />У меня к ним тоже не потянулась рука, но волк, понятно, Сноу, Север. Мы продолжаем кидать кубики, приобретая замки древности и сохранившиеся до сих пор.<br />- Ты много где была из этого? &#8211; Описываю взглядом игровое поле, когда наши волк и яйцо дракона встречаются на одном квадратике, который Рейна уже выкупила. &#8211; Я должен заплатить тебе штраф?<br />Поднимаю глаза от клеток игрового поля, наши взгляды встречаются, и можно было бы подумать, что дело в двух бокалах вина, которые мы уже успели выпить каждый, но нет &#8211; я подаюсь вперед и губами касаюсь губ Рейны и знаю, что на этот раз я не буду хлопать глазами, путаюсь пальцами в прядях ее волос и чувствую ответное движение вперед, где-то на периферии слышу, как фигурки, карточки, все сыпется на пол, но не обращаю внимание &#8211; Рейна перебирается ко мне на руки, и я могу обнимать ее, тянуться и чувствовать ее прикосновения ко мне.<br />Могу до момента, как в замочной скважине поворачивается ключ. Открывается входная дверь, Эймон возвращается после своей прогулки. Мы с Рейной замираем, смотрим друг на друга. Мы оба дышим тяжело и оба медленно возвращаемся в реальность. В реальности все совсем не так.<br />- О, вы еще здесь? Что делаете?<br />Голос друга действует отрезвляюще, но не очень.<br />- Рейна учит меня играть в монополию. Учила.<br />- Да, мы уронили карточки. &#8211; Говорит Рейна, и мы, не сговариваясь, ныряем под стол, чтобы все собрать. Или еще немного продлить то ощущение, будто мы одни, а мира вовне нет вовсе. Под столом я нахожу ее руку и сжимаю, а она тянется и быстро целует меня в кончик носа. Я улыбаюсь и чувствую, что щек касается румянец. Запоздалая реакция какая-то.<br />Эймон шутит, что с бутылкой вина не мудрено растерять не только карточки от игры, и, кажется, даже не представляет, как близко его шутка оказывается к правде. Мы переговариваемся о чем-то втроем, я помогаю убрать посуду и понимаю, что нужно идти домой. Провожая меня, Рейна шепчет, что за ней осталось желание, а я успеваю ответить, что тогда у нее есть время его придумать. В метро я смотрю на свое отражение в стекле. Я познакомился с сестрой Эймона, облил ее кофе, перешучивался, заводя разговор туда, что потом стало поцелуем на кухне, и не вино тому причина. У Рейны есть жених, которому такое точно бы не понравилось, я это знаю, а все равно делаю то, что нельзя. Ерошу волосы, понимая, что позволил себе слишком много. Как сейчас должна себя чувствовать Рейна в такой ситуации? Мысли о том, что стоит сделать, приходят, и я вздыхаю. Я не хочу этого делать, но знаю, что нужно. Только я хочу, чтобы Рейна поняла, почему произошло то, что произошло.<br />Я нахожу ее выходящей из университета после пар. Начать такой разговор непросто.<br />- Рейна, я&#8230; - Слова все еще не идут после приветствий и того, что я отвожу ее в сторону. &#8211; Вчера я позволил себе очень много того, что не должен был, зная обо всем. Просто, понимаешь, ты мне, правда, очень понравилась, но я понимаю, что я такой&#160; не один. Я должен был лучше держать себя в руках, ведь твой жених и ты&#8230; Я испек еще печенье. &#8211; Протягиваю ей коробочку, очень смущаясь и опуская глаза. &#8211; Я надеюсь, ты не злишься на меня.<br /><br /></p> <p>Лето близко. Обычно люди радуются каникулам, теплу, строят планы. А я, зная, какие планы на лето у человека, ставшего мне очень близким, не могу ощущать что-то кроме саднящей тоски. Я пытаюсь о ней не думать &#8211; и улыбаюсь, когда мы с Эймоном болтаем, шучу о чем-то, когда с Рейной мы идем пить кофе, но даже передышка из-за того, что неминуемый приезд ее жениха откладывается, не меняет ничего. Короткий выдох, и я зову Рейну есть мороженое, мы вместе разбираем что-то по учебе, сидя в кафе, смотрим фильмы, и я делаю вид, будто так будет всегда. Но так не будет. День возвращения Валара становится известен, и я мрачнею, но ничего не могу с этим сделать. Лето, а с ним и их свадьбы, уже совсем скоро.<br />Если свадьба приближается, но до нее еще остается время, то день возвращения жениха Рейны наступает. В этот день мы сидим в кафе и играем в настольные игры после пар. Я пропускаю ход, задумавшись, после &#8211; другой. Кто-то смеется, что Джон сегодня совсем витает в облаках. Чувствую толчок слева, Ним незаметно шепчет, что мне нужно либо ходить, либо действовать, выделяя последнее слово, но смотрит с пониманием. Слышу, как кто-то замечает, что я сижу между Ним и Рейной, и мне можно загадывать желание, ведь они одинаковые. Геррис по другую руку от Ним фыркает, что они совсем непохожи, мол, что за бред. <br />- Ну, да. &#8211; Киваю, соглашаясь. &#8211; Разве, похожи? Но желание я загадал.<br />Улыбаюсь, зная, что выходит натужно. Кого-то, кто знаком со мной мало, может быть, это и проведет, но не тех, кто успел узнать меня хорошо. Игра продолжается, а Рейна незаметно касается моей ноги под столом, привлекая внимание, спрашивая, что со мной такое. Ним говорит действовать, думает, что еще не все потеряно? Как, когда минуты убегают как сквозь пальцы дорнийский песок? Фальшивые улыбки Рейне не нужны, она хочет услышать правду.<br />- Я хочу, чтобы этот день не кончался. И я не про настольные игры, в них, правда, от меня сегодня совсем нет толка.<br />Рейна смотрит пару секунд и говорит вдруг, что у нее есть мысль, зовет с собой. Мы тихо выходим, оставляя кафе и игры без нас, она говорит о ярмарке. Мы еще успеем в часы ее работы. Я беру Рейну за руку.<br />- Тогда вперед.<br />Впереди музыка и огни. Люди гуляют, смеются, дети сидят на плечах у пап или мамы тянут из за руку, свободную от сахарной ваты, которую они с восторгом едят. Зазывал приглашают покататься на каруселях или купить что-то вкусное. Я не отпускаю руку Рейны, которая тыкает куда-то вперед &#8211; зеркальный лабиринт. По нему мы так же ходим вместе, натыкаясь на стены там, где нам казалось, что точно есть выход, или смеемся, глядя на десятки наших отражений вокруг. Вместе с ней мне не хочется думать о неминуемом, пусть это время будет только нашим, и я буду в нем целиком, а не где-то не здесь, думая о том, что случится после.<br />После лабиринта мы кидаем мячики по мишеням, не стараясь выиграть приз, а просто проводим время вместе, играя. Я указываю на колесо обозрения, и мы делаем полный круг в открытой кабинке.<br />- Ничего, что мы сбежали ото всех? Никто не обидится? Скажут, вдруг они тоже хотели.<br />Правда, мне бы совсем не хотелось, чтобы с нами здесь был еще кто-то. Я люблю Эймона, их с Рейной друзья стали и мне друзьями, но это время я хочу провести с Рейной вдвоем. У нас же остается только этот вечер. Снова отвожу взгляд, глядя на уже готовящийся ко сну город &#8211; вечер стремительно спешит к своему завершению. Мое желание против бегущих стрелок часов.<br />- Но мне бы не хотелось, чтобы кто-то еще пошел с нами. Совсем бы не хотелось, чтобы был еще кто-то.<br />И не на ярмарке, а в жизни. Кто-то скоро ворвется в нашу жизнь, меняя ее. Но пока этого еще не произошло. Пока мы спускаемся на землю с неба, я показываю на палатку с закусками.<br />- Хочешь что-нибудь?<br />Рейна берет яблоко в карамели, кусает и протягивает мне. Мы снова идем от палатки к палатке, я держу ее руку и кусаю яблоко, когда она его ко мне подносит. Хотел бы я, чтобы мое делание сбылось.<br />В метро мы буквально влетаем в последний поезд. Двери закрываются, поезд трогается, и отведенное мне время уже исчисляется секундами. Огни и шум ярмарки остаются где-то вдали. Мы с Рейной рядом, и опять я мрачнею. Я уже не могу заставить себя не думать, нет того, что может меня отвлечь. Есть Рейна и ее остановка. А она зовет меня, видя, что я вновь погружаюсь куда-то.<br />- Скоро у тебя не будет возможности так со мной гулять. Не будет времени. &#8211; Мы стоим в вагоне, хотя полно пустых мест, все так же рядом. Я все еще держу ее руку. &#8211; Твой жених уже ждет тебя дома, да?<br />Вагон вдруг трясет, и Рейна, качнувшись, старается удержаться на ногах, я еще держу ее и тяну к себе. Тяну и целую, а последние секунды, стремительно тающие до того, превращаются в единственно верную вечность.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 25 Aug 2019 22:02:28 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57089#p57089 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57088#p57088 <p>Ты помнишь больше, чем твои братья, о первом годе их жизни. Знаешь, как на самом деле Север и Старки повлияли на вашу семью, что они ей принесли. И что твой отец и дед принесли им. Когда вы едете в Винтерфелл, ты думаешь об этом.<br />Об этом и о том, что Эддард Старк точно знает, кто такой Джон, почему его на самом деле так зовут, и почему они едут на Север. Не только для того, чтобы Эйгон посмотрел все земли, как официально гласят письма, отправленные во все концы страны, в которых вы уже побывали. Эддард Старк точно знает, почему именно в Дорне и на Севере вы будете не по неделе, как везде, а по несколько месяцев. Потому что там семья.<br />Семья Джона на Севере, часть ее, даже если он об этом не знает. Но мама, поддерживающая переписку с лордом Старком, кажется, хотят, чтобы он узнал другую половину себя. Это правильно, думаешь ты. <br />Думаешь ты, смотря на мальчишек, которые скачут впереди наперегонки: Ренли шутит над чем-то, вырываясь вперёд, а Эйгон что-то жестом показывает Джону, кажется, план перехвата, окружают с двух сторон, смеёшься.<br />Смеёшься, думая, что им нравится эта поездка, не смотря на часть, которую они знают, хотя в отличие от них ты понимаешь, что в Винтерфелле вас встретят хорошо. Из-за Джона, в глазах которого всегда был Север.<br />Север окружает вас все больше, становится все холоднее. Ты смеёшься, в следующий раз играя с мальчишками наперегонки. Жаль, что Дени бабушка в поездку не пустила, вернув ее домой сразу после Дорна, предпочитая оставить свою дочь рядом после встречи с братом.&#160; Винтерфелл приближается.<br />Винтерфелл приближается, вас уже ждут во дворе. Эйгон приветствует всех первым, а ты смотришь на лорда Старка, который глаз не сводит с Джона, и отмечаешь детали… в брате много их, волков. <br />В брате много их, волков, того, что не видно в детях старшего Старка, которые пошли в мать, кроме младшей девочки, которая тоже может выдать многое о твоём брате. И теперь тебе понятно, что Эддард Старк отклонял все приглашения матери приехать (считай, увидеть Джона) не только из-за нелюбви к Королевской гавани, сколько понимал, что не знает, как выглядит мальчик, что все может оказаться так… как есть. Сложно не заметить, тем более, если все знаешь. Ты понимаешь…<br />Ты понимаешь, что брата спасает то, что у него с Эйгоном и тобой есть заметные черты, общие, от отца – скулы, форма глаз. А чёрные волосы приписывают матери… что верно, если поменять двух женщин местами, все идеально вписывается. Ты легко улыбаешься.<br />Ты легко улыбаешься, приветствуя всех, маленькая рыженькая девочка краснеет, когда Ренли галантно целует ей руку, а ты держишься, чтобы не засмеяться – ваш названный брат так любит рыцарство во всех его проявлениях. Вас размещают в крыле семьи…<br />Вас размещают в крыле семьи, показывая, что вам рады, не выбирая гостевое крыло. Ты улыбаешься, смотря на то, как мальчишки быстро ладят со старшим сыном лорда Старка, который наблюдает за этим, едва заметно улыбаясь. Рыжая девочка, которую зовут Санса, просит рассказать о замке, балах, ты говоришь только хорошее – она слишком юна, чтобы знать, что на самом деле творится в столице. Улыбаешься, заплетая волосы девочки в сложную прическу, которую она бежит показывать матери. Младшая кривит нос, а ты смеёшься, слыша ее рассуждения, обещаешь пострелять с ней из лука утром, это становится доброй традицией. Вы приживаетесь.<br />Вы приживаетесь, становясь частью этого мира. Эйгон слушает северян, пытаясь понять, как корона может помочь, узнает и знакомится, Джон и Ренли с ним, ты тоже, прихватывая с собой девочек, иногда сбегая с ними в богорощу, которая тебе нравится. В один из дней ты ловишь старшего Старка и просишь его отвести тебя в крипту, чтобы посмотреть на мать Джона и положить у ее статуи цветок. Розу, но белую, не ту, которая стала символом конца. Белый – принятие и прощение, чистота и чистый лист.&#160; Он хмурится, но соглашается, старая история, которая оставила шрамы на двух крайностях – севере и юге,&#160; в которой больше всего виноват ваш отец, но и девчонка тоже, но ей было всего пятнадцать…<br />Пятнадцать, как Эйгону, Джону и Роббу, всем в течение месяца-двух будет пятнадцать. А что можно понимать в пятнадцать лет, думаешь ты, когда вы выходите из крипты, говоря об истории, а мальчишки возятся в снегу. Впрочем, в семнадцать тоже о многом думать не хочется, и даже в двадцать – Ренли уже там, в этой игре, ты тоже бежишь, посылая снежок во всех, до кого достаёшь, включая старших. Маленькая Санса обиженно отряхивается, а потом Ренли заявляет, что будет защищать ее – она расцветает и тоже кидает снег, попадая в своего брата. Ты смеёшься.<br />Смеёшься, а вечер заканчивается, вы все идёте к себе, договорившись завтра выехать из замка в лес, подальше. Рано утром начинается прогулка.<br />Прогулка, скачут наперегонки, ты с ними, волосы по ветру, но потом все притормаживают лошадей и смотрят вперёд – волк, мертвый. Вы все пришпориваете лошадей, хоть лорд Старк кричит, чтобы вы остановились. Но тебе кажется, что всех вас ведёт какое-то предчувствие… и что мертвый зверь может сделать вам… ни один из вас, глупых детей, не думает о том, что точно знает Эддард Старк – волки живут стаями, а если из стаи уходят, то парами, потому что волки их всю жизнь не разрывают. Но, к вашему счастью и несчастью волчицы, рядом с ней нет второго волка… только писк и новорожденные щенята, которые замёрзли. <br />Замёрзли. Бран догоняет вас с отцом, хватает одного волчонка, заворачивая в плащ, двух других даёт тебе Джон, ты тут же их кутаешь, ещё двоих берет Робб.&#160; Они маленькие, совсем дети, пригреваются и засыпают, но ещё пищат во сне и тыкают носом в поисках молока. Мальчики начинают уговаривать лорда оставить щенков.<br />- Ваш герб, - говоришь ты.<br />Говоришь ты, но главный аргумент приводит Джон – их пятеро, как детей Старков, каждому по щенку. Эддард соглашается, ты смеёшься и целуешь лорда в щеку, а потом маленького мальчика, который кутает щенка, который наверняка его.<br />- У тебя появился самый верный друг, - треплешь по голове Брана.<br />Треплешь по голове Брана, смотря на мальчишек. Эйгон гладит щенков на руках Робба, прежде чем кутает их плотнее. Джон рядом и говорит про легенды семей, а ты смеёшься.<br />- Но чудеса случаются, вдруг! – ты веришь. – Где-то под драконьим камнем есть клад, это точно.<br />Ты веришь, что чудеса случаются, раз лютоволк впервые за сотню лет появился по эту сторону стены. <br />- Ты все правильно сказал, как будто для детей Старков, - целуешь брата в щеку.<br />Целуешь брата в щеку, он молодец… и вдруг он разворачивается и идёт к волчице, ты следом, не понимая, что он хочет… подходишь лишь тогда, когда Джон достаёт ещё одного щенка, белого, словно снег, с красными глазами. Брат показывает его, ты подходишь к Джону, целуя щенка в нос.<br />- Бедный малыш… как хорошо, что ты его… услышал, - одной рукой помогаешь брату завернуть щенка в плащ.<br />Одной рукой помогаешь брату завернуть щенка в плащ… щенок каждому ребёнку, в крови которого волк. <br />- Север тебя любит, Джон, - улыбаешься, смотря, как щенок под его плащом тыкается носом, а потом засыпает. – Надо их покормить, как только приедем.<br />Когда вы приезжаете, все вы, дети, собираетесь вокруг камина на ковре, где щенки, согревшиеся, начинают есть, а вы кормите их, обмакивая полотенце в молоко и протягивая, не разбирая, где чей. Они все дети. <br />- Малыши, - протягиваешь ты, перелавливая всех по одному и целуя в нос. – Все дома.<br />Ренли смеётся, спрашивая, будешь ли звать их малышами потом, а ты уверенно говоришь, что всегда. Щенки находят своих людей, получают имена. Ты чешешь каждого по пузику, повторяя имя и ещё раз целуешь в носики, смотря, как смешно они двигаются, когда целуешь. Вечером все расходятся, договариваясь между старшими (младшие пусть спокойно спят, хоть эта идея не вызывает восторга даже у Сансы),&#160; дежурить у щенков по очереди, ты и братья первые.&#160; Джон спрашивает о белом щенке, ты улыбаешься, думая о том, что ничего странного нет… но лучше молчать об этом.<br />- Отец согласится, у него не будет выбора, мама, если что, поможет, - белый щенок приоткрывает глаза, а ты берёшь его на руки и даёшь полотенце в молоке, на запах тут же ползёт щенок Сансы, тихо тыкая носом тебе в колено, поднимаешь Леди и второе полотенце даёшь ей. – Ты не назвал щенка, Джон. Имя?<br />Малыш отрывается от еды и смотрит на Джона, который называет его. Ты повторяешь имя и целуешь щенка в носик, а потом снова даёшь молоко.<br />- Почему Призрак? – щенки сворачиваются клубком.<br />Щенки сворачиваются клубком, засыпая. Ты сидишь на ковре, прислонившись спиной к креслу, вытянув ноги, ждёшь ответ. Брат говорит, что это от того, что его чуть не оставили в снегах, ты мрачнеешь, беря щенка на руки и прижимая к себе. Тебе даже кажется, что вы виноваты. <br />- Но теперь все у нас будет хорошо, - передаёшь малыша Джону, щенок открывает глаза, лижет его в щеку и засыпает на его руках.&#160; Мальчишки тоже засыпают, головы у тебя на коленях, а ты решаешь их не будить, перебирая им волосы, почесывая щенков и подкармливая их, пока не приходит сонный Робб, который говорит, что не добудился Ренли, садится рядом, подвигает голову Эйгона, тоже располагаясь на твоих ногах, и тут же засыпает.<br />- Кажется, мальчики нам не помогут, да? – шустрая Нимерия требует внимание скулением, даёшь ей поесть. – Все же вы малыши… и вы тоже.<br />Смеёшься, смотря на мальчишек, которые спят, и думаешь, что Робб – брат Джона, значит, и ваш тоже.<br />Щенки растут быстро. Вскоре все открывают глаза, бегают по залу, играют, словно не волки, а обычные щенки. Бегают за своими людьми, друг за другом. В один из дней вы сидите с Джоном на ковре, щенки вокруг, кто на что горазд, с одним перетягиваешь веревку, но ее из твоих рук забирает второй щенок, который хочет поиграть с братом, кто-то лакает молоко – подливаешь из кувшина, думая, что скоро надо перевести их на мясо, кто-то тыкается носом и бежит играть дальше. А Призрак лежит у тебя на коленях, дремлет, а ты чешешь его за ушком. Джон говорит про щенка, ты тихо улыбаешься.<br />- Я его люблю, всех их, - целуешь щенка в нос. – Ты знаешь, ты, когда был маленьким, тоже был спокойным ребёнком. Спокойно лежал, смотрел, ждал. А Эйгон кричал и требовал внимания.<br />Смеёшься, тянешься к Джону и его тоже целуешь в нос. <br />- Но никому не говори, - обращаешься к щенку, наклоняясь, - но ты мой самый любимый волк.<br />Ещё один поцелуй в нос, щенок зевает мило, а ты умиляешься, смотря на него и вокруг. <br />- Малыши, - умилительно. – Мне кажется, для меня они всегда будут вот такими. Да, или с тобой, или со мной Призрак. Потому что он – твой волк, а я – твоя старшая сестра, моя задача – заботиться о вас.<br />Даже когда вырастут, думаешь ты, умиляясь выходкам с тряпкой, которую теперь перетягивают группами три на два.<br />- Не хочешь помочь, Призрак? – показываешь щенку на игру.<br />Ушки Призрака делают милое движение, он встаёт и бежит уравнивать силы. Смеёшься, тоже, как Джон, уравновешивает.<br />Джон уравновешивает твои мысли, говоря то, о чем ты давно думаешь. Тихо смеёшься, смотря на брата, сидящего так близко.<br />- Мне тоже здесь нравится… и крайности всегда похожи больше, чем кажется, - улыбаешься. – Старки мне нравится.<br />И ты думаешь над тем, что нечаянно сказал Эддард Старк… его младшая дочь похожа на его сестру. И ты думаешь, что если бы твой отец не намекнул, она бы так не поступила –&#160; девочка просто порывисто пошла за тем, кто обещал так много. Тебе кажется, что она бы тебе понравилась, как нравится Арья. Джон пропускает прядь твоих&#160; волос через пальцы, ты улыбаешься и тянешься к нему.<br />- О чем ты задумался? – целуешь в щеку.<br />Целуешь в щеку, а Джон говорит о магии. Ты улыбаешься, кивая головой – ты в неё веришь, он это знает, и здесь она везде. <br />- Да, я тоже чувствую… и не удивлюсь, если ты и Призрак связан, лютоволки – часть магии, как когда-то были и драконы, - и Джон – волк.<br />И Джон сам волк, даже если не знает об этом. Ты смеёшься тихо, когда брат тянет за прядь волос, наклоняешься к нему, когда тянет на себя, шепчешь на ухо:<br />- Фетишизм, братик? Это так ммм… по-дорнийски, - вы в комнате одни.<br />Вы в комнате одни, только щенки вокруг, оставляешь поцелуй на шее Джона, а затем, отстраняясь, в уголках губ.<br />- Кстати, о магии… Прогуляемся? – щенкам уже тоже можно. – Малыши, хотите погулять в богороще?<br />Щенкам уже тоже можно на улицу, а богорощи ты любишь, особенно старое дерево у тёплого озера, там хорошо сидеть.<br />- Мне нравятся эти деревья… - говоришь ты, когда вы уже на поляне.<br />Вы уже на поляне, щенки вокруг играют, не смотря на то, что это место святое. Ты смеёшься громко, думая о том, что это самая правильная молитва – жизнь. Не зря ее когда-то приносили в жертву… зачерпываешь в ладонь воду из озера и брызгаешь на Джона, смеясь.&#160; <br />Смеясь, скидываешь верхнее платье и ныряешь в озеро, выныриваешь, опираешься руками на берег, щеночки тыкаются носиками, проверяя, что ты в порядке, целуешь их, а потом тянешь ладошку к Джону.<br />- Поцеловать тебя… в нос? – он же тоже волк.<br />Волк, думаешь ты, прищурившись. И здесь так спокойно, смотришь на Джона и дерево за ним, чувствуя, что старая магия за вами наблюдает с лиц на деревьях и через щенков, которые играют вокруг, она в вас самих.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sat, 24 Aug 2019 23:19:30 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57088#p57088 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57087#p57087 <p>Тебе кажется, что с этого дня ты любишь бури. Да, они могут принести много плохого, но главное вовремя укрыться от вьюги или песка, найти убежище. Они бывают долгими и изнуряющими, но перестают быть такими, когда рядом дорогие люди. Тогда стихия дарит лишь моменты спокойствия, когда никто и ничто не может отвлечь от того, что на самом деле важно – от людей рядом. Ты улыбаешься.<br />Ты улыбаешься, думая, что эта буря продлилась почти сутки, - могла бы и дольше, думаешь ты, но мысль убирает лишь другая – Мама бы с ума сошла, - поэтому нужно возвращаться, но немного растянуть время можно. <br />Можно заехать в порт и забрать гостинцы из Дорна, ты знаешь, что они точно есть – всегда есть, маму там любят, вас там любят, это ваш дом. Вокруг снег, чистый, переливающийся на солнце, слепящий глаза, но тебе нравится.<br />Нравится, ты тянешься к Джону, накидывая на его голову капюшон, тихо смеёшься, наблюдая за тем, как прядь волосы падает ему на лицо – возвращаешь ее на место.<br />- Вы, северяне, совсем не боитесь замерзнуть? – качаешь головой.<br />Качаешь головой, а Джон что-то замечает, спешивается, ты тоже следуешь за ним. Красные ягоды. Маленькие, плотные, ты не пробовала их. Берёшь губами с его рук, придерживая волосы, а потом целуешь мальчишку, забираясь руками ему под плащ, как он под твой, когда ловил тебя при встрече. Тепло.<br />Тепло, о нем говорит Джон, замечая, что северяне умеют его беречь и делиться. Ты прищуриваешься, чуть отклоняясь и смотря на него, а потом снова становишься ближе, чтобы прошептать на ухо:<br />- То есть, если я в твоём Севере замёрзну ночью, ты знаешь, как меня согреть? – ты все же Дорн.<br />Ты все же Дорн, все же любишь странные фразы с многими смыслами, под плащом рукой ныряешь и под ткань дублета и рубашки, наблюдая. А Джон обнимает, целует тебя в лоб и говорит, что на его Севере ты не замерзнешь. Тихо смеёшься, вставая на носочки и целуя его в нос. <br />- Северный мальчишка, - тихо смеёшься, слыша слова о разрешении. – Мне кажется, это несколько запоздавший вопрос… и тебе ни на что не нужно ничьё разрешение, кроме своего собственного. Запомни.<br />Ведёшь ладонь по коже, не вытаскивая из-под рубашки, туда, где бьется сердце. Улыбаешься, чувствуя пульс.<br />- Вот где разрешают и кто разрешает, - но вам пора.<br />Пора, еще раз легко целуешь его, вы едете в порт. Там шумно, много наречий, но дорнийское ты услышишь всегда – специфичные слова, звуки браслетов, женщины, которые тоже ходят по морям, смех громче… вам туда. Вы говорите с капитаном, смеётесь, мужчина бьет Джона по плечу, услышав, чей он сын.<br />- Дорн не оставляет своих, ты наш, - шепотом ему на ухо, касаясь губами кожи, когда капитан уходит за маленьким сундучком лично от себе для твоей матери. – И они это знают. Весь Дорн един. Так что моя страна и твоя. <br />Получив подарок и попрощавшись с капитаном, вы уходите в замок, где вас уже ждут. Мальчишка спрашивает о содержимом ящика… ты смеёшься.<br />- Узнаю по запаху… и ты скоро узнаешь, - тайна.<br />Тайна, которую нужно сохранить, чтобы вечером было приятнее ее изучить и открыть. Перед замком целуешь Джона в нос, а потом наклоняешься к волку…<br />- Кто мой любимый волк? – и целуешь в нос и Призрака, а потом треплешь за ухом, заходя внутрь.<br />Внутрь, Винтерфелл вас встречает людьми и объятиями, остальные уже вернулись, а вы с грузом. Леди Кэтилин обнимает Джона и ты… улыбаешься, а потом смотришь на маму с вопросом, а она кивает головкой в ответ на немой вопрос – все становится на свои места. <br />На свои места, думаешь ты, когда леди Старк зовёт своих детей, всех, Джон тоже ее. Так всегда должно было быть, раз уж матери не дали забрать мальчика к вам. И… лучше поздно, чем никогда. Хотя ты предпочла бы, чтобы так было изначально. Арья говорит много о буре, ты смеёшься.<br />- Любишь приключения? – а девочка кивает головкой.<br />А девочка кивает головкой, уходя с братьями и сёстрами. Вечером же ты ловишь Джона, приглашая к вам, и вскоре уже все сидят вокруг котелка с шоколадом и апельсинами. Вы с Эйгоном берёте понемногу всего для старших детей, идёте к Джону. Санса краснеет и хочет встать, но ты останавливаешь девочку, прищурившись, смотря на неё. Она тоже меняется. <br />Меняется, это радует тебя. Ты легко обнимаешь ее, шепчешь, что ей нужно остаться на месте, на котором она, а Эйгона усаживаешь с ее стороны, сама садишься рядом с Джоном. <br />- Теперь ты знаешь, что было в коробках, - когда он пробует после твоих слов о том, что в противном случае ты его накормишь, мысль тебе все еще очень нравится. – И ты очень мило краснеешь, знаешь? <br />Пробует и говорит о клюкве, беря тебя за руку, ты улыбаешься, кивая в ответ. Джон пальцами проводит по руке, а тебе хочется обратно в дом в лесу… где есть только вы, хоть ты и любишь свою семью и эту семью, тем более, когда она вся приняла его.<br />- С клюквой мы еще ммм… попробуем, - шепотом на ухо.<br />Шепотом на ухо, когда Санса вдруг забирает у зазевавшегося Эйгона последнюю половинку апельсина и делит на всех.<br />- Ты же принц, все равно бы поделился, - и впервые говорит на «ты».<br />Смеёшься тихо, подмигивая девочке, в то время, как Эйгон с круглыми глазами смотрит на мир, как будто он изменился на глазах.<br />На глазах наступает ночь. Вы расходитесь, а ты идёшь к Джону – идея покормить его все еще кажется тебе очень хорошей. Выполнив затею, убегаешь, думая, что он пойдёт за тобой, но, выглянув из-за угла, видишь у его двери Сансу. Улыбаешься.<br />Улыбаешься, это к лучшему, им о многом нужно поговорить. Сон спокойный. Если бы не бодрый голос Эйгона утром, ты бы еще поспала, но завтрак… <br />Завтрак и Богороща. Тебе нравятся эти странные деревья. Пальцами проводишь по белой коре, чувствуя странное тепло. Кровь внутри. Ты чувствуешь.<br />Ты чувствуешь, что оно живое. И пальцы скользят по вырезанному лицу, изучая, а глаза закрыты. Старая магия здесь.<br />Старая магия здесь, и это единственная религия, которую ты признаёшь, как много столетий назад признавали в Валирии, от которой сохранилось имя лишь трёх богов… Джон говорит о сестре, ты улыбаешься.<br />- Она начала понимать, - пожимаешь плечиками. – Лучше бы раньше, но хорошо, что сейчас.<br />Сейчас Джон знакомит с Севером, говоря об источниках, Арья играет с волками и младшими братьями рядом, Санса стоит у дерева и наблюдает за Эйгоном, а Джон опускает твою ладонь в воду. Тёплая. И это наводит тебя на мысль…<br />На мысль, которую перебивают слова о луке из чардрева. Арья хихикает, смотря на вас, услышав, но ты знаешь, что девочка сохранит секрет.<br />- Вчера? Ваши мастера слажено работают.<br />Раз лук приносят не к вечеру, а сейчас, увидев вас. Ты рассматриваешь работу, благодаришь мастера.<br />- Подумала, чтобы ты меня научил, - Арья отворачивается, улыбаясь, а ты делаешь шаг к Джону, чтобы шептать. – А еще, обучая, ты можешь меня касаться… <br />Касаться, и никто ничего не поймёт. Ты берёшь лук, колчан и показываешь мальчишке, прищуриваешься.<br />- Начнём? <br />Он говорит об угле, в который должен сгибаться локоть, вы отпускаете пару стрел, но тебе больше всего нравится опираться на него спиной. Джон рассказывает о своём дяде, ты улыбаешься и молчишь, когда три фазана вылетают из-за кустов…<br />- Джон, минуту, - берёшь три стрелы и делаешь шаг в сторону.<br />Шаг в сторону от него. Птицы летают стаей. Рассчитав… можно пусть одновременно три и пронзить все. Так учил Бенджен, о котором Джон тебе рассказывал только что. И ты делаешь это, тушки ждут на снегу.<br />- Все на самом деле не так, - смеешься. – Твой дядя Бенджен… учил меня стрелять еще ребёнком. И уехал он в Дорн к Оберину, моему дяде. А женился он на его любовнице Элларии, и да, она Сэнд. Оберин же с его женой Серсеей – часть их семьи, а где чьи дети видно по глазам: Томмен, младший Серсеи, точно сын твоего дяди, а Элия, старшая Элларии – Оберина. <br />Джон, Арья и Санса, оказавшаяся рядом, совершенно одинаково хлопают глазами, а щеки двоих старших трогает румянец.<br />- Старки, - протягиваешь ты со смехом. <br />Протягиваешь, а Джон говорит, что их дядя живет так, как выбрал, как хочет сам, он счастлив и не оглядывается. Ты смеёшься.<br />- Я рада, что ты думаешь так, каждый должен взять пример, быть собой и не оглядываться… так что Старки есть и на юге, - улыбаешься.<br />Улыбаешься, дети Бенджена и Элларии, все Старки, хоть без титула, но рождённые в законном браке, и пусть часть детей на деле Мартеллы, а маленький сын Оберина, носящий его имя, на деле Старк.<br />- Запомни это, - шепотом.<br />Шепотом на ухо Джону, когда Призрак возмущённо урчит, как бы показывая, что там лежит дичь, а он не охотничья собака. Но Мохнатый пёсик решает проблему, просто съедая птиц и с довольным видом подбегая к своему мальчику.<br />- Утром, лук, - говоришь Арье, которая и без того тебя видела. – И вы двое тоже.<br />Мальчишкам, которые суетятся рядом. Они тебе нравятся, маленькие и живые. А у старших мальчиков тренировка после, серьёзная. И Арья берет тебя за руку и куда-то тащит, ты уже не спрашиваешь, понимая, что девочка что-то задумала.<br />Задумала – в довольно большой трещине можно увидеть, как мальчишки после тренировки умываются и переодеваются. Арья хихикает, а ты рассматриваешь… когда подходит Санса. Арья тут же шикает, прося молчать, старшая девочка шипит, что так нельзя… но потом появляется Эйгон. Санса замолкает, смотрит, краснеет… и вы с Арьей хихикаете. <br />- Санса, не забывай… моргать, - хихикаешь.<br />Хихикаешь с младшей девочкой, а старшая отмахивается и смотрит. После вы расходитесь, натыкаешься на Призрака, которого целуешь в нос, а он показывает тебе озеро под Винтерфеллом.&#160; А потом с мальчишками вы сталкиваетесь перед ужином в коридоре. Санса смотрит, краснеет, бледнеет, пошатывается… Эйгон поддерживает ее и спрашивает, все ли хорошо, а она почти отключается. Брат ведёт, ее с вопросом смотря, а она что-то мямлит и отводит глаза. Эйгон касается ее лба, спрашивая, хорошо ли она себя чувствует после бури… и все, если бы не руки брата, лежать бы маленькой леди Старк на полу.<br />- Все в порядке, - шепчешь Джону все, что было, на ухо. – Вот поэтому она и…<br />Робб обеспокоен, но Арья во всеуслышанье рассказывает, чем вы занимались и что видели. Ты хихикаешь, наблюдая за всеми. <br />- Так что, мальчики, у нас была возможность… вас оценить, - смеёшься, когда Санса открывает глаза. – Лидер Сансы, кажется, известен.<br />Девочка шикает и снова стремительно краснеет, а ты смеёшься. Джон шепчет на ухо вопрос о том, смотрела ли ты и что скажешь…<br />- Смотрела, но ммм… чтобы выбрать, нужна повторная демонстрация, - смеёшься. <br />Смеёшься, он спрашивает, смеясь в ответ, не достаточно ли одного раза. Отвисаешь закусывая губу, дразня:<br />- А вдруг нет? Приходи туда, куда вечером поведёт Призрак, - прищуриваешься. <br /> Прищуриваешься, хватаешь Арью, увлекаешь девочку в зал на пир, оставляя Джона позади с Роббом, а Сансу, которая все еще краснеет и отводит глаза, с Эйгоном. В зале… <br />В зале Санса перебегает к Джону, хватает его за руку и ведёт с собой за высокий стол, леди Старк улыбается, в отличии от прошлого раза. Джон сидит рядом с Сансой и Эйгоном, тебе остаётся Робб и Арья для разговора. <br />Для разговора, а еще рядом нет Призрака… ты любишь этого волка. Берёшь несколько кусочков мяса, опуская их под стол Серому Ветру и Нимерии, высматривая белую шерсть.<br />- Призрак? – зовёшь, чтобы дать оленину ему. – Кто мой любимый волк? <br />Кажется, волки решают, что не хорошо, что трое получили мясо, а остальные нет, и в итоге у тебя под столом много волков, которые просто опрокидывают твой стул, а ты хохочешь, лежа на полу, не слыша ничего, вокруг волки…<br />Вокруг волки… целуешь всех в нос, но Призрака первого. Волк кладёт голову на плечо с урр, а ты чешешь его за ушком. А потом поднимаешься…<br />Поднимаешься, потому что один из волков, Мохнатый пёсик, упорно тыкает носом в твой карман, где лежит яблоко.<br />- Хочешь ммм… попробовать? – не думая.<br />Не думая, достаёшь маленький кинжал, режешь яблоко на дольки. Шесть, по числу волков, и кормишь. Первая долька – белому волку, голова которого на плече. А лезвие еще в руке.&#160; Убираешь кинжал под ткань, незаметно, как и достала – юбки и много ткани всегда помогают в этом, нужно лишь знать, как пользоваться нарядом. Встаёшь поднимаешь стул, смеясь, чешешь всех волков за ушком, а Мохнатый пёсик обнюхивает, есть ли еще в наличии яблоки. <br />- Завтра угощу еще, - волк прищуривается и тебе кажется, что он словил тебя на слове. – Рикард, а ты любишь лукум? <br />Протягиваешь мальчику сладость, пир продолжается. А после него ты закрываешь дверь своей комнаты, взяв с собой маленькую сумку, идёшь вниз, к озеру. Зажигаешь в темноте первую свечу, а дойдя до озера – остальные. Свет вокруг, от камней, которые в пещере, отражается, от воды. Расстилаешь плед и ставишь фрукты и вино. Скидываешь платье и ныряешь в тёплую воду. Вскоре Призрак приводит Джона. Волк у воды, приподнимаешься и целуешь его в нос.<br />- Иди сюда, - тянешь ладонь к Джону.<br />Тянешь ладонь к Джону, а когда он подходит, тянешь его вниз, к себе. <br />- Все должно быть честно, - смеёшься. – Я же тебя видела… <br />Теперь ты сама плаваешь здесь в мокром нижнем платье их дорнийского шелка, но Джон замечает, что на нем ткани не было. Ты смеёшься, беря его руку и кладя на завязки.<br />- Держи, - и ныряешь.<br />Ныряешь, зная, что бантик развяжется, что когда ты уйдёшь на глубину, ткань, все платье останется у Джона в руках. Выныриваешь.<br />- Но теперь все должно быть честно тоже, - приподнимаешься и дергаешь за ткань его одежды. – Ныряй ко мне. <br />Кладёшь руки на «берег», а голову на них, наблюдая за мальчишкой, ведь все должно быть честно. <br /><br /></p> <p>Прогулка утром – отличная идея, думаешь ты, когда вы выходите из деревенского дома после завтрака, играете в снегу и просто смеётесь.<br />Смеётесь, ты чувствуешь, что вы оба живые, счастливые и влюблённые. Ты думаешь о том, что любишь Север, потому что эта земля – часть Джона.<br />Джона, который ведёт к людям, накидывая на тебя капюшон, а ты качаешь головой, думая, что тебя и так не узнают – в отличие от брата, твои волосы не отливают серебром и золотом, но лишнее тепло не помешает, в итоге накидываешь и на голову Джона капюшон, думая, что северные мальчишки, конечно, привыкли к погоде, но ты все равно беспокоишься. Вы заходите в дом на завтрак.<br />На завтрак простой, но вкусный. Сидите, шепчете, кажется, что другого мира, в котором живет твой отец, совсем нет. После выхода на улицу, начинается игра.<br />Игра, в которой выигрывает Призрак, который скачет по снегу. Ты звонко смеёшься, тебе нравится видеть волка таким веселым, радостным, а красные глаза как будто смеются. Волк – это тоже часть Джона, его ты обожаешь. <br />Обожаешь, а он тыкается мордочкой Джону в плечо, а потом тянется к тебе, а ты целуешь его в нос и улыбаешься. Призрак отбегает в сторону, к вам снова, мальчишка предполагает, что волк придумал своё желание.<br />- Тогда мы должны его выполнить, - встаёшь, еще раз целуешь Джона, прежде чем начать идти. – Пойдем?<br />Волк ведёт вас через лес, который становится все плотнее, но вы оба доверяете его чутью, не сомневаясь ни минуты. На ходу вы отряхиваете от снега друг друга, ты смеёшься, оставляя поцелуй на щеке Джона, снова накидывая на него капюшон.<br />- Северяне… - качая головой.<br />Качая головой, идёшь дальше.&#160; Снег вокруг нетронут, вы идёте, а Призрак то и дело поворачивается, проверяя, продвигается ли его стая дальше. Джон поддерживает тебя, подол платья становится тяжелее, но это пустяки, тебе любопытно, что придумал большой белый волк, и куда он вас ведёт.<br />- Нет, но любопытно, куда мы, - волк останавливается и ждёт.<br />Останавливается и ждёт, пока вы поравняетесь с ним, когда это происходит, опускаешь ладонь в белую шерсть и треплешь Призрака, а Джон говорит о воде.<br />Воде? Ты всматриваешься через стволы деревьев, среди которых все больше и больше чардрев, пока простые их собратья совсем не исчезают. Чардрева растут настолько плотно, что придётся пробираться внутрь… но он прав, там, немного дальше вода. <br />- Старая магия! – ты с восторгом говоришь. – Веришь в неё?<br />Ты с восторгом&#160; спрашиваешь, волк урчит, отвечая, ты улыбаешься – тоже веришь, осталось дождаться того, что о ней думает Джон, а пока вы идёте дальше.<br />Дальше, вглубь, пробираясь через плотно сплетенные стволы. Выходя на поляну, первое, что ты видишь – пар от воды, тёплое, источники, на которых стоит эта земля, а затем, за ним лик огромного чардрева, которое смотрит на вас, будто осознано.<br />Будто осознано, думаешь ты, а потом понимаешь, что так и есть – старая магия, которая в этом крае была божеством, жива здесь и сейчас.<br />Здесь и сейчас вы в ее центре. Здесь, в этом месте, тихо, как будто ничего за его пределами нет. Ты прикрываешь глаза, наклоняешься к волку и целуешь его в нос.<br />- Спасибо, что привел нас сюда, - магия везде.<br />Магия везде, ты прикрываешь глаза, находишь руку Джона и встаешь, обнимаешь его и напеваешь старую мелодию, которую слышала от мамы. Мальчишка спрашивает о том, знаешь ли ты о традициях Севера, киваешь головкой, продолжая слушать его, а он задаёт вопрос, который лишь косвенно относится к традициям.<br />Косвенно относится к традициям севера, но он напрямую касается вас двоих.&#160; Улыбаешься, киваешь головой, считая, что слова здесь совсем не нужны, тянешься к нему и целуешь, путаясь пальцами в его волосах. <br />- Тогда тебе стоит ждать меня у дерева, - подталкиваешь его.<br />Подталкиваешь его в сторону чардрева, когда воздуха не осталось и поцелуй разорван. Джон улыбается, берет за руку и идёт, а ты отрицательно качаешь головой.<br />- Стоит ждать, а приведёт Призрак, - запускаешь руку в белую шерсть.<br />Запускаешь руку в белую шерсть, волк вас привёл сюда, он ведёт тебя дальше к Джону, а у дерева ты целуешь Призрака в нос, он урчит и садится рядом, а ты берёшь Джона за руку, тянешь вниз, тянешь ваши ладони к коре дерева. <br />К коре дерева, говорить вслух совсем не нужно. Ты обещаешь старой магии, себе и Джону без слов, что всегда будешь с ним, будешь любить его, что ничто не сможет забрать у вас вашу семью и друг друга. Когда заканчиваешь, открываешь глаза и смотришь на мальчишку рядом, который все еще говорит с магией внутри дерева, улыбаешься и поправляешь прядь его волос, а когда он открывает глаза, целуешь его, но прежде видишь, как серый волк мелькает рядом.<br />- Джон, там был волк! Не Призрак, - и Призрак урчит, как будто подтверждает.<br />Подтверждает, но еще один поцелуй убирает все мысли. Ты обнимаешь мальчишку, но вдруг устойчивость страдает, вы падаете в снег и получаете двойное уррр и два носика.<br />- Их двое! – ты с интересом смотришь.<br />Смотришь на серого волка, который с интересом вас обнюхивает. И ты бы, пожалуй, испугалась, если бы не Призрак, который спокойно на это смотрит. Серый волк, подумав, плюхается рядом с вами и играет в снегу, а потом втаскивает в свою забаву Призрака.<br />- Так вы знакомы! С нами пойдёшь? – уходить не хочется, но пора, в замке вас ждут.<br /> Уходить совсем не хочется, но пора, в замке вас ждут. Ты тянешь руку к новому волку, но он смотрит, пока не давая себя касаться.<br />- Пойдём? – вы идёте обратно.<br />Обратно, там будет пир. Когда вы доходите до замка, начинаются вопросы, но мама смотрит на волков и смеётся.<br />- У вас новый друг? – волчица обходит ее кругом и обнюхивает.<br />Обнюхивает, и, довольно заурчав, обратно отходит в сторону, держится рядом с Призраком. Ты улыбаешься.<br />- Не иди сегодня на пир, скажись больным сейчас, - подталкиваешь Джона.<br />Подталкиваешь Джона к леди Старк, а сама находишь Ним и подговариваешь ее авантюру – претвориться тобой, надев платок. Кузина прищуривается, но соглашается.<br />Соглашается, одевшись в твою одежду, идёт вместо тебя на пир, а ты оборачиваешься в красный с золотом платок, а наверх плащ, и идёшь к комнате Джона. Стук. Он открывает дверь, двое волков, свернувшихся клубком, смотрят секунду, а потом снова начинают дремать у камина.<br />Открывает дверь, заходишь внутрь, отпуская плащ, оставаясь в платке из полупрозрачного дорнийского шелка. <br />- Что? Я же к мужу пришла, - мальчишка тянет руку.<br />Мальчишка тянет руку и берет край платка, а ты закрываешь дверь на щеколду. Делаешь шаг к нему, когда платок уже на полу, обнимаешь и тянешься к рубашке, ткань вам сегодня не понадобится. Утро…<br />Утро наступает быстро, стуком в дверь, ты сонно подхватываешься, быстро целуешь Джона и удивленно смотришь.<br />- Кто может беспокоить тебя до рассвета?! – ты соскакиваешь с кровати тихо, открываешь дверь шкафа, берёшь плащ, заматываешься в него и прячешься внутри.<br />Прячешься внутри, думая, что в объятиях Джона утро было бы гораздо лучше, но… пока никто не должен знать, нужно придумать, как к новости подготовить отца. Пока ты знаешь одно, никто не заберёт вас друг у друга. <br /></p> <p>Ты любишь Дорн, дом и вот такие дни беспечности, когда можно валяться на берегу и просто ни о чем не думать. Играть в реке и думать, что у вас есть все время мира, что сам мир принадлежит только вам двоим и никому больше. Ты смеёшься.<br />Ты смеёшься звонко в воде, когда Геррис говорит, что платье не умеет целовать, оставляя поцелуи на твоей коже и обнимая. <br />- Что правда, то правда, но вдруг… у меня сомнения? – которых не может быть.<br />Которых не может быть, и вы выбираетесь на берег, устраиваясь удобно на песке. Ты просишь его спеть, начиная плести цепочку из цветов, припоминая Геррису случай из прошлого. Смешное воспоминание,&#160; а он говорит, что просыпаться собирается только с тобой. Ты прищуриваешься, откладывая в сторону цветы на секунду, наклоняешься и проводишь пальцами по его телу, внимательно смотря в глаза. <br />- Ммм… и никак иначе, - вы принадлежите друг другу.<br />Друг другу, даже когда еще не знали, в детстве, когда мальчика привёл отец, а ты подумала, что у вас появился брат. Ты говоришь ему о планах отца.<br />Ты говоришь ему о планах отца на посвящение, хоть и знаешь, что на празднике он будет занят другими делами – музыкой, вином, Элларией. Геррис тоже все это понимает, спрашивая об этом, а ты смеёшься, доплетая второй венок.<br />- Да, ты уже не ребёнок, он думает, что ты вырос, - смеёшься. – Но лично я в этом совсем не уверена, ммм…<br />Тихо смеётся, подтрунивая над ним, щёлкая по носу. За хорошими вестями всегда следуют плохие, ты рассказываешь о планах дядюшки на твой брак.<br />Брак в Простор, богатая земля, хороший мужчина. Уилласа ты знаешь давно, они с отцом общаются, не смотря на старые раны и истории. Но твой дом и твой мужчина здесь. И уходить от них ты никуда не собираешься. Геррис мрачнеет, а ты пальцами касаешься его щеки, тянешь к себе и целуешь.<br />- Это всего лишь его глупые планы, - оставляешь поцелуй на его щеке.<br />Оставляешь поцелуй на его щеке, он снова улыбается, говоря, что ему нужно как можно скорее увидеть твоего отца. <br />Отец давно считает его еще одним своим ребёнком, смеясь, что у них с Элейной ничего не вышло, но дети у них общие. Геррис говорит о карьере, ты смеёшься, откидывая голову назад. Уж он-то точно заядлый карьерист.<br />- И не говори, всю Королевскую гавань в амбициях переплюнул, - сквозь смех. – Но тогда стоит посмотреть на Арианну, трон…<br />Который вас никогда не интересовал. Вы любите дом и свою семью, сделаете для них все. Но свобода – это то, что ничто не может отнять. Вы любите уезжать далеко, чтобы с удовольствием вернуться домой. Сумерки.<br />Сумерки наступают незаметно, ты думаешь, что вы уже опоздали на праздник, но ройнары только начали своё представление, оно будет длиться всю ночь. Кругом факелы, танцы, музыка, фокусы и… жизнь.<br />- А я тебя, карьерист, - смеёшься, протягивая ему руку и браслет.<br />Протягиваешь ему руку и браслет, чтобы он закрепил его на запястье, раз выбрал сам. Улыбаешься, выбирая пояс с монетами, вы идёте танцевать. Ты всегда это любила – музыка, праздник, открытое небо и огонь вокруг. Но иногда толпы не нужно.<br />Толпы не нужно, думаешь ты, уводя Герриса от людей, вас уже ждут лошади и ваша пещера, полная маленьких цветов. Ваше скрытое от всех место среди пустыни. Завязываешь ему глаза, чтобы зажечь свечи, которые заранее упаковала и закрепила сумку на лошадях. Теперь можно танцевать, задавая ему еще раз вопрос – для него или с ним.&#160; Ответ…<br />Ответ вторит вопросу, кругом звон монет, вы, ваши движения и касания, блики огня по стенам.<br />- Спой мне, - тихо.<br />Тихо, на ухо, наклоняясь в танце так, чтобы касаться губами его уха. Такой праздник тебе нравится намного больше, чем среди толпы. С него вы возвращаетесь только ранним утром, заваливаясь в свои комнаты.<br />Заваливаясь в свои комнаты, вы располагаетесь на подушках. Геррис протягивает тебе две вазочки с мороженным, которое так не любит тепло вашей земли. Дринкуотер задаёт так много вопросов, а ты набираешь в ложечку два разных мороженных и… кормишь его, а вторую себе – вкусно.<br />- Сначала мороженное, потом вопросы.&#160; Растает! – хотя ты знаешь, как с этим можно поиграть. – Скажу, что нужно съесть лакомство, пока оно еще в нужном состоянии.<br />Хотя ты знаешь, как с этим можно поиграть, хоть хорошим детям говорят с едой не баловаться. К тому же, мороженное вкусное, лучше не растапливать его специально. Забираешься к нему на руки, продолжая есть и кормить его, вырисовывая пальцами узоры по его плечу. Тоже игра – немного потянуть время.<br />Потянуть время, хотя все ответы известны, пальцы с плеча переходят на ключицы, а мороженное исчезает из вазочки.<br />- Да, - ответ такой, каким был всегда.<br />Всегда, вы давно знаете друг друга слишком хорошо, слабости и сильные стороны, вы давно уже единое целое.<br />- Но ты точно хочешь идти к отцу прямо сейчас? – целуешь его. – Чуть позже…<br />Целуешь его, утягивая на подушки, разговор подождёт, тем более, отец наверняка еще спит после праздника и наверняка не один. У вас есть время. Все время мира.<br /></p> <p>Поездка на Север с семьей Элии казалась тебе сначала чем-то веселым и новым, но чем ближе вы приближались к Винтерфеллу, тем больше становилось понятно, что всех мехов мира не достаточно, чтобы отогреть этот край. Одежды становилось все больше и больше, ткани все толще и толще, ты с интересом смотришь вокруг, но…<br />- Интересно, а огненный бог из Эссоса способен отогреть это все? Все его жрицы с ним вместе взятые, - смеёшься, касаясь ладонью Герриса. – Скоро весь наш гардероб поедет не в сундуках, а на нас. Но замок по слухам тёплый. <br />Тёплый, это радует. Когда Винтерфелл показывается в зоне видимости, ты думаешь, что он меньше, чем тебе казалось. Но домашний.<br />- Какого чувствовать себе на родите, Старк-Дринкуотер? – ты знаешь, что он не любит этого.<br />Ты знаешь, что он не любит этого, но это все еще его история – наследник лорда Старка, который много поколений назад сбежал в Дорн, получил прозвище и женился на внебрачной дочери принца. Смеёшься, смотря на Герриса.<br />- Смотри, уже ждут, - Старки.<br />Старки ждут, положенные фразы, а ты рассматриваешь потенциальных жениха и невесту кузенов, когда Рейнис прыгает в руки совсем не Робба Старка.<br />- Сын Эшары, - со знанием, Геррис тоже смотрит в ту сторону. – Кажется, кузину заинтересовал совсем не тот щеночек. Хотя как знать, время еще есть.<br />Есть, они просто помнят его мать. Но ты задумываешься, что если Рейнис… это можно использовать на благо Дорна. Отъезжаешь к сестре и говоришь приглядывать ей за этим. Тиена сообразительная, она понимает, что из вас, кузин, никто и никогда не перейдёт другой дорогу сознательно – пакт, но если Рейнис сама откажется от Севера и Робба Старка, ты найдёшь, что с этим сделать.<br />- Как тебе здесь? – спрашиваешь Герриса, садясь с ним на пиру.<br />Пир идёт, дни бегут. Буря, в которой все затерялись, разговоры и взгляды, ты читаешь и запоминаешь все, а когда Рейнис рассказывает Старкам историю Бенджена, подходишь и вставляешь комментарий.<br />- Да, отца у меня два. У нас… умеют жить, - со смехом наблюдая.<br />Со смехом наблюдая за детьми, отходишь к Дринкуотеру обратно, кутаешься в его плащ, когда в голову приходит гениальная идея.<br />- Может, нам вернуться к себе, пиров сегодня не намечается… там тепло и очень хорошее одеяло, - прищурившись. – Что скажешь о щеночках? Реальные волки мне нравятся… такие редкие… и каждый похож на своего щеночка-человека. Заметил?<br />Когда вы идёте в комнату, когда распускаешь шнуровку платья и ныряешь под одеяло, чтобы устроиться удобно, нависнув над Геррисом. И ты думаешь, хочешь ли ты обсуждать Старков сначала, или…<br />Или всегда было привлекательнее, тянешься и целуешь мужа, путаясь пальцами в его волосах. Разговоры немного подождут.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sun, 23 Jun 2019 16:27:29 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57087#p57087 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57086#p57086 <p>В будущем мы будем вспоминать это время как самое беззаботное, а пока мы просто живем в нем, мы молоды, влюблены и счастливы, и нам кажется, что мы храним свой секрет и все продумали, и нам нравится думать, что это наша тайна, и, не сговариваясь, мы сохраняем ее. Нам кажется, что наши взгляды, наши прикосновения и попытки остаться наедине никто не замечает, но мы хотим касаться, хотим быть рядом и наслаждаться временем беззаботности, и делаем это тоже, наверное, беззаботно и легко. Мы зачем-то придумали эту игру и играем в нее. И нам невдомёк, что все на поверхности.<br />Когда я не могу попасть в свой номер, я не понимаю, что происходит. Шаги позади и смех мамы, ее легкие фразы о рисунке и том, что догадаться проще простого, и то, как она треплет меня по волосам &#8211; я даже смущаюсь, почему-то покраснев, смотрю на Ним, что она думает о том, что нас раскрыли, а меня переселили в комнату к ней. В мама делает комплимент рисунку у Ним на коже и оставляет нас, и я провожаю ее взглядом, но не долго &#8211; мой взгляд возвращается к Ним, и я улыбаюсь.<br />- Теперь можно рисовать хной, когда захочется.<br />Я обнимаю ее и отвожу прядку волос от лица. Мы выросли, хоть мама и зовет нас детьми, имея в виду то, что мы зачем-то затеяли глупую игру в прятки. Ним прячет лицо у меня на плече, и я улыбаюсь. Мы вместе, и семья этому только радуется.<br />- Я тоже, никаких пряток. Я люблю тебя. <br />И поцелуй, легкий, и шаги внутрь комнаты, которая стала нашей. Кажется, однажды съехавшись, мы уже не сделаем шага назад. Только вперед, внутрь комнаты, не разрывая рук. <br />- А я не против что-то&#8230; Нарисовать.<br />Но нас ждет семья. Мы приходим, уже не пытаясь прятать чувства. Девочки наперебой засыпают нас вопросами. Папа ухмыляется под нос и что-то говорит маме, а у нее есть еще один сюрприз, мы с Ним &#8211; далеко не главная новость этого вечера. Наша семья скоро будет больше. Я поздравляю маму и отца, смеюсь, что сестры скоро поймут, каково мне с ними было всю жизнь. Пальцы Ним находят мою ладонь, и я сжимаю ее руку, поглаживая запястье. А отец, смотря на нас, вдруг грозит, что не готов пока к внукам, сейчас, когда только собирается стать отцом, пусть и в четвертый раз. Ним смеется.<br />- Да, мы подождем. Годик хватит?<br />Ним кладет голову мне на плечо, и я обнимаю ее и думаю, что, действительно, зачем мы пытались все скрыть, как будто боялись, что кто-то скажет что-то против. Кто может быть против, когда, кажется, это предрешено, и лучше мы не сможем ничего устроить? Оборачиваюсь на тихий вопрос Ним мне на ухо.<br />- Мальчик или девочка? Мне все равно. Лишь бы все прошло хорошо, ты знаешь&#8230; А сын или дочь. И сын, и дочь. И можно не одну и не одного&#8230; А ты, ммм?<br />Мне кажется, что это случится. Не через год, конечно, это ответ на слова отца. Но когда-то и у нас с Ним будет семья. И она скажет мне то, что сегодня отцу сказала моя мама. У нас обоих много детей в семьях, мне кажется, что это хорошо, когда нас всех много. Мы на море, и наша жизнь только начинается. А я почему-то думаю о Ключе, источнике, цветах и реке. И том, как мы с Ним смотрим на детей, играющих на берегу.<br />Кажется, что все так просто &#8211; мы друг друга любим и хотим вместе быть, что может нам помешать? Оказывается, не все бывает так, как мы хотим. Ним. Я слушаю ее и не понимаю. Как, зачем? Спорю, но слов не хватает. В итоге выходит то, что происходит,&#160; а я не могу поверить, что это случается с нами. Возвращаюсь домой без нее, и по моему лицу мама видит, что что-то случилось. Короткая фраза &#8211; и мама меняется в лице. Я не готов сейчас говорить об этом. Не уверен, что вообще когда-то буду готов. Я просто кладу кольцо &#8211; я ждал момента, чтобы подарить его Ним, и вот он так и не наступил. Что делать, я не понимаю, я растерян, наверное, в этом дело. Или в том, что я полный дурак &#8211; тут я совсем не уверен. А Ним уезжает куда-то с отцом. Все лето в Эссосе. А мое лето перед поступлением пройдет в Ключе, и это первое лето, которое я помню, без нее.<br />Телефоны у них не ловят, но я пишу Ним на электронную почту. И она отвечает. А мама и отец продолжают делать то, что задумали. Когда мне дают ключи от квартиры в Королевской гавани, озвучивают свой план. Мы с Ним едем учиться вместе, и квартира для нас двоих. У нас есть ключи &#8211; Ним ключ отдаст ее отец, а дальше мы сами можем решать, что нам делать. В Королевскую гавань я приезжаю первым. Захожу в большую светлую квартиру, ставлю сумку на пол. Абсолютная тишина, новый ремонт, нейтральные цвета. Светлые полы, обои под покраску. Каждому по две комнаты и одна общая кухня-гостиная. Две ванные комнаты. Когда-то это были две квартиры, но их соединили в одну. Любой первокурсник обзавидуется.<br />Я прохожу по пустым пока еще комнатам. Все необходимое, осталось только придать лицо и внести элемент хаоса в пока еще нетронутый порядок вещей, который сделает эту квартиру по-настоящему уютной. Я открываю окна в большой кухне-гостиной и делаю глубокий вдох. В этой квартире мы должны были жить вместе с Ним, в ней должна была быть одна спальня. А я пока смотрю на спальню, в которой должен спать я, а потом толкаю дверь в другую, которая станет спальней Ним. Обои под покраску&#8230;<br />В день, когда она приезжает, кажется, я опять растерян. Провожу рукой по волосам, ероша шевелюру. О чем-то Ним я не писал &#8211; например, о походе в парикмахерскую. Всего лишь волосы. Я встаю и иду ей навстречу, помогаю закатить чемодан, но на самом деле, просто хочу поскорее ее увидеть. Я видел фотографии, которые она присылала. Удивительные места, красивые снимки и истории со съемок. Но я не мог протянуть руку и коснуться ее, обнять, да просто услышать ее голос.<br />- Привет.<br />И я ее обнимаю, а потом помогаю с чемоданом и думаю, что она захочет осмотреть квартиру. А она смотрит на меня с удивлением и запускает пальцы в мои, ставшие короче волосы, и спрашивает меня про них.<br />- А? А что, мне не идет? Я решил попробовать покороче.<br />Ним говорит, что идет, но так смотрит, как будто увидела привидение. Она хватает и ведет меня к дивану, усаживает и начинает расспрашивать &#8211; зачем, почему, что случилось? А я смотрю, смотрю на нее, и чувствую ее пальцы в волосах, ловлю руку и переплетаю пальцы, и, кажется, вопросы о волосах &#8211; самое странное, что можно сейчас спросить, и самое неважное.<br />- Мне захотелось. Тебе не нравится? Ним, это просто волосы, они отрастут.<br />А Ним говорит, что девушки часто стригут волосы радикально, если что-то случилось. И спрашивает, что же случилось у меня. Поднимаю на нее глаза.<br />- А что, разве ничего не случилось? <br />Разве мы теперь не друзья, не решили почему-то, что это будет лучше? Разве не поэтому кольцо, которое я сжимал в кармане, так и осталось там? Но Ним не сдается. Она берет мороженое и садится мне на руки, и вновь проводит ладошкой по моим волосам. Я продолжаю все отрицать, а она дает мне мороженое, ложку мне, ложку себе. <br />- Ты мне много писала, фотографии такие красивые. Интересно было у отца на работе? А квартира, тут есть все, что нам может понадобиться. Немного странно быть в другом городе, но мы привыкнем. Кстати, кроме мороженого есть много чего еще.<br />А мороженого, кстати, было три. Два десерта, как это заведено, для Ним, и мне один. А я достаю бутылку шампанского и оборачиваюсь на Ним, вытаскивая из полки бокалы. Бутылка делает хлопок и пенная жидкость льется в стекло.<br />- Совсем скоро начнется учеба, первый день жизни на новом месте. Давай, отметим?<br />Я протягиваю ей бокал и сажусь рядом. Все странно. Странно, но Ним, наконец, рядом. И снова у меня на руках.<br />- Ним&#8230; Я ужасно скучал.<br />И это все, что я могу сказать? Она не хотела продолжать то, что у нас было, но я, кажется, так просто не могу. Несколько глотков шампанского, а голова уже как будто кружится. Тело помнит ее намного ближе, а руки скользят по спине, вырисовывая непонятный узор. Узоры хны&#8230; Я тянусь, сокращая расстояние, целуя и не думая ни о чем, кроме Ним у меня на руках. Отпустить, сделать шаг назад, я просто не смогу.<br /><br /><br /></p> <p>Порой приходится удивляться, как люди умудряются усложнить себе жизнь, когда, казалось бы, решение очевидно. Оно лежит на поверхности, но все ходят вокруг да около, придумывая сотню способов поведения в ситуации, не делая самого правильного и самого простого. Зачем ломать и мучить себя, заставляя делать то, что не хочешь, но оглядываясь на другого, думая, что таково его желание? Почему не сказать, что чувствуешь, не боясь услышать ответ? <br />Наверное, такова общая беда людей. Со стороны всегда знаешь лучше, что и кому следует делать в какой ситуации, в теории представляешь себе его обстоятельства и даешь ему умный совет, а потом в другой ситуации поступаешь ничем не лучше, избегая каких-то решений, оттягивая разговоры и бесконечно разрываясь, думая и гадая, представляя себе возможные сценарии, прокручивая в голове несостоявшиеся диалоги и постоянно переживая. Тот же человек, который выслушивал от тебя совет только что покрутит у виска, не понимая, зачем все так сильно усложняется, ну а ты не сможешь толком этого объяснить, но все равно будешь оставлять все по-прежнему. И так долго и долго, почти до бесконечности.<br />Но рано или поздно что-то случается. Мама покупает нам с Ним квартиру, и она въезжает в нее, и мы видим друг друга впервые с лета. Это уже то, что дает нам подсказку &#8211; не делайте то, о чем потом пожалеете. Мы хотим одного и того же, но пытаемся заставить себя об этом забыть. И наша жизнь так и тянется &#8211; с оглядкой друг на друга и с постоянным стремлением друг к другу, которое мы давим на корню, иногда, правда, не очень успешно. Мы оба начинаем что-то понимать. Оба чувствуем, что друг с другом нам лучше, чем по отдельности. Наши руки сами тянутся, ловя пальцы другого, а сон приходит только тогда, когда второй рядом. Долго так продолжаться не может.<br />Оно и не будет продолжаться долго, мы все чаще отказываемся подчиняться голосу в голове, который все тише напоминает о принятом когда-то решении. И время нового решения настает. Приходит с новым человеком на пороге, и я больше не могу молчать. Отвечаю на вопросы, которые меня задевают, как могу, а про хну &#8211; по мне видно все. <br />Ним смеется, говоря, что не знала, что я, оказывается, мило краснею, но краснею я не потому, что смущен, а потому, что зол. Ее предположение выводит меня настолько, что я чувствую как будто удар под дых. <br />- Да, потому что&#8230;<br />Потому что я внутри закипаю, и говорю, что есть. Что у меня есть одна Ним, и мне больше никто не нужен. А она заканчивает шутить &#8211; верю, что шутила, - и говорит, что если бы я привел кого-то, Ним бы не могла быть согласна с таким положением дел. А после можно уже не говорить. Целовать, наконец, отдавая себе отчет в том, что не нужно потом делать вид, что ничего не случилось, и надо отпустить и забыть. Я не хочу отпускать ее &#8211; и она просит этого не делать. Можно забыть о том, что в квартире, кроме нас, есть кто-то еще. Разобраться с этим станет моим делом, и мне совершенно все равно, как я это сделаю, лишь бы поскорее вернуться к Ним. Говорю ей, что люблю ее, и слышу в ответ эти же слова. Еще один поцелуй, чтобы на миг оторваться друг от друг, вернуться в нашу квартиру уже без чужаков и застать Ним и гору моих вещей, которые она уже достает&#160; из шкафа в комнате, которая до сих пор называлась моей спальней. В этой комнате мы ночуем в последний раз, зато вместе. И нам можно все.<br />Спустя время Ним шепчет, что скучала. Я смотрю на нее, провожу руками по обнаженной коже, вырисовывая узоры, похожие на те, что появлялись у меня из-под кисти, когда я разрисовывал стены в ее, теперь нашей, спальне. Как те, что украшали ее кожу, появляясь время от времени, сопровождаемые с чем-то более близким, чем простой рисунок хной. Хна &#8211; это то, что только наше. <br />- Я больше никогда тебя не отпущу. Учти, что в тебя вцепилась пара рук, которая никогда не разожмется. <br />Ним почти на мне, и это лучше, чем все, что может быть, кожа к коже, касания и разговоры, прерываемые на поцелуи. И планы. Комната Ним станет нашей общей, мы немного поменяем что-то в доме и начнем новую жизнь, так, как нужно было сделать это раньше. Как думала моя мама, покупая эту квартиру для нас, и я вспоминаю о том, что хотел сделать, тогда, до нашего разговора&#160; с Ним о том, что лучше нам оставаться&#160; друзьями. Я вспоминаю, но пока мы говорим о том, что намного ближе. <br />- Мне нравится это «мало ли». &#8211; Я смеюсь и целую пальцы Ним и тяну ее к себе, легко касаясь губ губами. &#8211; Всякое может случиться. Кстати, заметь, эта мебель как-то странно сочетается с ремонтом нашей комнаты в Ключе, тебе не кажется? Что-то мне все это кажется мм.. Подозрительным. Мама знает нас лучше, чем мы сами? <br />Я слушаю предположения о реакции родителей на новости и тихо смеюсь.<br />- Да, это наша семья. Я твой, а ты моя&#8230;<br />И пока хватит нам разговоров, в них тоже нужно делать перерыв. Спать? Никто из нас не хочет, мы знаем, как провести это время намного лучше, тем более, мы хотели этого так давно.<br />Утро приходит для нас, кажется, рано, но на самом деле мы открываем глаза уже ближе к обеду.<br />- Самое доброе.<br />Я улыбаюсь поцелую и обнимаю Ним, она рядом, и я тяну ее к себе, не отпуская, как и обещал. Совершенно не хочется вставать и думать о каких-то делах. Правда, дела, про которые говорит Ним, кажется приятными и напоминают об еще одном нашем воспоминании еще времен переезда в Ключе.<br />- Шторы? Мне нравится. Может быть, посмотрим что-нибудь еще?<br />Мы, наконец, начинаем жить в&#160; этой квартире, по-настоящему жить, и хочется внести в нее что-то свое, такое, что будет дарить нам хорошие воспоминания еще долгие годы. Простой нейтральный ремонт в квартире приобрел индивидуальность со спальни Ним, с узоров по стенам, которые говорят о нас без слов, говорят нам о том, кто мы друг для друга.<br />- Но шторы и магазин&#8230; Немного попозже.<br />Я тянусь к ней и целую, улыбаюсь и фыркаю под нос.<br />- Ты не знаешь строительные магазины, которые работают круглосуточно, ммм? <br />Ним встает и отправляется в ванную и тянет меня с собой. Мы вместе, и нам не нужно избегать друг друга, прятаться и смущаться. Душ как плавный переход утра в день, завтрак, который тоже очень неспешен и совсем непритязателен на роль высокой кухни, кажется самым вкусным. Прогулка по городу рука в руке. И игра, которая, не сговариваясь, приходит нам обоим в голову. Я магазине я указываю на самые дикие шторы из всего ассортимента и заявляю, что они мне очень нравятся, и нам нужны такие. Ним спорит, показывая на другие, тоже немногим лучше, но совершенно непохожие. Мы просим консультанта помочь нам, споря на весь магазин и почти ругаясь с Ним в пух и прах, консультант не знает, чем нам помочь, ведь ни один из предложенных вариантов не подходит ни Ним, ни мне. Мы спорим, переходя от вещи к вещи. Так же, как и шторы, мы выбираем коврик на пол, даже стеклянная прозрачная ваза вызывает у нас спор, еще пара консультантов подключается нам на помощь, проходит время, и игра нам обоим надоедает. Я улыбаюсь и прошу отнести на кассу шторы, которые мы сразу увидели и поняли, что они идеальные. Еще мы берем пару кресел-мешков, я задерживаюсь, рассматривая конструкции для стеллажей, а Ним несет симпатичный цветок в горшке. Я смеюсь.<br />- Считаешь, нам пора заводить цветы? Может быть, начать с чего-то проще? Кактусы? &#8211; Но мне нравится ее выбор. Беру горшок и ставлю его в тележку. &#8211; Как назовем? Это новый член семьи, у него должно быть имя. Давай, ты его выбрала, имя за тобой.<br />Я смеюсь, а цветок как будто машет из тележки листиками. По дороге домой мы заказываем ужин, готовить никому не хочется, а дома разбираем купленные вещи. Цветок водружается на столешницу и смотрит за нами, привыкая к новому дому. Мне он нравится. И мне нравится этот вечер с заказанной едой из ресторана, с покупками на двоих и с новым жителем нашей квартиры. Засыпая в спальне, которая теперь стала нашей общей, я целую Ним в волосы и думаю снова о том, что хотел сделать, но не успел. Правда, для воплощения плана мне нужно вернуться в Ключ. Там одна вещь, которая должна принадлежать Ним. Правда, она &#8211; только символ, ведь весь я уже давно ей принадлежу.<br />Когда мы, наконец, оказываемся в Ключе, все спешно, суетно и шумно. Быстро приготовленная свадьба Вайорики &#8211; я рад за сестру, но все равно то и дело кидаю взгляды на Деймона. К счастью, его лицо, правда, зажило до свадьбы, а Вайорика вся светится и цепляется за руку своего новоиспеченного мужа. Видно, что они счастливы, и дело не в ребенке, они оба, действительно, этого хотят. В Ключе мы недолго, я забираю кольцо, которое хотел подарить Ним еще тогда, но не хочу делать что-то в спешке, тем более, сейчас праздник других людей. Зато в нашей квартире в Королевской Гавани тишина и никого кроме нас. Мы быстро разбираем вещи и готовимся ужинать, я открываю вино и наполняю бокалы.<br />- Ним&#8230; Помнишь, день, когда ты сказала, что нам лучше побыть друзьями? Я тоже хотел с тобой поговорить тогда, только о другом.<br />Обнимаю ее со спины одной рукой, а в другой у меня коробочка, в которой кольцо, которое уже заждалось своего часа.<br />- Я твой, а ты моя. Будь моей женой?<br /><br /><br /></p> <p>Картина, позирование, холст и масло. Ворох набросков на страницах тетрадей с лекциями. То, о чем мысли, что живо, а не постановка, и к чему хочется вновь и вновь возвращаться. Картина для зачета и та, которая получится у нас с Ним в итоге &#8211; это две разные картины. Интуитивно понимаю это, что то, что я напишу &#8211; личное, для нас двоих, такое же сокровенное, как рисунки хной по коже, узор, который сейчас у Ним на ноге &#8211; она хочет, чтобы и он был виден на холсте. И позирование, процесс создания полотна, который обещает затянуться, но так, что нам обоим он только понравится&#8230;<br />Поэтому я и не пытался писать Ним раньше. Именно писать, серьезно, с постановкой позы, драпировками и этим всем. Потому что это так странно для нас &#8211; быть рядом, но далеко, смотреть, но не касаться, желать, и оставлять желания во имя другого занятия. Это напоминает чем-то время, когда мы оба думали, что другой хочет не того, чего хотел бы первый. Время сомнений, срывов и попыток оправдать собственную тягу самыми глупыми объяснениями. Мы давно не виделись, еще не отвыкли, много выпили, устали&#8230;&#160; глупое и мешающее жить стремление не замечать очевидного, того, что мы хотим быть вместе. Так, как и были, и не смотреть на других. Если у кого-то не получилось &#8211; не значит, что так же будет и с нами. Если кто-то чувствует, что не согласен, не нужно в конечном итоге играть по правилам, которые ему не нравятся, по которым он не хочет жить. Поэтому&#160; наброски, зарисовки, отрывки, то, в чем живут наши души &#8211; это одно дело. Задание на зачет&#8230;<br />Но мы беремся за работу. Правда, не сразу дело доходит до картины. Проводя ладонью по рисунку хны, я не думаю ни о каких картинах, кроме этих, и того, что Ним рядом. Я вижу ее такой, какой больше никто не видит, и для меня это самое прекрасное, самое близкое и дорогое, что может быть. Я хочу показать ей ее моими глазами &#8211; но ей одной.<br />- Мне нравится твоя уверенность.<br />Когда Ним говорит, что не сомневается в том, что я лучший на курсе. Или она подразумевала не совсем только это? Улыбаюсь своим мыслям, пока все подготавливаю. Начать работу сразу у нас не выходит, но не в картине же, в самом деле, дело, правда? Мне нравится держать Ним на руках и нравится знать, что она так близко, чувствовать себя в самом деле немного лучшим, чем я на самом деле есть. И видеть вживую вот то, что я хотел бы оставить навеки на холсте &#8211; для нас. Правда, рядом с ней в нашей спальне мне уже не кажется, что идея с картиной так уж хороша. Ним не подвергает сомнениям идею, но просто отодвигает ее на какое-то время вперед, и я полностью за этот перенос. Мастерская, которая раньше считалась моей спальней, преобразованная сразу после окончательного разбора и понимания мыслей и желаний Ним и меня&#8230; Лучше наша комната с рисунками, похожими на рисунки хны по стенам.<br />- И мне нравится, что наш взгляд на искусство совпадает. Особенно на моменты, когда искусство может подождать.<br />В следующий раз подготовка к работе уже серьезная. Я четко настроен начинать. Предлагаю вариант того, как мы будет реализовывать это. Так делают в университете, но это все еще очень неточно.<br />- Как в прошлый раз? &#8211; Я подхожу, чтобы поправить волосы Ним, открывая шею, и снова оставляю на коже поцелуй. &#8211; Мне кажется, мм&#8230; В прошлый раз все вышло отлично. А ты хочешь меня пытать?<br />Чувствую касание носочком ноги, ловлю его пальцами и пробегаю по коже снизу вверх.<br />- Как хна. &#8211; Я делаю первые штрихи по холсту, чувствуя, что двадцать минут пройдут гораздо быстрее настоящих, подлинная длительность которых, правда, прекратится в настоящую пытку. &#8211; когда, чтобы застыл рисунок, мне нельзя тебя коснуться. Здесь все еще сложнее &#8211; тебе нельзя меня положение. И у меня тоже только кисти и холст. Нужно рисовать быстрее.<br />И я о процессе рисования и экономии минут на перерывы, которые так хочется растянуть, а время порознь сжать. И, когда в мастерской каким-то чудесным образом обнаруживается пара мягких пледов, это как нельзя кстати.<br />Учеба, приближение сессии и попытки закрыть все хвосты, и тут же идея собрать студенческую выставку работ- я разрываюсь между сотней дел, и иногда прост опадаю лицом в подушку, стоит мне оказаться дома &#8211; семестр выдался непростой. У Ним тоже целая куча дел, и время работы над картиной для нас становится настоящей отдушиной и возможностью побыть наедине. Мы едва заканчиваем к зачету, но, глядя на картину, я ясно понимаю, что на просмотре работ по итогам семестра ее не будет. Зачет не так важен, как она, то, что на ней.<br />На зачете видно, что каждый выкручивался из ситуации с моделью как мог. Преподаватель, посмеиваясь, что мол, кому-то, кто не нашел модель, не везет в любви, или, наоборот, без картины остались те, кому очень везет, подходит к моим работам. Бенджен Старк, считай, второй отец Ним и семья, но поблажек мне не будет.<br />- Мне везет больше всех.<br />Я улыбаюсь и развожу руками, а Бенджен смеется и говорит, что в этом он уверен, но пересдача или недопуск к сессии &#8211; здесь он бессилен, несмотря на все везение в других областях. Могу лишь кивнуть, все правильно, задание я не сделал. Бенджен обещается быть на выставке и надеется, что к пересдаче у нас все будет, но написать новую картину за несколько дней нереально, да я и не хочу, у меня уже столько связано с той&#8230; А завтра открытие выставки. <br />Дома я улыбаюсь.<br />- Не сдал. &#8211; Я обнимаю Ним и рассказываю новости ей в макушку. &#8211; Но ничего, сейчас выставка, а там целое лето&#8230;<br />И целая куча хвостов, которые могут потянуться за зачетом вслед, но об этом пока не будем.<br />- Ты же будешь любить меня и без зачета, правда? Это главное.<br />Смеюсь. Пока завтра до открытия выставки нужно закончить развеску работ, а еще я, кажется, волнуюсь. Фыркаю на эту мысль.<br />- Представляешь, вдруг придется говорить речь? Или вдруг мои работы потеряются на фоне остальных? Даже как-то боязно.<br />Наша картина досыхает в мастерской, а мы идем к себе, и мне кажется, что, несмотря на какие-то мелочи вроде зачетов, все у нас здорово, а, когда я сказал, что мне больше всех повезло, я не солгал ни капли.<br />Выставка начинается хорошо. Стоило всему закрутиться, я уже не думаю волноваться. Ним со мной, и мне нравятся работы, которые представлены, в них я и то, как я вижу живопись, и это не изменится, так что пусть люди видят то, кто такой Геррис Дринкуотер и делают свои выводы, но меня они не должны влиять. Я говорю с кем-то, с кем-то меня знакомят, с кем-то я знакомлю Ним, а в какой-то момент теряю ее из вида, а потом кто-то касается моего плеча. Оборачиваюсь &#8211; Бенджен протягивает мне зачетку и улыбается во все тридцать два зуба улыбкой кинозвезды.<br />- Так бы стразу и сказал. &#8211; Он смотрит на меня с какой-то знакомой хитринкой, и я удивляюсь тому, что вообще-то он родом с Севера, а не с Юга. &#8211; Поздравляю, везунчик, оказывается, ты прячешь самое интересное в темных комнатах мм&#8230; души.<br />Какие-то еще слова о том, что выставка хороша, но настоящее искусство всегда идет от сердца, и Бенджен уходит, пожав мне руку, а я открываю зачетку, вижу проставленный зачет и начинаю складывать одно, другое и третье.<br />- Темная комната души?<br />Бормочу себе под нос. На плане зала была небольшая комната, но мы решили ее не использовать для выставки, еще смеялись с Ним на тему того, как в музеях устраивают отдельный зал для особого шедевра, отделяя его от других экспонатов. И что в данном случае это может быть. Мне кажется, теперь я знаю, что.<br />В комнате и правда темно. Щелкаю выключателем и вижу единственную картину, покрытую тканью. Приподнимаю материю, зная заранее, что увижу. Бенджен прав &#8211; картины на выставке, может, и неплохи, но они и в подметки не годятся этой. Я не собирался ее показывать никому, кроме Ним, чью поступь я ни с чем не спутаю, слышу, это она.<br />- Очень интересно, как же она здесь оказалась, да еще и в доступе Бенджена, м?<br />Опускаю ткань и отворачиваюсь от нарисованного изображения к его оригиналу.<br />- Если бы дело было в зачете, я бы взял ее с собой вчера. Ним&#8230; Она &#8211; наша. Я же говорил, только&#160; я и ты.<br />Зачетка еще у меня в руках, тереблю ее и не знаю, злиться мне, или кинуться ее обнимать. Она хотела мне меньше проблем и никаких пересдач, и картина ей, правда, понравилась. Она любит меня, а я ее.<br /><br /></p> <p>Как бы то ни было, а сессии проходят, и мы едем домой, в Дорн. Хотя квартира в Королевской Гавани по-настоящему наша, родным краем для нас все равно остается самое южное из Семи королевств, и мы едем сюда на каникулы, останавливаемся в Ключе, где в нашей спальне удивительно хорошо вписавшаяся в новый ремонт мебель из комнаты, которая сейчас моя мастерская, где у источника, давшего название замку, растут белые звездочки-цветы, а вокруг апельсиновые деревья &#8211; пейзаж, который рос вместе с нами и менялся так же, как менялись мы.<br />После моих родителей мы едем к родителям Ним в Солнечное копье и застаем там сразу всех &#8211; здесь атмосфера другая, но тоже связанная с нами. Водные сады, где мы с Ним познакомились, места, столько раз исхоженные нашими ногами. Яркие краски, смех, громкие голоса и совершенно особенный запах. Мы любим эти места и людей, которые нас встречают.<br />А у Оберина всегда планы, всегда идеи, и на этот раз кипящая работа. Новая рекламная компания обещает быть по-дорнийски красивой, и отражать не только рекламируемый товар, но и дух страны и менталитет ее жителей. Когда оказывается, что модель, которая должна была участвовать в съемке, не может присутствовать и отказывается, чувствую легкое дежавю. Когда Оберин предлагает Ним заменить ее, чувство усиливается.<br />- Я буду делать фото.<br />Если Ним модель, то я фотограф. А что, фотография, как говорят, у меня получается не хуже картин. Оберин говорит, что если фото получатся не хуже картины с выставки, он согласен, и вообще, все, срочно, едем на натуру, а то теряем время, а я перевожу взгляд с очень понимающего лица Бенджена, который здесь не профессор, а семья, на безмятежную Ним, и поднимаю брови.<br />- Бенджен, Оберин, кто еще? Давай уже полный список.<br />Вот так попытайся сохранить что-то&#160; втайне, ага. Впрочем, воспоминания о выставке и картине хорошие, и я тянусь к Ним, обнимаю и укладываю голову себе на плечо, когда мы уже в машине. Оберин впереди расписывает сое видение того, какие снимки должны получиться, в отдельной машине едет Бенджен, заявив, что его костюмы слишком прекрасны, чтобы мять их, небрежно запихивая по углам машины. Съемке быть.<br />Антураж &#8211; пустыня, дорнийское солнце, и я прикидываю, как строить кадры с его учетом, когда появляется Ним, готовая для фотосессии. Полупрозрачный шелк и звон браслетов &#8211; и это этим-то костюмам требовалась отдельная машина? Не похоже. Что они занимали там много места. На миг на всей площадке повисает тишина. Первым нарушает это Оберин, который командует начинать, а я навожу на Ним камеру. Смотрю через объектив.<br />- Как картина. Снова ты близко, но далеко, и снова что-то нас разделяет. Не было бы здесь так много людей&#8230;<br />Я оборачиваюсь на всех, кто приехал с нами.<br />- Давай сбежим? Туда, за барханы, за вот те камни, подальше от глаз?<br />Беру ее ладонь в свою и целую, не думая о гриме, макияже и том, зачем мы сюда приехали. <br />- Ты очень красивая. Ты сама пустыня, Ним, сам Дорн. Забери меня туда, где никого нет, уведи далеко, где будем только мы.<br />И пусть с нами рядом целая толпа чужих глаз, это неважно, если мы чувствуем, как будто одни в этом мире. Мир и состоит из нас двоих, наш мир и мы с Ним в нем.<br /><br /><br /></p> <p>Маленький щенок как ребенок &#8211; беззащитен и напуган, дрожит у меня под курткой, согреваясь медленно, но позволяет себе поверить в человека, который забрал его с улицы и принес в дом. Как иначе можно это объяснить &#8211; его жизнь полностью зависит от других, от тех, кто ему повстречается, в данном случае, от меня. И я не могу его оставить. И держу под курткой, из-под которой видно только клочок серой шерсти. Ним волновалась &#8211; она встречает меня, но, узнав причину, все понимает. Мы не говорили о собаке, но она очень быстро принимает найденыша в семью.<br />- И так, глядишь, я полюблю местные дожди.<br />Улыбаюсь и целую ее в ответ на ее легкий поцелуй, чуть дольше, смеюсь над тем, что мы могли бы оказаться братом и сестрой &#8211; Дорн, и все довольно запутанно&#8230; Но мы знаем, что это просто шутки, хотя, все равно, мы семья.<br />- Греться всегда лучше не одному. И варианты, они всегда придумаются.<br />А греться нам нужно сейчас. И сейчас на внимание Ним может рассчитывать малыш у нее на руках, и это понятно. Его нужно помыть и осмотреть. Планы на вечер у нас поменялись, появились неожиданные хлопоты. Но это жизнь щенка, разве можно сомневаться, что правильно, а что нет?<br />Мы говорим о хозяевах, а том, как он мог оказаться на улице. Ним не настолько оптимистична, ей не кажется, что моя версия вероятна.<br />- С тобой я не буду буянить, обещаю. Только в пределах разумного.<br />Я стягиваю с себя грязную одежду и забираюсь под душ, пока Ним занимается малышом. <br />- Масла&#8230; Хорошая идея.<br />Горячие струи начинают бить меня по плечам. Правда, греться вместе намного лучше, чем стоять под душем одному. Но теперь у нас появилось существо, которое нуждается в нас, мы не можем не думать о нем, он сейчас важнее. Я спрашиваю про щенка, и замолкаю на миг, так прозвучал этот вопрос. Как будто не совсем о собаке. Когда-то я его произнесу&#160; в другом контексте и, надеюсь, что не единожды. Ну а пока я быстро согреваюсь и выбираюсь из душа, а в кухне мне выдают кружку теплого молока. Улыбаюсь, делая глоток. Я такой же испачкавшийся и взъерошенный, как и наш новый друг, которого Ним устраивает у себя на коленях, мы в чем-то похожи. И в этом тоже. Имя для щенка придумывается легко.<br />- Новый день и новые заботы, да?<br />Я обнимаю Ним и глажу щенка по шерстке. Мне тепло не только снаружи от горячей воды и изнутри от теплого молока, но вообще от всего. От того, что мы вместе, что мы &#8211; семья, и что сегодня с нами этот малыш, которого мы называем Нордом. Щенок прячется за кресло, а мы забираемся в постель, я тянусь к Ним, она рядом, целует, как вдруг я чувствую прикосновение. Мы больше не одни в квартире. Ним берет щенка, целуя меня еще, но на этом сегодня все. И, укладывая норда в кольцо рук, вдруг спрашивает о детях. Я касаюсь шерстки щенка и улыбаюсь, представив это.<br />- Будут. Вбегать в комнату, будить, забираться и прыгать на кровати&#8230; Будут звать, если ночью увидели что-то страшное, или влетать, рассказывая сон. Ммм&#8230; <br />Я тяну ее к себе и целую еще раз, не выпуская, а потом устраиваю ее и норда, уже в кольце своих рук, обнимая.<br />- И это здорово. Они будут нас выматывать, иногда злить, иногда раздражать. Но они будут самыми лучшими на свете. И каждая секунда с ними будет счастьем&#8230;<br />Утром мы просыпаемся о того, что щенок уже проснулся.<br />- Ну, точно, счастье есть.<br />Ним тянется и целует, а я, пользуясь тем, что Норд где-то в ногах, обнимаю ее и тяну к себе вниз, не выпуская.<br />- Ммм? Куда, когда, наконец-то, мы&#8230;<br />Я смотрю на щенка и понимаю, что промедление опасно. Падаю на подушку и смеюсь.<br />- Началось&#8230; Норд, я иду, дай мне 5 минут&#8230;<br />Я даже зубы почистить не успеваю. О том, чтобы поваляться в постели подольше, кажется, нам теперь придется забыть? На улице все так же противно, а куртка не высохла, но она была слишком легкой для такой погоды. Одеваюсь теплее, мысленно вспоминая Дорн. А Норд, вновь оказавшись на улице, вдруг снова сжимается в испуганный комок. Мне приходится уговаривать его, что ничего страшного не случилось, и что я рядом. Возвращаемся мы быстро. По возвращении зато нас с Нордом ждет завтрак и план действий на день. Дел у нас много. К счастью, ветеринар говорит, что щенок здоров, но называет породу, и мы переглядываемся, понимая, что крупная собака &#8211; это еще мягко сказано. Заезжаем в зоомагазин и покупаем Норду то, что может ему понадобиться &#8211; миски, игрушки, специальный корм. Щенок привлекает внимание, люди умиляются и тянутся к нему. Мы собираемся зайти к друзьям, которые точно могут дать нам советы о том, что нам делать с нашим новым жильцом, ведь ни у одного из нас собак раньше не было. Зато у них волк.<br />- Да, нужно узнать, что с ним случилось. На улице он до сих пор боится, как будто думает, что мы его бросим. А на руках перестает дрожать.<br />Мы будем искать его хозяев, потому что это правильно, потому что то-то может очень по нему грустить. Но мне кажется, что мы оба не захотим отдавать его назад, за день он стал новым членом нашей семьи, и отдать его&#8230; Ним звонит в дверь. А я беру ее за руку, щенок все еще у меня за пазухой.<br />- Рейнис?<br />Ним придумывает игру на ходу и переплетает пальцы с моими, когда дверь открывается, а за ней Джон.<br />- А я думал, ты готовишь обед&#8230;<br />Протягиваю разочарованно, я проиграл, но с кухни пахнет чем-то съестным.<br />- Или обед уже готов? Мы вовремя.<br />Щенок под моей курткой шевелится и высовывает мордочку, когда Джон, правда, убегает на кухню, как будто вспомнив о чем-то на плите, зато встречать нас выходят другие члены этой семьи. Я смотрю на огромного белого волка, комок у меня под курткой шевелится и силится выглянуть, Призрак подходит ближе, заметив малыша, а я смотрю на Ним, а она на меня и, кажется, выражения наших лиц примерно одинаковые.<br />- Ветеринар сказал &#8211; маламут?<br />Кажется, мы думаем об одном и том же &#8211; Призрак уже занимает собой почти весь коридор. А Рейнис замечает щенка, умиляется малышу, а потом обнимает огромного белого волка, и называет малышом его. Мы пускаем Норда на пол, и я наклоняюсь к Ним, наблюдая за тем, как происходит знакомство.<br />- И это &#8211; малыш? Как ты думаешь, маламут&#8230; Ну, они, ну, хотя бы&#8230; поменьше? Немножко&#8230;<br />И&#160; я смеюсь, глядя на то, как маленький Норд совершенно без страха идет к Призраку и виляет хвостом, желая поиграть. Кажется, Ним и я оба забываем о том, что щенок теоретически имеет других хозяев. Мы просто сидим у друзей и пьем кофе, рассказывая истории о Норде и слушая о том, что было, когда Призрак был маленьким. То, как он прицельно уничтожал ботинки отца Джона... Это очень смешно и мило. Правда, Джон говорит, что принес Призрака, когда он был еще меньше, чем Норд сейчас, и даже показывает фото себя с щенком лютоволка на руках. Домой мы уходим, вооруженные комплектом ценных указаний на все случаи жизни щенка и его хозяев, Норд спит, и мы укладываем его на его лежанке за креслом, сами разбираем вещи. Которые купили, и никто не поднимает тему поиска хозяев &#8211; сегодня, мне кажется, мы оба не хотим об этом думать. Пока мы обустраиваем квартиру для удобства нового жильца, и слышим топот маленьких лапок. <br />- Эй, я думал, что ты спишь!<br />Я беру щенка на руки, и мои руки тут же оказываются в пятнах краски &#8211; синее, красное, зеленое, все сразу и вместе. А по полу простирается дорожка маленьких цветных лапок.<br />- Как там говорится, нет ничего страшнее, чем зайти в комнату к детям, которые шумели, а потом вдруг притихли? Кто-то провел ревизию в моей мастерской. Эй, парень, ты тоже любишь рисовать?<br /> Я отдаю щенка Ним, понимая, что, вообще-то, это мило, но для щенка может оказаться опасным.<br />- Больше никаких красок в пределах досягаемости, я понял, сейчас все спрячу. И картины тоже надо поднять на стеллажи.<br />Смотрю на дорожку маленьких лапок и думаю, как это все убирать, но выглядит она так мило.<br />- Представляешь, что будет, когда он подрастет? Такие маленькие лапки сейчас, а скоро на руках не удержишь, как у Джона на фото. Да, убирать здесь&#8230; Ну, мой косяк, наверное, я неплотно закрыл в мастерскую дверь. Не испачкайся, Ним.<br />Смотрю на масштаб бедствия, уперев руки в бока, думая, с чего начинать.<br />- Но он такой милый, как его можно ругать? Тем более, я сам виноват.<br />Возвращаюсь к Ним и чешу щеночка по шерстке.<br />- Главное, чтобы он все это не слизал и не наелся краски.</p> mybb@mybb.ru (Marhold Fawley) Sun, 16 Jun 2019 18:15:20 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57086#p57086 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57085#p57085 <p>Мальчишка для мертвого очень много говорит и задаёт миллион вопросов, думаешь ты, но это лишь значит, что он жив, что не может не радовать. Ты тихо смеёшься, кутая его в плащ, слушая все возможные вопросы, отвечая на первые их них.<br />Первые из них просты – кто ты. Ты его сестра, в этом вся правда. Но чем больше фокусируется взгляд Джона, тем сложнее становятся его мысли. Это тоже радует.<br />Тоже радует. Ты не знаешь, где сознание, когда тело мертво, но вряд там, где нельзя потеряться. И раз мальчишка вернулся, то все не потеряно – ваш брат с вами.<br />Ваш брат с вами, думаешь ты, когда волк ведёт вас к комнатам, где жил Джон. Волку они знакомы, мальчишке тоже, значит, это именно они. Призрак не отрывает взгляда от хозяина, все еще сторожит, как будто не верит, что мальчишка ходит, дышит, чувствует.<br />Чувствует, а теперь вы в более подходящем для разговора месте. Ты разливаешь по бокалам вино, делаешь глоток, мальчишка тоже, а ты наблюдаешь за ним, прищурившись, думая, что если бы несколько дней назад ты прилетела, Джон не умирал бы. <br />- Ты умирал и вернулся, но тебя вернула красная жрица, ты ее потом увидишь, - пожимаешь плечиками, второй вопрос тебя смешит. – Как почему я зову себя твоей сестрой? Потому что я – она. Мы тоже не сразу привыкли, что у нас есть брат, но, не переживай, эта мысль хорошо усваивается…<br />Мальчишка-стюард, выполнив все приказания, предпочитает скрыться – ты его не винишь, тем более вам лишний в этом разговоре не нужен. Джон Сноу кутается в мех, сжимая его сильнее, а ты неодобрительно качаешь головой.<br />- Тебе бы лечь под одеяло, - но вместо…<br />Но вместо этого он одевается, а ты опираешься на край стола и смотришь, вспоминая остальные вопросы. <br />- Рейнис, - он хотел знать имя. – Я не больше пары часов здесь, но ты был мертв три дня. Он, - указываешь на волка, - никого к тебе не подпускал, а Эйгон – наш брат.<br />Брат, который очень хотел увидеть другого брата как можно скорее, чувствуя, что он – ваша кровь, ваша плоть, а все остальное не важно. Но ты была слишком осторожна, и из-за этого у северного мальчишки на груди шрамы. Прямо там, где бьется сердце. <br />Сердце бьется, в этом ты убеждаешься, когда обрабатываешь маслами раны, зная, что каждая из них заживет. Но останутся следы.<br />Следы на сердце никогда не исчезнут, даже если для кожи ты сделаешь последствия минимальные, некоторые даже не затягиваются, что бы не пели в песнях. Ты качаешь головой, думая об этом. <br />- Значит, Призрак, - улыбаешься волку и тянешь руку, чешешь его за ухом. – Почему Призрак? И нет…<br />Нет, дело не в матери. Ты рассказываешь Джону Сноу длинную историю о восстании, которую почти никто не знает, о его настоящих родителях, о том, что скрывал Эддард Старк, называя мальчишку своим незаконнорожденным сыном. Но Джон…<br />Но Джон не верит, спрашивая про книгу из Цитадели, о том, почему вы верите нескольким строкам, написанным чужой рукой. Он переспрашивает, а ты киваешь головой.<br />А ты киваешь головой, доставая из сумки несколько фруктов – яблоки, пара апельсин и эшта, разрезая все это, укладывая на попавшееся на столе блюдо и ставя на кровать. Тянешь мальчишку за руку к ней, усаживаешь и вручаешь половинку апельсина. <br />- Именно это я и хочу сказать. Они собирают знания. Записи о расторжении браков или о двойном браке, первом, со времен Эйгона Завоевателя, может внести только Верховный мейстер. Но ты упрямый мальчишка, и тебе нужны доказательства еще? – они рядом.<br />Они рядом – стук в окно и огромный любопытный взгляд на зубастой морде. Рейгалю тоже интересно, как и тебе, посмотреть, кто четвёртый из вас.<br />- Вы поладите, - киваешь на вопрос о драконе.<br />Киваешь на вопрос о драконе, когда мальчишка подливает вина, спрашивая про мир, и смеёшься, тянешь его за руку к стенке, когда блюдо с фруктами опустело. Он говорит о вине, ты качаешь головой.<br />— Ты очень мило краснеешь, знаешь? Хорошо, что ты тёплый, - касаешься его щеки. – И да, рассматривала…&#160; вид… даже стало жаль на мгновение, что ты мой брат, но что имеем. Я искала сходства, но твои глаза – Север.&#160; <br />Касаешься его щеки, дальше вы говорите о мире, в который его вернули, шутка со смыслом и горечью. <br />- Тот, к сожалению, тот: все еще нет времени до следующей войны, младший брат, - ложишься.<br />Ложишься, тянешь его вниз, укладывая его голову себе на живот. Смеёшься, думая, что хорошо, что ты хитростью отправила его к стенке – чтобы встать, придётся перелезть через тебя, а северный мальчишка не может себе позволить такого, едва тебя зная, он скромный, так о нем говорят.<br />- Тебе нужно нормально поспать, - перебираешь волосы. – Хотя бы несколько часов. И подумать над всем. Спи. И они не имели права, а мне стоило прилететь раньше.<br />Они не имели права. Ты фыркаешь, чуть сильнее натягивая его волосы на пальцах, думая, что у тебя всего двое младших братьев, и кто попробует их тронуть – умрет. <br />- То, что нужно делать с заговорщиками, которые идут против. И для чего оба моих младших брата слишком добры, - снова мягко перебирая пряди. – Спи, это нужнее, чем разговор и подробности. Ты все узнаешь и увидишь…<br />Мальчишка засыпает, а ты напеваешь какую-то песню, а волк сидит рядом, не закрывая глаз.<br />- Иди сюда, ты можешь положить на него лапу, но тебе тоже надо поспать. Ты три дня охранял, - тянешь вторую руку и двигаешься к Джону.<br />Двигаешься к Джону, а волк прищуривается, а потом все же запрыгивает на постель, кладёт голову рядом с головой мальчишки, нос к носу, чтобы чувствовать, и тоже засыпает.<br />- Вы… тяжелые… но милые, - одной рукой перебираешь волосы Джона, снимая с них резинку, а второй шерсть Призрака. – Спите.<br />И сама засыпаешь с ними, ты долго летела. А просыпаешься от того, что двигается Призрак, тыкаясь носом тебе в нос, ты чешешь его за ухом, сонно смотря, а потом глаза открывает Джон.<br />- Когда вы были маленькие, это, наверное, смотрелось особенно мило, - смеёшься тихо и сонно. – А сейчас вы тяжелые. Но милые. <br />Волк думает и лижет Джона в щеку, а потом выскакивает и идет к двери, обратно идет к вам, потом снова к двери.<br />- Кажется, он намекает, что тебе пора поесть, а потом нам пора познакомить вас с Рейгалем, пока он не пришёл сюда сам. Вряд ли он бы сделал это аккуратно, так что… пора, - встаешь. <br />Встаёшь, давая возможность встать Джону, накидываешь плащ и идёшь к двери. Вы выходите. Приходите мимо кухни, где Джона кормят странно тихо, ты подозреваешь, что дело в том, что все видели его мертвым, но он воскрес. И в том, что ты рядом… а трупы заговорщиков еще во дворе.<br />Во дворе вас ждёт Рейгаль, который урчит, довольно тянет к тебе морду, а ты целуешь его в нос, шепча, что сейчас ты его с кое-кем познакомишь. Рукой манишь Джона и волка к себе. <br />- Это Рейгаль, - дракон внимательно смотрит.<br />Дракон внимательно смотрит, не мигая, изучая новых для него персонажей, а ты следишь за тем, как проходит это знакомство. И ты вспоминаешь единственный вопрос, который оставила без ответа – зачем ты здесь.<br />Зачем ты здесь… берёшь Джона за руку и кладёшь ладонь на шею Рейгаля, дракон довольно щурится, а потом поворачивает голову и все также внимательно смотрит на Джона.<br />- Я здесь, потому что у каждого из нас отобрали то, что должно было быть – семью. Мы – твоя семья, какие бы мы ни были, даже если чья-то монетка легла не той стороной. Теперь самое время вернуть утраченное, пора вернуться домой, Джон, - и это совсем не трон.<br />И это совсем не трон, которым грезит Дени, которую ты помнишь милой и пугливой малышкой, которая сейчас ради железного кресла готова сжечь всех. Ты говоришь о семье. Рейгаль снова довольно щурится, тянется мордой к Призраку и касается своим носом его носа. <br /><br /><br /></p> <p>Самая главная война с иными закончена, но вы все знали, что это только начало. И фраза, брошенная на пиру, тебя беспокоит до сих пор, хотя вы уже стоите у стен Красного замка. Они сказали, что мертвецы побеждены, теперь предстоит столкнуться с вами. Казалось бы, хорошая штука мрачного юмора, но в ней смысл…<br />Смысл, который ты видишь, смотря на Дени, вспоминая, как она кричала о том, что все надо жжёшь на вашем семейном совете, как с ней открыто конфликтовал Джон, а она сквозь зубы произнесла, что полукровке не понять. Эйгон напомнил тогда ей, что вы трое именно такие, с половиной кровью… а ты добавила, что от того не безумны.<br />Не безумны, она едва кивнула, когда договорённость о том, что если будут звонить в колокола, нужно принять капитуляцию, была достигнута. Ей хотелось уничтожать.<br />Уничтожать, а ты смотрела на неё, держа под столом Эйгона за руку, а второй ладонью выводя узоры по колену Джона. Твои братья слишком добры…<br />Слишком добры, но Дени становится угрозой для всех, не только для вас. Даже ее шаги и движения стали порывисты, слишком резки, а глаза западают. И дело не в том, что вот он, дом, которого она не знала, так близко… хотя ты задаешься вопросом, можно ли стены им не знакомые назвать так, ведь даже ты, помнящая их, не чувствуешь тепла к этому месту. В ней больше нет девочки, дрожащей от страха. В ней больше нет того, кем она стала без вас… мудрой правительницы. В ней ты видишь того, кого помнишь, вашего деда, ее отца. Эйрис Безумный.<br />Эйрис Безумный хотел сжечь город, а его дочь, кажется, переняла это желание. <br />Переняла это желание. Ты видишь в ее глазах… таких же, как у Эйгона, но жаждущих скорее оказаться в небе. Это не желание полета, которое ты чувствуешь часто. Это жажда начать игру с огнём. Пироманты.<br />Пироманты, говорила Мелларио, рассказывая о Эйрисе или о Красных жрецах. Одни гадали на огне и использовали в темных ритуалах, другой просто хотел уничтожить все. Гибельно.<br />Гибельно, но иногда неплохо – Мелисандра сослужила вам добрую службу, воскресив Джона, - за что ты ей безмерно благодарна, - и оказав помощь с иными, без неё бы неизвестно, смогли ли бы вы дотянуть до момента, пока Джон добрался до Короля Ночи. Сложная война…<br />Сложная война, но войны не бывают легкими, особенно те, которые ведутся с собой самим. Ты наблюдаешь за Дени, к которой подходит Эйгон и пытается что-то втолковать. Но она никогда не слушала мужа, хотя вам казалось, что после того, как брат ее спас, у неё случилось просветление, что она поняла, как сама разыграла женитьбу, которая могла бы оказаться удачной… но это был всего лишь момент, который утонул в безумии.<br />В безумии скоро будете вы все, до колоколов, веришь ты. Но пока есть время. Ты взлетаешь и быстро приземляешься у места, где начнёшь свою войну. Среди своих людей будет каждый – Эйгон с золотыми мечами, Дейенерис с Безупречными и тем, что осталось от дотракийцев, ты – с людьми из Волантиса и северянами, которые смешиваются.<br />Смешиваются, ведь теперь ты – Старк, значит, они все твои, все Джона, кто-то даже успел поменять чеканку на панцирях. Ты улыбаешься, спрыгивая с дракона, к которому уже все привыкли, но предпочитают обходить стороной, выбрав верную тактику. <br />- Джон, - касаешься руки.<br />Касаешься руки, а он смотрит на стены. Думая о том, что начало совсем близко… ты бы предпочла сейчас же сесть на дракона и вернуться в Винтерфелл…<br />- Если бы не Эйгон, а только она… - пусть бы сама завоевывала свой трон.<br />Трон, до которого нет дела, есть дело лишь до дома. Если бы не Эйгон, не его дом, то вы бы остались на своей земле со своими людьми. Но он ваш брат, это не присяга. Это желание вернуть дом. <br />Дом, которого у Эйгона тоже не было. Это единственный путь, потому что кроме войны, Серсея может предложить ему лишь смерть. И тебе. Дейенерис тоже. Выбора нет.<br />Нет у вас, но есть у жителей. Вы смотрите на колокола, которые должны начать звонить. Чем скорее после начала, тем лучше. Но это тоже позже.<br />- Ммм…. – становишься вперед, опираешься спиной на Джона, кладёшь его руки на свой живот. – Тебе нужно придумать имена. Мы договорились. Самое время начинать думать.<br />Самое время начинать думать, они совсем скоро вам понадобятся. Ты смеёшься и думаешь, что вы совсем ненормальные, но ты это любишь. Вспоминаешь, как Джон забрал маленькую чашку с чаем… хотя вы знали, что впереди. Но когда время жить, если не сейчас?<br />Сейчас Джон обнимает тебя и целует, развернув к себе, а ты забываешь, что скоро начнётся бой. Смеёшься, путаешься пальцами в кудряшках.<br />- У него или неё просто обязаны быть такие, - натягивая прядь.<br />Натягивая прядь и снова целуя его, но трубят, пора готовиться к атаке. Ты разрываешь поцелуй и проводишь ладонью по его щеке.<br />- Будь аккуратен и не геройствуй, а к концу сражения с тебя имя, - шепотом, прислонившись лбом ко лбу. – Я надеюсь, что колокола зазвенят скоро.<br />Скоро, но Джон просит не лететь, говоря, что Дени и Эйгон – это уже двое, а Рейгаль может лететь сам. Он знает, что дракон без человека думает совершенно сам… и не контролируем, но это забота. И ты улыбаешься.<br />- Северный мальчишка, - он и есть. – Ты ведь знаешь, что это не так, а план переигрывать слишком поздно. Нужны мы все. Будь аккуратен и осторожен. Я тоже буду.<br />Ещё один поцелуй, который так сложно разорвать, рука пытается пробраться по привычке к коже, но вместо рубашки и дублета панцырь. Пора.<br />Пора, разрываешь ласку и идёшь к дракону, по пути бросая пару фраз вашим людям, говоря с кем-то, приободрить тоже стоит. Целуешь дракона в нос, прежде чем забраться на его спину, и взлетаешь.<br />Взлетаешь. Ваша атака первая, потому что катапульты опасны и для вас, и для людей внизу. Но они медленнее, их легче расстрелять. Поэтому катапульты первым делом нужно убрать, это ваша с Эйгоном задача – убрать с замка, Дени занимается флотом в устье Черноводной. Все горит, вы прикрываете друг друга, зная, что если кто-то не успевает увернуться, нужно спалить древко стрелы. Но все обходится.<br />Обходится, катапульт не остаётся, возвращается Дени… И от дыхания драконов расплавляются ворота и падает часть стены. Теперь все в игре.<br />Теперь все в игре. Вы жжете… выжигаете чужих солдат. Тебе жаль. Они тоже чьи-то люди, чьи-то дети и отцы. Но это война.<br />Война идёт, тех, кто не сожжен, добивают люди на земле. Ты следишь за Джоном и тебе кажется, что ты способна увидеть его везде, выхватить из толпы Северян. Следишь за братом… а потом звонят колокола.<br />Звонят колокола и солдаты Серсеи бросают мечи. Эйгон делает знак – вы приземляетесь на крышу рядом.<br />- Тебе нужно убить Серсею. Не смотря на ребёнка. В любом случае, - кричишь. – Но опасайся того, что сделали из Горы… он и человеком смог сделать, сам знаешь что, сейчас его лучше сжечь и позволить Визериону разжевать труп на мелкие кусочки. <br />Кричишь, чтобы брат услышал. И ты показываешь, чтобы он летел к замку, там уже никого… кроме Серсеи и ее паука, но опаснее ее творение. Он знает и летит.<br />Летит, ты хочешь сорваться за ним, хотя он должен сделать это сам… за мать, за семью, за дом, но ты все ещё его старшая сестра. Но…<br />Но у Дейенерис другие планы, она срывается с места и летит, сжигая все на своём пути – мирных жителей и их дома, в сторону северян. Ты знаешь…<br />Ты знаешь, что каждая секунда дорога, что Эйгон может вернуться, а он все ещё младший брат, люди при этом твои. И Джон там…<br />Джон там, среди них, ты летишь следом… зная, что Дрогон больше, тяжелее, зато Рейгаль намного быстрее и маневреннее…. Дракон под тобой урчит, а ты впервые чувствуешь его сознание, слышишь голос, но нет времени удивляться.<br />Нет времени удивляться. Он говорит, чтобы ты держалась, если голоса тебе не мерещатся… и впивается в шею брата зубами. Драконы схватываются, зато сожжение прекращается, так и не дойдя до северян. В небе…<br />В небе драконы рычат и не отпускают друг друга, когти и зубы. Дейенерис кричит команду, Дрогон начинает выдыхать пламя, а Рейгаль бьет его по морде хвостом, убирая пламя от вас в сторону высокой колокольни, которая падает…<br />Падает, там, где мирные люди, где солдаты и дети, смешивая всех, но не время жалеть… на короткий момент драконы друг друга отпускают.<br />Отпускают и у тебя есть план, который Рейгаль одобряет, он подимается вверх, пользуясь тем, что он быстрее и легче, а ты спрыгиваешь на Дрогона, за спину Дейенерис, достаёшь нож с бёдра и перерезаешь ей шею. Крик и оглушительная тишина.<br />Оглушает тишина после, она в твоей голове, а не вокруг, Дрогон замирает, а потом рвёт с места за трупом, лишь в последний момент набирая высоту, а ты падаешь.<br />Падаешь, Но Рейгаль подхватывает, не совсем удачно, удар… и потом темнота. <br />Темнота отступает, Рейгаль над тобой, ты тянешь руку и касаешься его носа, а он урчит и тыкается в плечо, целуешь его, когда оказываешься в чьи-то руках…<br />- Здравствуй, - собственный голос едва различим, как будто лишь губы шевелятся, обнимаешь.<br />Обнимаешь, но ничего не понимаешь. Рейгаль прищуривается, и у тебя складывается ощущение, что твой дракон знает больше, чем ты. Но ты чувствуешь…<br />То ты чувствуешь… на месте касания что-то тёплое и липкое, только на этом ощущении тишина отступает, и ты снова четко слышишь все вокруг. Отстраняешь от себя человека, смотришь на него. И быстро отстегиваешь панцырь, бьешь по нему пальцем, задевая полное изображение герба – волк бежит. <br />- Значит, Старк? Глаза синие, - улыбаешься.<br />Улыбаешься, но понимаешь резко, что вы в Королевской Гавани, звучат колокола, внутри нарушения и тела… слава богу, не много. Сдались! Мальчишка рядом обнимает и целует, а ты сначала ударяешь его легко в здоровое плечо, но есть в поцелуе что-то тёплое, как будто давно знакомое и родное… и ты отвечаешь.<br />-&#160; Ты ммм… всегда так знакомишься? А я думала, вы, северяне, народ стеснительный, но, оказывается, вы знаете, куда положить руки и не только их. Где ты так? – отрываешь кусок ткани от подола, обрабатываешь маслом чайного дерева для обеззараживания, оно всегда с собой, и перевязываешь его руку, поправляя обратно рукав рубашки, пальцами проходишься по коже, а затем панцырь затягиваешь.<br />- Вид ммм… хороший, - смеёшься и встаёшь. – Так как тебя зовут, Старк? И где Эйгон? У меня… есть несколько вопросов?<br />И провалов, которые пугают. Последнее, что ты помнишь, это драконы, Эссос, и сборы на Драконий камень. Все.<br />- Он в Красном замке? – забираешься на дракона. – Полетишь со мной?<br />Тянешь его за кудряшку к себе, смотря, что он… будет делать, когда дракон так близко… ведь ты веришь, что никто в Вестеросе кроме вас троих не видел драконов так близко. Растерянность нужно сдержать…. Иногда союзы распадаются, когда видят слабость. Ты прищуриваешься и пытаешься понять, кто перед тобой. Но пока полет должен отвлечь, тебе нужно найти брата.<br />- Король в замке. А королева? Ты видел их?&#160; – спрашиваешь на взлете. – Я упала с дракона? <br />Спрашиваешь на взлете. Когда смотришь вперёд… понимаешь, что не можешь ответить ни на один вопрос о том, что было после высадки на Драконий камень. <br /><br /></p> <p>Ваш дом – Дорн, сжигаемый тысячи лет палящими лучами солнца, который кишит змеями, главные из которых вы сами, сплетающиеся в тесный клубок, который не интересует никто и ничто больше: жизни за Красными горами нет, убеждён каждый дорниец с малолетства. Только дурацкие ограничения и то, что не дом, чужеродное. То, перед чем никогда не преклоняли и не приклонят колени. То, что уже давно не даёт дань за тишину на ваших границах, хотя временами люди в горах все ещё нападают на ближайших соседей. Принцы Дорна никогда не запрещали, но официально не поощряли это… а неофициально были горды. Ты качаешь головой.<br />Ты качаешь головой, думая, что самое главное на этот клубок змей не наступить. Ведь если это случается, если отсечь голову одной, появятся три, и все, как одна, захотят ужалить в один момент, когда будешь наиболее беззащитен.<br />Наиболее беззащитен сейчас трон, это точка невозврата для Ланнистеров. И пусть они лгут, что не знали, что сделает Гора или Армори, приказ был отдан Тайвином Ланнистером. Жаль, что его голову уже не нацепить на пику. Но что ж, Дорн терпелив, каждая змея умеет ждать за камнем и ожидать, пока обидчик снимет обувь и оголит щиколотку для укуса. Как раз такое время.<br />Такое время, решает Доран, наступило. Дядюшка отправляет вас за Узкое море, когда узнает, что Квентин не справился: Дейенерис уже замужем за Эйгоном, предложение брака с кузиной ее брат отмел, сказав, что у вас и так союз – общая кровь, принцесса Элия. Он, конечно, прав, но новый брак был бы выгоден Дорну… королева тоже поддержала, но в письме Квентина о ней слова все своеобразны, складывается впечатление, что девушка ему не нравилась. Эйгон же, по его словам, сказал супруге, что он – король, и принял решение.<br />- По крайней мере, это говорит о нем как о человеке, который не готов торговать сестрой, - пожимаешь плечиками. – Отцу бы понравилось это слышать. Возможно, Дорна в нем больше, чем нам кажется. Он бы думал, есть ли в детях черты Элии. Я помню ее совсем смутно. <br />Пожимаешь плечиками, когда вы собираетесь в своих комнатах. Вбегает Оберин, шумно что-то рассказывая, а ты подхватываешь его на руки, объясняя, что вы должны съездить за море, а потом вернётесь. Он хочет с вами, он привык, что вы всегда берёте его. Мальчик смотрит и внимательно слушает, когда ты говоришь, что вы едете, не как обычно, гулять, а потому что дядя Доран отправляет вас с заданием.<br />- Потому что дядя – принц? – спрашивает сын.<br />Сын смышленый, ты часто смеёшься над тем, что как корабль назовёшь… так он и рискует плыть. Вы говорите ещё, ты киваешь в ответ на вопрос, тянешь Герриса к вам, чтобы вы перед отплытием побыли все вместе. <br />Все вместе идёте и к кораблю, сундуки давно погружены, рядом Обара. Оберин бегает от одного к другому, а потом к третьему, он ее любит, твою сестру, а ты знаешь, что она любит его, как никого другого. Обара говорит, что отвезёт Оберина к Ключ, а потом вернётся в Копьё. Вы прощаетесь и садитесь на корабль.<br />На корабль, который отвозит вас за море, но это уже не ваша семейная развлекательная поездка в поисках приключения, когда Оберин просит поуправлять кораблем, а Геррис делает вид, что умеет. Это политика.<br />Политика, в которой нужно быть острожными. Вас встречают трое, ты не видишь кузена, но мрачное лицо Айронвуда говорит о том, что что-то случилось.<br />Случилось. Эйгон, другой кузен, пытается утешить и говорит, что им жаль, что после отказа Квентин направился к драконам. Что вам жаль и союз уже есть – его кровью и кровью его сестры, детей Элии.&#160; А ты думаешь…<br />А ты думаешь, что Квентин – глупый мальчишка, на которого надавили, который решил что-то доказать к отцу, не понимая, что капли драконьей крови мало, чтобы дракон преклонился. Даже те, в ком ее больше, не всегда справлялись – слухи ходят, а он…<br />А он хотел показать отцу, что чего-то стоит. Доран – слишком строгий отец, а теперь ему пожинать плоды… получив тело сына. Обгоревшее, кости.<br />Кости, уже оплаканные матерью, которая приехала раньше. Ты помнишь Мелларио, она почти не изменилась, только осунулась, весть о смерти сына не прошла даром для женщины. Она воспитывала Рейнис, ты знаешь.<br />Ты знаешь через пару дней, что письму Сареллы можно верить. Она прислала вырванный лист… о том, что Рейгар совершил невозможное. Он унизил Элию ещё больше, ты хотела бы смять этот лист и сжечь, но вместо этого передаёшь Геррису.<br />- У нас есть козырь. <br />Козырь на руках, ты выдыхаешь, закрывая глаза. Нужно подумать, как распорядиться им грамотно, чтобы Дорн получил от этого пользу. Нужно играть.<br />Играть, они могут быть миллион раз твоими кузенами, возможно, они тебе даже нравятся, кроме девчонки-жены Эйгона, возможно, ты смогла бы их полюбить, но за тобой Дорн, важно лишь то, что принесёт пользу Дорну. Ты улыбаешься.<br />Ты улыбаешься, когда утром вы передаёте письмо и страницу Эйгону, они все читают внимательно. Эйгон чудесный, думаешь ты, порывисто благодарит и рвётся лететь за братом, которого совсем не знает: кто он, где, какой, будет ли рад… сможет ли принести пользу или главное – не навредить. Его останавливают.<br />Останавливают. Рейнис кому-то что-то шепчет, кажется, она осторожнее в этом вопросе. А вот жена кричит, требует сжечь, забыть и жить дальше. Никто не должен отделять их от трона, говорит она…<br />- Мне это не нравится, - шепчешь Геррису.<br />Шепчешь Геррису, тянешь его за рукав, но продолжаешь смотреть, пока не просят уйти – их поведение тоже информация. Какой стороной упали монетки.<br />- Что думаешь? Какой стороной упали золотые драконы? – когда выходите.<br />Когда выходите, говоришь все равно тихо, даже у стен есть уши. Но переговорить надо, тем более у окна и дверей – ваши люди, а комнату ты проверила, как только вас разместили. <br />- Нужно уезжать, мы все сказали.<br />Сказали, союз заключён, но Дорн раньше времени никуда не полезет. Ваш край всегда был отдельно от всего мира. Ты знаешь, что если кузенов ждёт провал, пески их скроют и спрячут, как свою кровь, но воевать напрасно не будут… даже за них. Пески.<br />Пески видны через пару дней с борта. Ты смотришь, когда корабль приближается к дому, и готова прыгнуть в воду и доплыть сама. Дорн, дом. Для любого дорнийца всегда так.<br />Так не должны встречать. Должен слышится смех, звон, крики, имена, приветствия. Но город странно притих. Ты смотришь…<br />Ты смотришь, а люди просто расступаются, дорога до замка среди людей подозрительна. За вами несут тело Квентина, но как-то не похоже, что это все, что случилось. Геррису тоже так кажется, ты чувствуешь, как он тоже наблюдает и оценивает обстановку. Он спрашивает, не кажется ли ему, а ты прикрываешь глаза.<br />- Нет. Дома что-то случилось. Что-то, что заставило замолкнуть всех… и Квентин… - ты начинаешь идти быстрее.<br />Ты начинаешь идти быстрее, а потом успокаиваешься усилием воли, люди не должны видеть от вашей семьи паники. Дядя Доран всегда так говорил.<br />Дядя Доран всегда так говорил, когда учил вас всех, но его предали те, кто был ближе всего. Ты и подумать не могла, что Арианна сможет… это ваша семья, то, что превыше всего. Тиене говорит и отводит взгляд – она знала.<br />Она знала, не участвовала, но не попыталась ничего сделать. Теперь нет Арианны, Тристана и Обары, которая не знала ничего, но которая поехала с ними в Королевскую Гавань, пытаясь защитить принцессу и ее брата. Это была и ее сестра.<br />И ее сестра. Арианна – тема ещё больнее для сестры. Геррис сжимает твою руку, а ты проводишь большим пальцем по его запястью, когда он говорит. Делаешь глубокий вдох, обнимаешь Тиену, слова здесь не нужны.<br />Слова здесь не нужны, Геррис спрашивает об обвинении, а ты уже знаешь, что оно будет глупым и сфабрикованным. Нужно что-то делать.<br />Нужно что-то делать. Ты прикрываешь глаза, просчитывая все последствия. Дорн потерял в лице Дорана очень много. Мудрость и осторожность. Ты думаешь, пытаясь отставить собственные чувства в сторону, когда слышишь детский голосок. <br />Детский голосок, который возвращает все эмоции. Оберина привезла Элейна, Геррис подхватывает сына и передаёт тебе на руки. Ты обнимаешь ребёнка, который обычно шумный и непоседливый, а сейчас молчит и удивленно смотрит. <br />Смотрит, задавая важный вопрос. Ты прикрываешь глаза, понимая, что значит утверждение ребёнка. Геррис обнимает вас, а ты целуешь сына в щеку. <br />Целуешь сына в щеку, вы идёте к себе. А ты все ещё не знаешь, как ответить на вопрос маленького ребёнка. <br />- Да, милый, ты теперь принц, - сидя на ковре.<br />Сидя на ковре с ним, доставая подарки, которые должны отвлечь мальчика от всего. Оберин хмурится, спрашивая, должен ли он теперь быть как дядя Доран.<br />Ты понимаешь, что он не знает… о Доране, Арианне, Обаре, Тристане… и это давит. Ему нужно как-то сказать, иначе он каждый день будет спрашивать, где Обара и почему она не учит его владеть копьем, почему она не приезжает.<br />- Нет, дедушка тоже был принцем, а ты, как он, - улыбаешься.<br />Улыбаешься, касаясь его волос, решая, что на сегодня с него хватит новостей о том, что он принц. Мальчик отвлекается, начинает шуметь и играть, оказавшись с вами, ты шепчешь Геррису:<br />- Я не знаю, как мы ему скажем. Сейчас он играет, сейчас не стоит. Но завтра… придётся. <br />Придётся, а Оберин засыпает с игрушечным кораблем, ты улыбаешься, стоя рядом, когда Геррис поправляет волосы сына. Он обнимает и говорит… <br />- Будет война, - ты вторишь ему.<br />Ты вторишь ему, обнимая и выводя узоры по плечам, по спине, думая, что ваша семья, он прав, под угрозой.<br />- Но официально объявить ее придётся нам. Они официально казнили изменников короны… и надеятся, что мы промолчим, но этому не бывать, - никогда, ваш девиз, - они не выполнили условия, а Дорн не будет молчать. У нас есть повод… выйти из всего, что нас связывает. Но мы под угрозой… нужно обезопасить детей. Оберин будет с Элларией, всегда. Ты прав, это совсем не то, что хотел наш сын…<br />И никто бы не захотел. Ты представляешь, что сказал бы отец о троне и всем, что его касается, но выбора нет.<br />- А я люблю тебя, - целуешь в ответ.<br />Целуешь в ответ, с остальным ты не будешь так позитивна. Верить в хорошее надо, но для того, чтобы со всем справиться, придётся поработать.<br />- Пойдём, - открываешь дверь.<br />Открываешь дверь и велишь слугам разбудить всю семью и всех лордов, которые уже в замке. Вам нужно обсудить…<br />Обсудить, потому что Тристана больше нет, взрослых мужчин в вашей семье нет тоже, значит, скоро Ланнистеры придут за своими заложниками, а по пути не забудут вернуть тела в знак почтения и мира. Банально и мерзко. <br />Банально и мерзко. Оберин дома, пока здесь безопасно, но все равно у дверей ваши люди, люди ещё твоего отца. Вы идёте в зал.<br />В зал кресла. В Дорне никогда не было железного трона, только тёплое дерево с подушкой на нем, со спинкой-солнцем, пронзённым копьем. Ты видишь его…<br />Ты видишь его и замираешь. Ты привыкла стоять за солнцем вместе с отцом, иногда перешучиваясь и комментируя между собой одними губами просителей, но неизменно слушая, чтобы, если понадобится, дать совет, или, если считаете, что допускается ошибка, сказать. Перед троном всегда была Обара с копьем, которая смотрела, чтобы никто не мог подойти с плохими намерениями. Тиена и Арианна сидели на подушках на верхней ступеньке возвышения у ног Дорана, показывая статус Арианны как наследницы. Но сейчас он пуст. <br />Пуст, призраки перед глазами растворяются. Последний – Доран на троне, который говорил, что люди не должны видеть слабости. Твоей.<br />Твоей сейчас, поэтому ты делаешь шаги медленно и размеренно, прежде чем опуститься в удобное кресло. Тиена тоже занимает своё место, не показывая ничего, хотя ты знаешь, что подушки без Арианны для неё превращаются в пытку. Рядом Геррис, рука которого у тебя на плече. Ты киваешь.<br />Ты киваешь и излагаешь мысли. Что Ланнистеры приедут как можно скорее, чтобы не дать вам собраться, что начнётся война. Слышны согласное бурчание и несколько вопросов о том, как встретите. Ты ухмыляешься.<br />Ты ухмыляешься, наклоняешься вперёд, а ухмылка искажает лицо.<br />- Так, как они никогда не забудут… и тем же, что они принесут нам. <br />Ночь, но вы составляете план. Какие ловушки, в какие замки детей из Водных Садов доставить, чтобы спрятать.<br />- И нам нужны союзы… Тиена, Уиллас, - ты смотришь на их двоих. – Ваша свадьба будет на рассвете… За вами будет Простор, как только ты, Уиллас, там покажешься, люди перейдут к тебе, им не нужен посторонний человек, тем более даже при жизни твоего отца управлял ты. Но ты присягнёшь Таргариенам… Айронвуды и Фаулеры тоже должны зарыть свою вражду.<br />Свадьба младшего Айронвуда и старшей девочки Фаулер, наследницы, будет тоже на рассвете. Рано, пока корабли не прибудут в порт. <br />- Дорн будет един. Раз и навсегда. Никакой вражды. У нас есть враг.<br />Кто-то из лордов вспоминает о формальностях, на которые в Дорне всегда плевали. Присяга ночью? Звучит все ещё фантасмагорично, как будто сон, но лорды и леди один за одним опускаются, последними – твоя семья. И тебе становится… тяжело.<br />Тяжело, ты понимаешь, о чем говорил Доран – ответственность на плечах, словно мешок с песком, когда знаешь, что от твоего решения… ты принимаешь клятвы. <br />Ты принимаешь клятвы, - дико слышать тишину и видеть среди всех свою семью с преклонённым коленом, - чтобы потом встать и первой уйти из зала, взяв Герриса за руку. К этому предстоит привыкнуть… а пока всем нужно отдохнуть.<br />- Это дико… если бы Оберин был старше… - ты берёшь вино, но бокал в руках дрожит и падает, нужно отдохнуть.<br />Отдохнуть, чтобы на рассвете оказаться в септе. Не верите в богов, почти вся ваша семья, но формальность… септон венчает две пары, Оберин смотрит, шевелится, это первые свадьбы, которые он видит. Ему интересно…<br />Ему интересно, ему не стоит пока знать, что скоро война. Вы празднуете весь день. И вечер проводите среди семьи, в которую добавляется Тирелл, а потом втроём. Но через день в порт прибывают корабли со львами. <br />- Что ж, началось, - вы выходите.<br />Вы выходите. Ты ловишь за руку Тиену, прося собрать Мирцеллу, подобрав самое лучшее платье. Сестра все понимает и кивает, прищурившись.<br />- Стоит собрать Розалину? – Элейна помнит о кузине Мирцеллы.<br />Кузине Мирцеллы, которая тоже Ланнистер, которая прибыла с девочкой. Тебе жаль их обеих, отец всегда говорил, что дети не должны страдать… но выбора нет.<br />Выбора нет. Когда ты входишь в зал, послы уже там. Джейме Ланнистер тоже здесь. Слухи ходят, что девочка – его дочь, а никак не Роберта, но доказательств нет. Ты проходишь мимо, чтобы занять кресло на возвышении. <br />Занять кресло на возвышении… Ланнистер делает шаг вперёд, но дорогу ему преграждает копьё. Жест такой знакомый.<br />Жест такой знакомый. Так делал отец, когда вы с Обарой были детьми, а он иногда появлялся. Потом так делала Обара. Теперь Элия – тонкая, ещё юная, но смотрит так, как будто древко и наконечник сейчас пробьют насквозь. Она зла, как и все вы.<br />Как и все вы. А посланник говорит, по его словам заносят тела. Ты не встаёшь с места, слушая их. Он говорит о том, что раз Тристана нет, Мирцелле пора собираться домой, искать другого мужа и быть с семьей. Ты улыбаешься.<br />Ты улыбаешься, но улыбка не трогает глаз. Прищуриваешься, склоняя голову на бок, делаешь паузу.<br />- Тогда как Ланнистеры собираются поддержать союз? В составе королевства Дорн лишь по браку. Таргариены соблюдали условия. Ланнистеры нет. Нет условия… по вашей милости у нас больше нет принца, который может взять девочку в жены, у вас нет того, кто возьмёт в жены одну из наших принцесс, - они никогда бы не получили…<br />Они никогда бы не получили одну из твоих сестёр, но это лишь формальный повод… он тоже должен быть.<br />- Лорд Айронвуд, передайте грамоту сиру Джейме, - о том, что Дорн больше не под их короной. – Что касается принцессы Мирцеллы и ее кузины, Дорн, разумеется, возвращает их.<br />Двери распахиваются и девочки заходят. Мирцелла ряда дяди, летит к нему и падает ровно на руки. Тиена рассчитала дозу или стечение обстоятельств – ты не знаешь, но получилось как нельзя лучше. Но затем падает вторая девочка, на которую никто не смотрел, на мраморный пол. <br />- Мы будем любезны настолько, что вернём их целыми, а не с изнасилованными, с выдавленными глазами или усеченными головами, как вы поступали с нашей семьей. Мои добрые пожелания королеве шести королевств, Вас же прошу отплыть из Дорна в ближайшие два часа, иначе я не смогу гарантировать Вашу безопасность, - ты встаёшь.<br />Ты встаёшь и выходишь, все так же беря Герриса за руку, обходя труп второй девочки, которую так и не подняли. Выходишь и идёшь к сыну, с которым сидит Элейна. Мальчишки ваш и ее, играют на полу, ни о чем не подозревая, с твоими младшими сёстрами. Ты садишься и обнимаешь детей.<br />Обнимаешь детей, а потом смеёшься… дети думают, что над игрой, и тоже заливаются смехом, но это не веселье… это все то, что было в зале, все то, что произошло, за несколько недель, что изменило жизнь.</p> mybb@mybb.ru (Adelheid Fawley) Sun, 19 May 2019 00:47:02 +0300 https://utopiarolehubru.rolbb.me/viewtopic.php?pid=57085#p57085