ВИКТУАР УИЗЛИ

ВОЗРАСТ: 27 лет; 02/05/1999.
СТАТУС КРОВИ: Получеловек (является на 1/8 вейлой).
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Чемерицевая улица.
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: Рейвенкло’17;
Секретарь Министра Магии. Уровень дохода – средний, большая часть уходит на затянувшийся ремонт; на еду, канцелярские принадлежности и девчачьи штучки хватает сполна. К тому же, каждый второй посетитель министра не скупится на шоколадки и сладости, поэтому в старости она или будет мучиться от сахарного диабета или ходить в туалет своими любимыми бобами «Берти-Боттс» (со вкусом носков).
Занимает активную гражданскую позицию: рьяный член Г.А.В.Н.Э.; частенько участвует в благотворительных акциях Общества Бедствующих Волшебниц, и не раз перечисляла на их счёт кругленькую сумму.

Holliday Grainger

ИНВЕНТАРЬ

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ

Волшебная палочка: лиственница, перо феникса, 14 ½ дюйма, удивительно хлёсткая.
В основном, предпочитает аппарацию, ссылаясь на то, что в машине её укачивает, а зонтики – крайне непрактичны. Также пользуется каминной сетью. Временами не прочь спуститься в магловскую подземку (самая красивая станция, по мнению Виктуар, – конечно же, Вестминстер).

Гермиона Грейджер – в глазах Виктуар, эталон, образец для подражания. Всецело поддерживает проводимую ею политику по интеграции волшебников и представителей других рас, данное решение расценивается как прогрессивное. Однако, сталкиваясь с критикой нынешнего правительства, старшая Уизли не откажет себе в возможности пройтись железными доводами по самооценке оппонента.
Интересуется обиходом маглов: многие из их изобретений считает диковинкой, как, например, телевизор или сотовый телефон. Тем не менее, опасается слияния двух миров, так как с большей силой приходит и большая ответственность. Полагает, что простые люди непременно станут использовать волшебство в качестве оружия и мир накроет очередная волна насилия.

УМЕНИЯ И НАВЫКИ

Виктуар, несмотря на высокие оценки и хвалебные отзывы преподавателей, никогда не отличалась яркими магическими способностями. Уровень волшебства – уверенный средний: в сухую разделается с предсказуемым противником, будь то мелкий карманник или хулиган в баре, но если Уизли окажется в западне – её песенка спета. Хорошо подкована в теоретических аспектах любого школьного предмета: знает назубок важнейшие даты из истории волшебников, способна отличить ядовитый плющ от дьявольских силков, помнит значение многих чисел и их взаимосвязь с физическими объектами, процессами и жизнью людей и т.д. Говоря о практике, трансфигурация и заклинания – те две дисциплины, области, в которых Виктуар чувствует себя уверенной. Ей далеко до мастерства бабушки Молли в создании уюта, но столовые приборы, тарелки и чашки, вёдра, тряпки и швабры покорно повинуются взмахам волшебной палочки мисс Уизли.
На шестом курсе успешно сдала экзамен по аппарации.
Привыкла думать, что сексуальность в их семье на 100 процентов использует мать, а ей приходиться довольствоваться объедками вейловских чар. Обладая природным шармом и обаянием, вкупе с даром вейлы, Виктуар может заставить сердце любого кавалера биться быстрее. Пользуется подобными приёмами только в исключительных случаях, стараясь обходиться риторикой и внешними данными.
Сносно играет в волшебные шахматы. Почтительно относится к квиддичу, хоть и не разделяет увлечение родных. С метлой у неё всё пошло наперекосяк. Однажды, грациозно с неё слетев, о чём Доминик не даёт ей забыть и по сей день, она зареклась использовать мётлы в качестве средства передвижения. Совсем не разбирается в правилах и хитросплетениях игры.
Поистине трепетные чувства Виктуар испытывает к готовке. С природной педантичностью и внимательностью к деталям, она способна повторить практически любое ресторанное блюдо. В какой-то мере причисляет себя к гурманам. Бережно хранит коллекцию книг Греты Кэтчлав, а также, отправляясь в поездки заграницу, привозит себе на память поваренные книги. В выходной, выбирается в центр, чтобы попробовать что-нибудь новенькое.

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Часть I. Ужин Вечерело. На небе проступала луна, но очертания Роупелл стрит были вполне различимы. Потихоньку начинали загораться уличные фонари, витрины магазинов, вывески. В баре «The Kings Arms», на удивление, немноголюдно: семья из трёх человек, пожилая дама, уткнувшаяся в газету, и сладкая парочка – у окна.
Виктуар внешне была заинтересована беседой – то и дело кивала, соглашаясь, – но на деле её больше занимали прохожие, проезжающие мимо автомобили. Она мало что понимала в скачках, лошадях, о которых ей второй час задвигал Джонатан, кажется, так его звали.
– Не хочешь поесть? – неожиданно для себя спросила Вик.
– Ммм… Что прости?
– Ты не голоден? – переспросила она.
В его взгляде читалась растерянность. Замешкавшись, он неуверенно выдавил:
– Дда?!
– Тут неподалёку открылся индийский ресторан. Ты мог бы угостить меня карри, а затем отвезти к себе, – пояснила Виктуар и хитро подмигнула.
– А, как же кино…
– Мы сейчас с тобой договорим – это будет шесть. Затем ещё пару часов убьём на просмотр слезливой комедии. Я расчувствуюсь, и тебе придётся меня успокаивать кексом и горячим шоколадом – в приличном заведении, всё вместе обойдётся в пятьдесят-пятьдесят пять фунтов. Затем я поломаюсь, и в итоге мы будем спать порознь: каждый в своей кровати, так как мне утром рано вставать – долг завет.
– Ты же говорила, что работаешь в издательстве?
– Ты меня с кем-то путаешь, я точно сказала, что на правительство. – Этот ответ всегда обескураживал маглов, и Виктуар не могла понять почему, ведь от части это было правдой, хоть и без приставки «магическое».
– Так, где говоришь этот ресторан?
– Прямо за театром «Олд Вик».
Ужин был откровенно испорчен. Очередь за карри казалась бесконечной. В какой-то момент Джонатану стало плохо – и он сделал ноги. Попав внутрь, Виктуар не была очарована интерьером, но запахи – слюнки так и текут. Но вот не задача: все блюда рассчитаны на двух человек, а взять на вынос не представлялось возможным. В животе урчало. Обидевшись на весь белый свет, девушка отправилась в проверенное место – круглосуточная забегаловка госпожи Чо. Набрав пельменей, капусты и курицы, довольная, она решилась немного пройтись, прежде чем аппарировать домой. Вик поймала себя на мысли, что будь она с Тедди, то он бы точно не бросил её вот так вот: хотя бы сделал вид, что ему нравится. Это казалось странным вспоминать его: они давно расстались и, вроде бы, всё как-то устаканилось, правда, желание встречаться напрочь отпало. Уизли знала наверняка, что у Люпина дела идут весьма неплохо: у неё глаза и уши были в каждом отделе Министерства. Завернув за угол, она исчезла в прозрачной дымке.

Часть II. Обед Классическая блузка, юбка-карандаш, лаковые туфли на среднем каблуке, игривый платок (или шарф – в зависимости от сезона), сегодня с узором огурца, из магазина «Твилфитт и Таттинг», волосы аккуратно уложены – именно такой Виктуар переступает порог Министерства Магии. На часах 7:15 – пунктуальна, как швейцарские часы. Перекинувшись парой слов с охранником, Джимми, она направляется прямиком на рабочее место – впереди столько дел. О рутине, право, рассказывать скучно: разложить отчёты на столе министра в алфавитном порядке, разобрать почту по степени важности, отбиться от непрошенных посетителей, провести учёт содержимого в ящике с шоколадками, сделать комплимент и рассказать анекдот тёте Гермионе, при этом не забыв, что она является непосредственным начальником, отвязаться от дяди Перси, который всё никак не может ей простить повышение, и выкроить минуту на туалет, избежав встречи с Нэнси (она почему-то решила, что они – подруги). Но главное – не забыть про обед – самый важный приём пищи, в случае Виктуар.
Забегаловка госпожи Чо, что на окраине Лондона, – прекрасное соотношение цены и качества. Обслуживание быстрое, соломки на столах отсутствуют.
– Мы живём в мегаполисе, но каждый раз обедаем здесь. Вик, я не против, но это странно, – завела старую шарманку Мэри, из штаб-квартиры стирателей памяти. 
– Сказала та, которая стабильно заказывает двадцать пельменей, – подколола Уизли.
– Ты права. Они прямо тают во рту. Что не говори, а в еде ты спец. Ладно, отставим лирику. Как продвигается ремонт?
– Я доделала ванную, - гордо заявила секретарь.
– Аллилуйя! Сколько прошло? Два года?!
– Нельзя заниматься такими делами второпях! – воскликнула Виктуар, отправляя в рот пельмешку.
– Согласна. Но спать на матрасе в пустой гостиной – дикость!
– Это было взвешенное решение, – закатывает глаза Вик, и продолжает. – Сначала нужно найти подходящего человека. А, вдруг кровать окажется мала?
– Ой, да, брось! Ты же не собираешься встречаться с великаном?
– Не утрируй, ты поняла о чём я! – насупилась блондинка.
– Купи кровать! – Мери тыкнула в её сторону палочками. – О, и сделай что-нибудь с лампами. Как не приду – у тебя повсюду по воздуху плавают свечи. Аж, дрожь берёт!
– А, не приходило в голову, что я, возможно, романтичная натура? – Уизли встрепенулась.
– Насмешила! Ты самая практичная из всех моих друзей. Ты лишь прикрываешься этой маской, чтобы не отпугнуть потенциальных ухажёров. О, а, ты видела…
Подобные дружеские посиделки выматывают. Остаток дня Виктуар по-прежнему вертится, как белка в колесе, но уже не так задорно. Словно коршун, парящий в небе в ожидании добычи, она наведывается в каждый из отделов, чтобы узнать последние новости: чем живёт и дышит Министерство. Она не сплетница: умеет отделять зёрна от плевел. Кто с кем и когда – подобное пропускает мимо ушей, но если это напрямую касается рабочего процесса, то подобная информация тщательно обрабатывается и затем, в ста процентах случаях, доносится до горячо-любимого Министра. Виктуар не из тех, кто будет плести интриги: ей по душе сразу провести черту и расставить все точки над и.
Обычно, она уходит слегка припозднившись: не имеет привычки тащить работу на дом. Вот что странно: всякий раз прибираясь на столе в конце дня, не досчитывается степлера – точно  происки нарглов.

Часть III. Поздний завтрак Чемерицевая улица славится своими роскошными домами. Примерно, два года назад, Виктуар приняла важное решение, перевернувшее её жизнь с ног на голову. Сознательно залезть в долговую тяжбу и начать ремонт, которому конца и края нет. Естественно, она подошла ко всему с умом, но часики тикают, а результата так и нет – лишь образ, или его подобие, идеального семейного гнёздышка.
Из намеченного, ей удалось отремонтировать и обустроить ванную. Гостиная постепенно заполняется мебелью, но стены до сих пор не покрашены: голубой или бирюзовый – вот в чём вопрос. Кухня – с горем пополам обретает более ясные очертания, а спальня – эта катастрофа: в основном, используется в качестве кладовки, поэтому спать приходиться на матрасе, кочующем из угла в угол.
Разбирая коробки с сэндвичем во рту, Виктуар откапала шкатулку, которую в детстве использовала под всякий хлам. Старые колдографии, безвкусная бижутерия и фигурка коня от шахмат.
Она переместилась в одно августовское утро: поместье «Ракушка», гостиная. Разложив на кофейном столике новенькие шахматы, Виктуар принимается за чтение инструкции, попутно вспоминая, что накануне ей рассказывал дядя Рон. Появляется Доминик. В своей расслабленной манере младшая Уизли, бормоча себе под нос, забирается на диван и следит за старшей сестрой. Вик, не замечая никого в округ, начинает раздавать команды фигуркам – те плавно скользят по доске.
– С каких пор ты играешь в шахматы?
– Захотелось освоить что-нибудь новенькое, – холодно отзывается Виктуар.
– Воображала!
– Кто бы говорил! Это ведь я запускала фейерверки без спроса.
– У тебя кишка тонка! – парирует Доминик и садиться напротив, наблюдая за тем, как конь выпинывает пешку с поля.
– Пропущу это мимо ушей, как и угрозу, отнести меня в лес и оставить на растерзание медведям.
– Это в долгосрочной перспективе! – эта дьявольская усмешка.
– Ты не устала? Тебе не надоело паясничать? – отложив в сторону свиток, завилась Виктория, прекрасно понимая, что это всё козни мелкого провокатора. Поддаваться нельзя, но было уже поздно.
– Самое время читать нотации!
– Ты невыносима! Когда же ты поймёшь, что я не желаю тебе зла?
– Ой, бедная! Тяжела твоя доля!
– Поди прочь! Видеть тебя не хочу!
– Ой, как мы за говорили. С младшими так нельзя!
В ход пошли не только слова, а руки, ноги, фигурка коня, прилетевшая старшей Уизли в глаз. Казалось бы, это должно было помещать её погружению в мир тактик и боёв «не на жизнь, а на смерть», но Виктуар не желала идти на поводу у маленького беса. Та как-то сказала, что плюнула во все только что испечённые булки с корицей. После того случая, Вик ни разу не прикасалась к некогда любимому лакомству.
В настоящий момент малая испарилась со всех радаров, но Виктуар не теряет надежды: «Она сама вылезет из своей берлоги, когда запахнет человечиной; чудовища просто не исчезают». Крутя в руках лошадку, девушка на долю секунды представляет счастливое воссоединение с сестрой. Как они простили все обиды. Как проводят время вместе: говорят о мальчиках допоздна, заплетают друг другу косички. Как решают всё миром, а не кулаками.
– Сумасшедшая!

СЛАБОСТИ

СТРЕМЛЕНИЯ

Больше всего на свете Виктуар боится не оправдать возложенные на неё обязательства, опростоволоситься. Так и видит разочарованные лица отца и матери перед собой. Наверное, поэтому она так старается держать всё под контролем: и когда всё идёт наперекосяк, то это вызывает раздражение, злость, депрессию.
Одиночество – когда тебе не с кем разделить еду, посоветоваться за чашкой чая. Остаться одной наедине со своими мыслями – тот ещё подарок.
Склонность к самоанализу сведёт её в могилу: порой, она пытается отыскать скрытый смысл в словах других людей. Заглянуть в потаённые глубины сознания, и – о, Боже! – немного здорового пофигизма, присущего Доминик, ей бы не помещало. Но где это видано, чтобы старшая Уизли согласилась с мнением младшей, и стала чуточку похожей на неё?

Закончить ремонт дома, посадить яблоню. Перестать отправлять Тедди поздравительные открытки по почте, и хоть раз вручить лично, – а, вдруг судьба?
Вообще, я за мир во всём мире!

СВЯЗЬ

УЧАСТИЕ В СЮЖЕТЕ

С радостью поделюсь скайпом со всеми желающими.

Активное (куда я денусь...)